Восход Ганимеда
Шрифт:
— Я ничего не вижу, сэр… НИЧЕГО! — Капрал Эриксон вцепился взглядом в приборы, чувствуя, как тело сотрясает непроизвольная дрожь, — внизу, буквально под ним шел ожесточенный бой, а он был вынужден держать модуль на высоте в несколько десятков метров, медленно, мучительно медленно прощупывая рельеф под собой при помощи наполовину ослепших сканеров.
— Приказываю осуществить захват объекта любой ценой! — пришел приказ с борта «Гарри Трумэна». — Действуй, капрал!
Напарник Эриксона хмуро посмотрел вниз, где мрачную мглу рвали яростные вспышки выстрелов.
— Мы не можем бросить их! — внезапно произнес он, обращаясь к Эриксону.
Командир
— Снижаемся, Люк… — коротко приказал он. — Включи всю бортовую сигнализацию, дадим ребятам ровно пять минут на отступление.
Повторять дважды не было никакой необходимости. Оба пилота не в первый раз вместе участвовали в боевых операциях и вполне доверяли друг другу.
Пространство вокруг посадочного модуля залил резкий, ослепительный свет — это разом включились все прожектора, сигнальные огни и навигационные знаки, — казалось, что сам корпус модуля ритмично вспыхивает, освещая клубящуюся вокруг мглу, взывая этими вспышками ко всем, кто сейчас находился внизу…
— Девять метров… Восемь… Пять…
За выпуклым бронестеклом лобового иллюминатора вихрилась желтоватая муть плотных испарений. Чем ниже погружался модуль в этот молочный суп, тем хуже работали бортовые приборы электронного слежения — сигналы от датчиков искажались, радио- и радарные волны отражались от миллионов взвешенных в воздухе твердых частиц породы, которые носил бесноватый ветер, и в конце концов Эриксон понял, — доверять приборам больше нельзя, еще пара метров, и полагаться придется только на собственную интуицию да на ту скупую информацию, что дает взгляд, брошенный сквозь бронестекло кабины…
— Люк, я ничего не вижу! Выпусти метеоракеты! — отчаянно потребовал он.
Палец второго пилота послушно утопил нужную клавишу.
Расположенные под плоским брюхом модуля оружейные пилоны пришли в движение.
— Внимание! — скорее для очистки совести, нежели надеясь на то, что его действительно услышат, произнес Эриксон. — Говорит борт-010. Время эвакуации — пять минут. Двигайтесь по сигнальным посадочным огням. Я выпускаю метеоракеты, сейчас мы проредим эти облака!
Залп ракетной установки на секунду добавил в общую какофонию света ослепительный оранжевый сполох. Разрывы, как и положено, легли вокруг модуля, описав окружность радиусом в сотню метров. Газ, выбрасываемый из взорвавшихся боеголовок, мгновенно вступил в реакцию с клубящимся вокруг туманом, заставляя его редеть, на глазах превращая в короткий, моросящий дождь.
Видимость резко улучшилась — словно невидимая рука смахнула установленные вокруг ширмы.
Модуль действительно висел в двух метрах от неровной, усеянной крупными камнями почвы Ганимеда. Впереди простирался грязный, желто-коричневый ледник, сзади, сразу за модулем возвышалась башня ретранслятора телеметрии, а вокруг…
Эриксону показалось, что он сошел с ума…
Никто не бежал к открывающейся в хвостовой части модуля десантной рампе…
Бежать было некому…
Вокруг словно камуфлированные холмики были разбросаны вывернутые в неестественных позах тела бойцов… Никто из них не шевелился, не подавал никаких признаков жизни. Только тут до помутившегося сознания пилотов дошло, что они уже несколько минут не слышат выстрелов и не наблюдают редких вспышек огня…
Внизу все
Эриксон вдруг почувствовал, как на голове под мягким летным шлемом начинают шевелиться коротко стриженные волосы.
От ледника, равнодушно шагая среди трупов, двигались какие-то абсолютно невозможные с точки зрения биологии существа. Они шли прямо на зависший у самой земли модуль, и те, кто имел подобие рук, протягивали их прямо к лобовому иллюминатору, за непрочной защитой которого сидели два совершенно невменяемых в этот момент человека…
Рука Эриксона медленно потянулась к приборам связи.
Он уже понял — это конец.
— Всем, кто меня слышит!.. — хрипло произнес он на открытой частоте. — Говорит борт-010 ВКС США. Спасайтесь! На вас напали! Это чужие формы жизни! Они идут со стороны процессорных станций! Все, кто меня слышит, — СПАСАЙТЕСЬ!!! — Он перевел дыхание и добавил: — Они уже рядом… Мой взвод погиб. Мы принимаем бой…
Через несколько минут действие реактивов закончилось и плотный туман вновь укрыл район злополучного ретранслятора телеметрии, но еще некоторое время там, у самого ледника бесновался огонь, выбрасывая в тусклое серо-фиолетовое небо тонны камней вперемешку с глыбами льда…
Потом, когда кончились ракеты и оружейные эскалаторы взвыли впустую, свидетельствуя о кончине бортового боезапаса, модуль, похожий на сумасшедшее солнце, окутался яростным огнем реактивных двигателей и резко пошел к Земле, туда, где сквозь плотный туман смутно угадывалось движение множества фигур.
Взрыв, отбросивший многотонную башню телеметрии на несколько сот метров, ощутили во всех поселениях российского сектора.
Операторы станций связи, принявшие за несколько минут до этого совершенно дикое и невозможное с их точки зрения сообщение с какого-то мифического борта-010, слышали взрыв и почувствовали явное колебание почвы…
Минуту спустя все передатчики Ганимеда заработали, принимая сообщение на волне в двадцать один сантиметр:
— Внимание! Говорит командир спускаемого модуля поддержки! Всем, кто меня слышит! С вами говорит борт-011 Военно-космических сил США! На колонию совершено нападение со стороны неземных форм жизни! — Голос неизвестного пилота был полон неподдельного ужаса, словно он видел что-то, чего не могли воспринять ни ошалевшие от неожиданности операторы со станций слежения Ганимеда, ни люди, которые, ничего не подозревая, занимались своими повседневными делами… — Предлагаю всем лицам, населяющим российский сектор освоения, начать немедленную эвакуацию собственными силами!.. — срывающимся голосом произнес эфир. — Мой базовый корабль выходит сейчас на низкую орбиту… Свяжитесь с ним! Скажите полковнику Кински, что взвод Брогана погиб! Они идут от ледника к ближайшему поселению!.. Бог мой, я их вижу!.. Они… Они ужасны! Спасайтесь, кто как может, мой модуль попытается их задержать!..
Больше передача не повторялась…
Это казалось похожим на бред.
Бред сумасшедших военных, но тем не менее российский сектор освоения мгновенно охватила паника.
Все знали, что такое «Гарри Трумэн», и если упоминание о каких-то неземных формах жизни казалось опасностью отдаленной и нереальной, то ракеты «Трумэна» и репутация его командира могли заставить бежать кого угодно.
На дорогах, ведущих из российского сектора освоения, образовалась короткая давка.
Связи с Землей не было. Она появится только через шесть дней, а до прибытия «Альфы» в район парковочных орбит оставалось чуть менее двух часов.