Восьмой ангел

Нечаева Наталья Георгиевна

Мурка не ответила.

Ольга, крадучись, подошла к двери, прислушалась к тишине на лестничной клетке и быстро передернула рычажок автомата, отключив электричество.

— Вот так тебе! — злорадно произнесла она замочной скважине. — Звони, сколько хочешь!

И чем заняться? Раз нет света, значит, даже комп не включить. Книжка?

Девушка вытянула с полки первый попавшийся фолиант. Раскрыла. Книжка оказалась на французском, которого Ольга не знала.

Может, в Москву позвонить? Узнать,

что там происходит? Наверняка слухи о питерском скандале дошли до Останкино.

Короткий разговор с монтажером, в одиночестве пребывавшем в редакции, Славину не порадовал. Паша грустно сообщил, что их группу, скорее всего, расформируют. Про Ольгу на студии ходят странные слухи, что выгнали ее за наркотики, и обратного пути на телевидение ей нет. Бесконечно звонят какие-то люди и интересуются, правда ли Славину уволили, а получив ответ, радостно сочувствуют и отключаются. Вчера секретарша главного сказала, что Ольга с горя ушла в запой, дескать, ее видели в метро, пьяной в стельку, а еще у нее от наркотиков и водки окончательно «съехала крыша», и она несет такую чушь, что, скорее всего, очень скоро попадет в психушку.

Святая простота! — думала Славина, слушая рассказ монтажера. — Зачем же ты мне все это говоришь? Хотя, с другой стороны, лучше знать, что думают о тебе на студии, которой ты отдала десять лет жизни. Теперь, значит, она не просто наркоманка, но и алкоголичка. Да еще — невменяемая. Конечно, разве человек, пребывающий в вечном дурмане, может работать на федеральном канале? Или просто сделать нормальную программу? Понятно, для чего это нужно. Чтоб объявить мурманский фильм бредом сумасшедшей наркоманки. Неужели эти чокнутые оккультисты так сильны, что контролируют и телевидение, и власть? Куда же она умудрилась вляпаться? Или они и впрямь — та самая седьмая раса, которой будет принадлежать будущее земли? Настоящее, похоже, уже в их руках.

– У землян отличная перспектива стать сверхрасой! — знакомый по прошлым припадкам голос ласково торкнулся в уши. — Именно из вас Творец пытается создать расу будущего. Расу, соединяющую в себе ментальность, эмоциональность, духовность. Расу, выросшую на генетических принципах любви.

Снова началось, — обреченно констатировала Ольга. — Ты смотри, что происходит… Стоит вспомнить о «Туле», тут же начинаются глюки. Без всяких наркотиков. Может, это магистр со мной разговаривает? О седьмой расе — очень похоже…

— Становление расы — это выбор вашего коллективного сознания…

— Еще чего! — возмутилась Ольга. — Лично я ничего не выбирала. Мне и так жилось неплохо, до этого самого времени.

— Мы говорим о разных вещах. То, что ты слышала от магистра, — действительно полная чепуха. Его гибель — подтверждение того, что в новой энергии злодейству и ненависти места нет.

— Может, тогда приведешь пример человека той самой седьмой расы? Ну, чтоб я поняла, о чем речь? — Ольга переместилась на диван и вдруг увидела, что кошка больше не лежит, вальяжно раскинувшись на подушке, а снова сидит в напряженной странной позе и, не мигая,

смотрит прямо в глаза. Снова возникло зыбкое тревожное чувство, что она, Ольга, втягивается в кошачьи зрачки — бездонные, бесцветные провалы, ведущие в запредельность, у которой нет ни края, ни конца.

— Пример на поверхности, и он тебе отлично известен. Иисус Христос.

— Что? — Девушка просто не поверила этому сочетанию звуков, совершенно ясно полагая их очередным вывертом больного сознания.

— Ты не ослышалась. В вашей Библии изложена история его рождения. И она совершенно правдива.

— Мария зачала от святого духа?

— Именно. Святой дух представлял внеземную цивилизацию. Геномы представителей систем Сириуса и Плеяд использовались для создания нового человека, смыслом и образом жизни которого должна быть любовь. Конечно, Христос не единственный, зачатый таким образом. Именно эти люди призваны улучшить генофонд Земли, подготовив рождение новой расы.

— Но у Иисуса не было детей…

— Были. И его потомки живут среди вас. Разве ты не читала земные книги, написанные об этом? Разве не слышала, как ваша церковь подвергает их авторов анафеме?

— Я всегда считала это прекрасным вымыслом.

— Зря. Пора бы запомнить, что случайности запрограммированы.

— Ты сказала, что Христос — не единственный?

— Именно. Девяносто девять процентов населения Земли носят в себе инопланетные гены.

— И я?

— Конечно.

— То есть все мы — дети Бога?

— А разве не это пытался сказать вам Христос?

— Тогда почему я ничего не знаю о том, кто я и откуда?

— Знаешь. Просто здесь, на Земле, тебе не положено об этом помнить. Таков план.

— Почему?

— Каждый из вас, землян, проходит свой урок в отрыве от своей вселенской сущности. И ваша общая цель — вывести планету на новый энергетический уровень, то есть, — бесстрастный прежде голос, Ольга могла поклясться, явственно усмехнулся, — сделать Землю — раем.

— Странный рай, — теперь уже усмехнулась Славина, горько и недоверчиво. — Убийства, ненависть, злоба, зависть. Вселенские катаклизмы, в которых погибают сотни тысяч. Миллионы людей ненавидят войны и все равно — воюют! Это — преддверие рая?

— Ненавидя войну, нельзя обрести мир.

— Есть другой способ?

— Единственный. Обрести мир и согласие можно, лишь полюбив мир. Как единственно возможную форму бытия. Ненависть разрушает, созидает только любовь. Мы с тобой уже говорили об этом.

— То есть я должна полюбить всех подлецов, поганящих жизнь?

— Да. И другого пути нет. Ты должна понять, что все, кого ты назвала подлецами, согласились сыграть эту роль, чтобы ты и другие могли пройти свой путь.

— Мой путь? Если бы я не поддалась на уговоры Тимок, столько людей осталось бы жить!

— Не скорби о них. Кто-то из них ушел, потому что ему не место в новой реальности, кто-то просто исполнил свой план.

— Смерть людей тоже входит в божественный план? Хороша любовь Творца… Те двести тысяч, которых смыло цунами, тоже часть замысла?