Ворон

Фергус

– К сожалению, у меня нет с собой живой воды.

– У меня тоже. Но если вы поможете мне добраться до дома, я приготовлю целебную мазь.

– Хорошо, договорились.

Брен подошёл к ним.

– Как ты думаешь, это были упыри или гули?
– спросил его Корвус, глядя, как трупы корчатся в огне. Брат пожал плечами.

– Понятия не имею.

– Это были упыри, - неожиданно заявил Вёлунд.
– Они воняют хуже, к запаху разложения примешивается запах гноя. И выглядят гораздо более мерзко. Гули на вид ещё ничего, некоторые даже похожи на

живых. И от гулей веет холодом.

– Почему Фортис в своих лекциях упустил этот момент?
– хмыкнул Брен.

– Наверно, решил, что мы сами догадаемся, - Корвус повернулся к Вёлунду. Тролль взгромоздился на камень, неловко выставив повреждённую ногу.
– Сам идти, я так понимаю, ты не можешь.

Тролль кивнул. Уголки его больших губ загнулись к низу.

– Я дотащу, - вызвался Брен. Корвус покачал головой:

– Нет. Ты вернёшься к костру, где мы оставили дичь, если только её ещё не съели дымчатые барсы. А я доставлю Вёлунда домой.

– Но ты же ранен!
– запротестовал Брен.
– Тебе самому идти нелегко, не то что тащить на себе эту громадину!

"Громадина" насупилась. Корвус уже хотел послать брата куда подальше, но ему помешало негромкое ржание. Оглянувшись, парень с удивлением обнаружил единорогов. Кони подошли ближе, и тот самый, что вёз Корвуса, положил морду ему на плечо.

– Я думал, они давно убежали, - Брен широко распахнул глаза и неуверенно потянулся к своему зверю. Единорог заржал и ткнулся в его ладонь носом.

– Лошадки смерти, а?
– усмехнулся Вёлунд.
– Похоже, ребята, они выбрали вас своими наездниками.

– Наездниками? Это значит, они теперь наши?
– Брен просиял.

– Не совсем. Разве наставники вам не рассказывали? Только немногие живые способны коснуться лошадей смерти, поэтому зачастую единороги привязываются к таким живым. Чаще всего, конечно, к Охотникам. Они последуют за вами куда угодно, но только в пределах гор Монтес. Они будут вашими спутниками, но это не значит, что они станут ручными.

– А мы можем дать им имена? Или мне придётся звать своего просто Единорог?

– Я думаю, у них уже есть имена, которые человеческий язык никогда не сможет освоить. Да и язык троллей, если уж на то пошло. Но ты можешь придумать ему и своё имя.

– Иней, - Брен похлопал коня по шее.
– Я назову тебя Иней, потому что ты белый, как снег, и так же сверкаешь.

Корвус посмотрел на своего единорога. "Белый цвет - цвет смерти", - вспомнил он любимую присказку Морс. Единороги - лошади смерти. Он подумал о боге смерти Сино, которому поклонялись за пределами гор Монтес, о рыцаре без лица, что приходит всегда незваным.

– Гость, - сказал он единорогу.
– Отныне ты будешь зваться так.

Единорог тихонько заржал в ответ.

– Отличное имя, - похвалил Вёлунд.
– Но нам пора идти. Нужно как можно скорее обработать твою рану.

– Ты и не сказал, как собираешься тащить тролля, - пробурчал Брен. Корвус посмотрел на единорога и ухмыльнулся:

– Вот он мне поможет.

Парень помог Вёлунду подняться и подвёл его к

Гостю. Единорог дёрнулся, когда тролль оказался рядом, но рука Корвуса на шее не дала ему убежать. Гость смирно стоял на месте, пока непрошеный седок карабкался ему на спину, и лишь негромкое фырканье выдавало его недовольство.

– Отлично, а теперь показывай дорогу, - Корвус хлопнул единорога по крупу и пошёл рядом с ним, не отнимая руки от тёплого конского бока, направляя его в нужную сторону. Брен забрался на Инея и поскакал в противоположном направлении.

Деревня Вёлунда находилась не слишком далеко. Корвус никогда раньше не бывал в поселении троллей, поэтому с любопытством смотрел по сторонам, даже позабыв о пульсирующей боли в боку. Деревянные домики, прилепившиеся к скалистым склонам, казались слишком маленькими, особенно по сравнению с размерами их обитателей. Покатые крыши были устланы соломой, их гребни украшали белые козлиные головы с длинными рогами.

– Почему у вас козлы на крыше?
– поинтересовался Корвус, пока они спускались по узкой тропе в лощину.

– Это не просто козлы, это изображения Капера, великого духа гор.

– Я думал, вы поклоняетесь Некс.

– Да, но она не единственная из богинь, - Вёлунд вытянул руку налево.
– Смотри, там, где у козлов самые длинные рога, живёт старейшина, а там, где козлы красные, - наш шаман. Я живу вот в этом доме, самом крайнем. А чуть дальше - видишь?
– находятся рудники. Мы добываем гранит, малахит и другие самоцветы. Тролли очень привязаны к камням, в отличие от гоблинов, мы бы не смогли жить в долине.

Так, за разговорами, они очутились у хижины Вёлунда. На двери висела гнутая полоска железа и было намалёвано некое подобие молота и наковальни.

– Постой, ты кузнец?
– удивился Корвус.

– Да, конечно, - Вёлунд произнёс это, как нечто само собой очевидное.
– А что?

– Нет, ничего, просто по тому, как ты говорил о моей ране и целебной мази, я подумал, что ты нечто вроде деревенского знахаря.

Тролль секунду смотрел на него с недоумением, а затем расхохотался.

– Всё время забываю, что у вас, людей, совсем другие традиции!
– прогудел он, хлопнув Корвуса по плечу.
– Но у нас, троллей, кузнец и знахарь - это почти одно и то же. Мы управляем энергией камней и металлов, чтобы создавать из них волшебные предметы, а без магических способностей это невозможно. Звание кузнеца почти так же почётно, как и звание шамана.

Энергия камней и металлов? Корвус нахмурился. Он уже слышал эти слова от одного из своих братьев.

Вёлунд, кряхтя, спустился с единорога, Корвус подставил ему плечо, и тролль с благодарностью вцепился в него. Внутри дом действительно походил на жилище знахаря: с потолка свисали сушёные травы, на полках стояли многочисленные склянки. Вёлунд нашёл себе какой-то костыль и наконец выпустил плечо Корвуса. Пока он суетился возле полок и толок в ступе какую-то дрянь, Корвус опустился на лавку, вытянув ноги. Голова слегка кружилась, наверно, от раны, долгой ходьбы и тяжести тролля.