Восьмая горизонталь
Шрифт:
Жирок, незаметно рассосался, кожа потемнела, голос погрубел, а когда запоёт какую-
нибудь арию, дрожь проносится под кожей, все работу бросают, чтоб послушать,
определённо, у него талант.
Князь Аскольд, у местных умельцев, заказал гитару, решил подарок на день
рождение ему сделать. Сам он, высушил с десяток жил, утверждает, неплохо пойдут на
струны.
Вооружаемся тяжёлыми копьями, самый лучший способ отпугнуть акул. Практически
любого подводного
обсидиана, разве, что, кроме мегалодона, размером они с кита, этой булавки не заметят.
Как обычно, меня сопровождает Егор и его сын, Стасик со своей девушкой
Иришкой. Ярик, накидывает на плечи собственноручно изготовленный рюкзак из кожи
оленя и, разрешает нам трогаться в путь. Даю ему лёгкого подзатыльника, чтоб не
умничал, двигаемся в путь.
За день я решил запастись достаточным количеством, а под вечер, к нам должна
прибыть бригада, чтоб забрать "улов".
Дальние мыса находятся в тех местах, где мы встречались с Росомахой. Это, как
бы, нейтральная территория, люди Вилена Ждановича стараются туда не заходить, да и
мы тоже. Странная местность, берег постоянно меняется, допустим, сегодня на Солнце
сияет разноцветная галька, завтра - дышат холодом и сыростью, неизвестно откуда
появившиеся скалы. На том берегу оставаться на ночь нельзя, люди к утру исчезают. Но
Катерину, эти места тянут как магнитом, в море небывалое количество рыбы.
Сейчас утро. Поэтому, нам нечего бояться. Времена перемен начинается ночью. На
этот раз берег засыпан кварцевым песком, а к ленивым волнам опускаются языки
застывшей лавы, а по ней ходят толстые чайки и неприязненно косятся на нас чёрными
глазами, выхватывают из щелей зазевавшихся мелких крабов, чем-то недовольные,
скрипуче кричат.
Ярик быстро скидывает рюкзак, лезет в воду, Катерина настороженно окидывает
взглядом спокойную гладь моря, чёрных плавников не видно, кивает мне, мол, всё
спокойно. Миша Шаляпин прочищает горло, сейчас выдаст нечто ревущее, подходящее к
данному ландшафту. Егор, как всегда молчалив, сосредоточенно возится с самодельными
ластами, его гордость, изготовил из жёсткого тростника, по свойствам напоминающий
бамбук. Стасик с Иришкой натягивают тент. День сегодня обещает быть длинным, а
Солнце уже с утра припекает. Я раздеваюсь до плавок, на пояс наматываю верёвку, за неё
засовываю сетку, Катерина протягивает маску, плюю на стекло, смываю в морской воде, напяливаю на голову, просовываю под резину трубку, со скрипом надеваю ласты Егора, спиной захожу в море.
Вода привычно взбадривает, озноб поднимается до груди, привычно
разворота ныряю. Пузырьки скользят вдоль тела, выдуваю воду из трубки, оглядываюсь.
Словно завис в пространстве, даже дух захватывает, прозрачность запредельная, дно, словно поверхность неведомой планеты. В буйных зарослях, подводные скалы
причудливых форм, разломы, долины и всё заполнено жизнью. Проносятся стайки
серебристых рыбёшек, из грота выплыли тяжёлые великаны-горбыли, в расщелинах
замерли разноцветные скорпены, гигантский окунь поднялся из глубины, словно морская
мина, застыл напротив меня, размышляет, пища я или нет. Махнул в его сторону сеткой, рыбина нехотя отваливает в сторону и исчезает в нагромождении подводных скал.
Гребу вдоль мыса, его стены, как органные трубы, уходят вниз и, утыкаются в
каменистое дно, которое, под наклоном, стремительно уходит в тёмные глубины. Мне
туда, где не видно дна - очередное испытание для моей воли, стресс для всего организма.
Уже загодя, занимаюсь гипервентиляцией лёгких, гребу медленно, стараюсь
минимально расходовать энергию, дышу глубоко, энергично, долго, пока не появляется
пьянящее чувство и, некая эйфория, признак перенасыщения лёгочных тканей,
кислородом.
На мыс уже взобрались мои спутники, ползут вдоль отвесных стен, когда будет
нужно, скинут верёвку и будут затягивать сетку с тяжёлыми минералами.
Я на подходе, дна уже не видно, лучики света пронзают светлую воду, и
устремляются в одну световую точку. Глубоко. Вытесняю из сознания появляющийся
холодок, знаю, будет тяжело, в тоже время, захватывает азарт. Пора. Застываю на месте, ещё пару глубоких глотков воздуха, кровь словно вскипает, стучит молоточками в висках, ныряю.
Мир меняется, сознание почти меркнет, скольжу вдоль "органных" труб в пустоту.
Несколько раз притормаживаю, выравниваю внутреннее давление и, вновь погружение.
Глаза ищут дно, но его нет, всё также вижу перекрещивающие лучи Солнца. Но, вот, темнеет, словно наползает туча. Толща воды гасит свет. Внезапно, словно проявляется
чёрно-белая фотография, возникает суровое, каменистое дно. Но оно так далеко! Но я
знаю, теперь его достигну. Совсем расслабляюсь, необходимо беречь энергию. Медленно
опускаюсь и застываю, на лишённой всякой растительности, поверхности морского дна.
Полная тишина и покой, но всем телом ощущаю дикое давление, как будто, что-то
потрескивает под черепной коробкой. А вот и то, что нам нужно! В разломах в изобилии
теснятся железосодержащие минералы, они заполняют все низины.