Воронье
Шрифт:
Поль долго копался в своих сокровищах, сортировал, раскладывал. Брелок для ключей был не слишком благородным подарком, пылесос для автомобиля с вращающейся щеткой – слишком дорогим. Повару подошел бы консервный нож, которым можно было управляться одной рукой, но сейчас он пригодился бы Аннетте. Куда же подевался тот термометр на батарейках с функцией будильника и электрошокер, само существование которого так обеспокоило его чопорную супругу? Наверное, эти и другие вещи остались у Маркуса. В понедельник он встретится со своим другом и сможет напомнить
Здесь, в Мангейме, шум дождя был иным, чем в Майнце. Там капли дождя стучали по листве, здесь струи хлестали по дряхлой садовой скамейке. Поль лег спать в кровать поздно и стал думать об отце, уже несколько часов покоящемся в земле. Недавно он где-то читал, что одно небольшое кладбище было размыто ливнями и окрестные жители неожиданно стали обнаруживать на своих участках гробы и останки умерших. Кому было в этой ситуации хуже? Родственникам покойных или владельцам садов? Несмотря на то что склад ума у него был скорее рациональный, Поль в полусне попытался установить спиритический контакт со своим отцом и сам не заметил, как уснул.
На следующее утро он чувствовал себя хорошо; к собственному удивлению, не заболел. После завтрака Поль предусмотрительно пил только мятный чай, он попросил Аннетту составить список покупок, сказав, что ей совсем не обязательно ехать с ним, потому что ему все равно потом надо будет заглянуть в бюро, где лежат все его бумаги. С понедельника назначены деловые встречи, и он должен подготовиться.
Аннетта разочарованно кивнула. Она была почти уверена: максимум, что Поль будет делать в бюро, – это заберет почту. Наверняка этот день он решил посвятить Ольге. Но, не моргнув и глазом, села и написала список необходимых продуктов. К середине дня Поль собрался уходить – слишком рано для любовного свидания и вовремя, чтобы успеть в магазин до закрытия.
Аннетта расстроилась, что не удалось сохранить безмятежную атмосферу вчерашнего вечера, но с другой стороны, ей хотелось остаться одной и ни с кем не разговаривать. Но прежде чем устроиться на остаток дня на диване, она решила навести порядок в доме, которым никто не занимался с тех пор, как они попали в аварию, в том числе и уборщица-испанка. Дома и на работе Аннетта выполняла неблагодарную роль трудолюбивой пчелки; иногда она спрашивала себя, почему никто никогда ее не поблагодарит.
Жаль, что она забыла внести в список покупок букет цветов – после всех переживаний хотелось немного роскоши и комфорта. В такой серый день, как сегодня, круглая ваза с желтыми, красными и оранжевыми тюльпанами привнесла бы немного красок.
Когда зазвонил телефон, она сразу подумала – Ахим хочет предупредить, что приедет. Если бы он появился на пороге с букетом роз в руке, она бы радостно бросилась ему на шею и все готические страшилища были бы забыты. Но он скорее всего сейчас лежит в постели с Джиной.
– Поль дома? – раздался в трубке неуверенный женский
– Мужа сейчас нет дома, – ответила Аннетта. – Я передам ему, что вы звонили, и он вам перезвонит. Это срочно?
– Может быть, вы подскажете, что мне делать? – спросила госпожа Цизель. – Я сегодня пришла не в свой день, ну, сменить белье и все такое. Ведь госпожа Вильгельме совсем без сил. С тех пор как я здесь, она все время в ванной. Сначала я не думала ничего такого, но сейчас, после этого стресса…
– Вы стучали? – перебила ее Анетта.
– Конечно, никто не отзывается.
– Немедленно откройте дверь, – велела Аннетта. – Вставьте монету или отвертку в прорезь и поверните, защелка откроется. Я жду у телефона.
Сердце Аннетты колотилось где-то у горла, ничего хорошего она уже не ждала. Продолжительный металлический скрежет свидетельствовал об отсутствии у госпожи Цизель какого-либо технического таланта, но в конце концов она справилась и Аннетта услышала испуганный крик.
Прошло еще много времени, прежде чем Аннетта узнала, что госпожа Вильгельмс, видимо, утонула в ванне. Госпожа Цизель спустила воду, но это ни к чему не привело.
– Срочно вызывайте «скорую», – приказала Аннетта. – Вы умеете оказывать первую помощь? Массаж сердца, дыхание рот в рот?
– Не имею об этом никакого представления, сейчас я вызову «скорую», – энергично ответила госпожа Цизель и положила трубку.
Аннетта обнаружила, что муж забыл дома свой мобильный. Она раздумывала, стоит ли звонить Ольге, ведь таким образом она выдала бы, что давно в курсе адюльтера. Ахиму она, как и днем раньше, не дозвонилась, но на этот раз наговорила на автоответчик сообщение, попросила срочно перезвонить.
Вскоре опять позвонила плачущая госпожа Цизель:
– «Скорая» едет, может, мне позвать соседей? Одна я не смогу вытащить госпожу Вильгельме из ванны. Но если вы меня спросите, то я скажу, что ей помочь уже нельзя. Боже мой, этого не может быть!
Аннетта услышала сирену.
– Идите к двери, открывайте! – крикнула она, но госпожа Цизель уже бросила трубку.
Что дальше? Аннетту трясло, у нее были одни вопросы, и все без ответов. Почему она должна брать на себя ответственность, когда оба сына развлекаются? Что имела в виду госпожа Цизель, сказав: «Этого не может быть»? Она подумала о самоубийстве?
Сначала умирает муж Хелены, затем убивают ее любовника – как ей жить после этого? С другой стороны, неизвестно, изменяла ли она мужу на самом деле. В этом случае вина лежит и на Аннетте, глубоко обидевшей свекровь своими обвинениями.
Аннетта рассчитывала, что госпожа Цизель вскоре перезвонит ей и сообщит заключение медиков. Если Хелена действительно мертва, хочешь не хочешь придется звонить Ольге. Как Поль перенесет это известие? Теперь и ему, как когда-то Аннетте, придется пережить утрату обоих родителей сразу.