Восход Ганимеда
Шрифт:
— Сэр, перед вами никого нет! — твердо произнес Шеборт. — Это в лучшем случае галлюцинация… — уже не так уверенно добавил он.
— Не дури, Майкл!.. — ответ лейтенанта прозвучал на срывающихся высоких нотах. Дыхание Брогана было тяжелым и прерывистым. — Оно продолжает двигаться прямо на меня! Я не сошел с ума, я ВИЖУ ЕГО!!!
— Я иду к вам, сэр! — принял решение сержант. — Взвод, стой! — приказал он. — Никому не двигаться! Рилл, если ты включишь термальную оптику, то убедишься, что перед тобой никого нет… — немного тише добавил он, осторожно, но достаточно
«Это срыв… Это нервный срыв…» — твердил про себя Майкл, моля всех богов, чтобы лейтенант как можно скорее пришел в себя…
Так получилось, что на пути Брогана, за его спиной оказался Марк Хогинс — компьютерный техник взвода. Вот уже больше минуты он топтался на месте, до онемения пальцев сжимая волокнистый материал, которым был обшит приклад его автоматической винтовки.
Марку было страшно. Его нельзя было судить за этот полумистический ужас, который холодным язычком облизывал его сердце. Он привык иметь дело с жестоким, но ПОНЯТНЫМ противником. Марку было нипочем, если бы пришлось работать под плотным огнем или бежать, петляя меж разрывов, ползти, идти врукопашную, мокнуть или мерзнуть в засаде… но только не переминаться с ноги на ногу на чужой планете, перед лицом чего-то неведомого, непонятного его разуму, оставшись вдруг наедине с самим собой и этим розовым туманом, без четких команд, осознавая, что оттуда, если верить прозвучавшим в эфире словам лейтенанта, на него надвигается нечто ужасное…
И оно появилось…
Сначала сквозь мглу прорезался отраженный свет, посылаемый габаритными катафотами скафандра, затем прорисовался смутный силуэт лейтенанта Брогана, который медленно пятился, направив свое оружие куда-то во мглу, а потом…
Готовый вырваться вскрик застыл в горле Марка ледяным комом.
На лейтенанта наступала исполинских размеров тварь.
Неторопливое движение ее длинных членистых ног было размеренным, отвратительным и… несло в себе какую-то жуткую неизбежность…
Но хуже всего оказалось не это. Справа и слева от наступавшего на лейтенанта насекомоподобного существа внезапно из тумана выступили другие, совершенно не похожие на данного ксеноморфа силуэты… С одной стороны Марк увидел двухметровую сгорбленную фигуру, которая отдаленно напоминала собой человека, — по крайней мере, он различил две руки, ноги и некое подобие головы, больше похожей на горб, что вырос прямо на плечах существа…
Марк резко повернулся в ту сторону и увидел два глаза, что пылали, резко выделяясь на темном фоне «горба», сверля его, Марка, страшным, пустым, пронзительным, нечеловеческим взглядом…
Это оказалось уже немного больше, чем могла выдержать психика солдата, откровенно измотанная многомесячным полетом средь полнейшего мрака и пустоты.
Он непроизвольно попятился, заметив, что фигур вокруг уже великое множество. Они были самыми разными — одни приземистыми, другие высокими, гуманоидными или, напротив, не имеющими ничего общего с обликом прямоходящих двуногих; около десятка совершенно невозможных созданий проявилось вдруг из туманной мглы… и объединяло
Через секунду Марк понял — он сейчас сойдет с ума.
Головогорбое существо, что находилось к нему ближе других, вдруг начало поднимать обе руки, оканчивающиеся трехпалыми кистями, и простерло их к Марку, но заледеневший от ужаса Хогинс по-своему истолковал этот жест — оно тянуло свои корявые пальцы к его горлу!..
Здесь кончалась компетенция разума. Марк был солдатом, и в силу вступили выработанные в нем рефлексы воина…
— Лейтенант!! — резко закричал он, оттолкнув Брогана, который, по мнению Марка, совершенно утратил всякую волю. Вскинув автоматическую винтовку, Хогинс закрыл командира и нажал на спуск.
Все его существо жаждало этого мига.
Он слишком долго боялся и боролся с самим собой. Его страх, непонимание и неприятие этих молчаливых силуэтов сосредоточились сейчас на дрожащем пальце, что давил на гашетку оружия, и вырвались прочь с коротким, злым язычком огня…
Шеборт тоже увидел их, одновременно с тем, как Марк, оттолкнув в сторону лейтенанта, открыл огонь. Сухая, размеренная очередь «АР-20» прозвучала как гром среди шипения извергающихся гейзеров и завывания рождающейся неподалеку бури…
Пули прошли сквозь насекомоподобного ксеноморфа, словно тот был соткан из пустоты, и ударили в грудь Шеборта.
Майкла откинуло назад, он взмахнул руками, падая навзничь и чувствуя лишь тупую саднящую боль в простреленной груди да слыша резкое шипение воздуха, что под давлением выходил из перебитых пулями шлангов скафандра…
Последнее, что увидел сержант, был Броган, который, опомнившись, навалился сзади на обезумевшего Хогинса, чья винтовка продолжала изрыгать огонь и смерть, посылая веерную очередь в сторону ледника и замершей в ожидании команд цепи взвода…
А странные, совершенно невозможные существа продолжали идти навстречу ополоумевшему солдату, будто их не касалось ничто из происходящего вокруг и пули, изрыгаемые «АР-20», были для них сродни легкому дуновению ветра чужого и негостеприимного мира.
Лишь малиновое сияние в центре ледника вдруг вспыхнуло с новой силой и начало угасать, словно лишившись сил…
— Борт-010, вызывает Двенадцатый, ответьте!
— Борт на связи.
— Эриксон, в чем дело? У меня отсутствует связь с Броганом!
— Сэр, там что-то происходит… — Пилот спускаемого модуля поправил коммуникатор, нервно всматриваясь в мерцающие экраны. — Сильная облачность блокирует телеметрию. Моя позиция слишком далеко. Связи нет уже больше пяти минут, но приборы показывают, что там идет бой, сэр!..
— Выясни, в чем дело. Мне нужна связь с Броганом, любой ценой!
— Есть, сэр!..
Эриксон повернул голову, посмотрев на своего второго пилота, который застыл в соседнем кресле, напряженно слушая короткий диалог с капитаном «Трумэна».