Восьмой ангел
Шрифт:
— Вы говорите о фатуме? — удивленно просил кто-то.
— Нет, я говорю о времени. Когда преподаватель дает вам очередную контрольную, вы каждый раз пытаетесь найти ответ. Но в это же время готовые решения, уже созданные кем-то, спокойно лежат в столе, дожидаясь своего часа. Они спрятаны от вас, но, тем не менее, уже имеются, не так ли? То есть все, что потенциально может случиться, существует одновременно, в одном вечном сейчас. И древняя Арктида, и наше путешествие по Кольской тундре, и мои практиканты-близнецы, и фильм, показанный по вашему телевидению, и наша сегодняшняя встреча.
— Оля, — с тревогой повернулся к ней
— Не нужно думать, что в Мурманске случилась трагедия, это не так. — Славина не услышала вопрос приятеля. — Несчастные случаи или ужасные совпадения, которые происходят с нами, вызывают великие перемены в вашей жизни. Это — часть того самого решения, о котором я только что говорила. Скрытого, но существующего. Время — это не вчера, сегодня и завтра. Оно — просто энергия. И для того, чтобы понять это, нужно установить постоянную связь с духом.
Аудитория заволновалась и зашумела.
— Единственное, что не дает вам это ощутить, — ваше неверие! — возвысила голос девушка, перекрывая шум. — Когда вы научитесь осознавать время, вы легко сможете читать будущее, потому что оно уже произошло.
— Вы хотите сказать, что будущего нет в принципе? — крикнул откуда-то из середины звонкий недоверчивый голос.
— Так же, как и прошлого, — степенно кивнула Ольга. — Только что вы слушали, как я говорила о времени. Эти мои слова — уже прошлое. Где были в этот момент вы? Там же, где и сейчас. Слова, которые я собираюсь сказать, — это будущее. И то и другое существует здесь и сейчас. Не так ли? Но если вы вернетесь к моим словам, которые я только что произнесла, вы вернетесь в прошлое, продолжая оставаться в настоящем. Истина в том, что у реальности всего лишь одно мгновение. Совершающееся сейчас.
— То есть, если я сразу что-то не понял и решил переспросить, я вернулся в прошлое? — уточнил тот же голос, и Славина тут же разглядела, кому он принадлежит — светловолосому парню с розово-фиолетовым ирокезом на голове.
— Правильно, — согласилась она. — Но в тот момент, когда вы поймете, ваше прошлое изменится.
Студенты загомонили еще громче. Некоторые из задних рядов встали и начали пробираться к выходу.
— Оля, — дернул ее за руку Шульгин, — хватит эзотерики, давай к теме!
— Мы, сириусяне, — возвысила голос Славина, — находимся здесь для того, чтобы раскрывать вам философию Вселенной, которую можно определить одним словом — любовь.
— Вы — инопланетянка? — громко и вызывающе спросила с первого ряда худенькая остроносая студентка. — Тогда вам, конечно, по фиг, сколько наших погибло.
— Я — представитель Высшего космического разума, — глядя ей прямо в глаза, произнесла Славина. — Много миллиардов лет мы наблюдаем за развитием ваших душ и вашей планеты. Мы — первые помощники творца в организации жизни на Земле.
— Тогда почему вы не предотвратили столько смертей? — Девчонка смотрела на нее с нескрываемым ехидством.
— Время — это всегда ответ. Так или иначе, все мы, случается, выбираем неправильную дорогу. И тогда все происходит не так, как нужно. Значит, следует снова вернуться на перекресток и начать путь заново.
— Но как же все-таки те, кто погиб? — продолжала допытываться настырная студентка.
— Время — лучший лекарь. — Ольга нахмурилась, словно сама прислушивалась к своим словам, удивляясь. И вдруг снова заговорила. Незнакомым металлическим голосом,
И в этот момент она будто со стороны увидела и услышала себя.
И не поверила. И зашлась от сильного мгновенного ужаса.
— Витя, что я несу? — со страхом повернулась она к приятелю.
Шульгин, давно уже переглядывавшийся с другом профессором, тяжело поднялся с места, надавил на Ольгино плечо, усаживая ее на стул.
— Друзья мои, я должен перед вами извиниться, я не учел состояние нашей гостьи. Она больна и не может больше продолжать встречу.
Зал заулюлюкал, чуть ли не каждый, вставая с места, крутил пальцем у виска и отпускал в сторону Славиной какую-нибудь колкую реплику:
— Да она пьяная!
— Обкуренная!
— Обколотая!
Ольга откинулась на жесткую спинку. Перед глазами кружилась карусель из злобных зеленых лиц, в ушах, перебивая друг друга, до хрипоты спорили чьи-то чужие голоса. Один, мелодичный и звонкий, пересказывал то, что Ольга уже слышала. От кошки. Второй — медоточивый и коварный, внушал, что единственный выход уйти от позора — самоубийство.
— Лелька, что с тобой? — тряс ее за плечо Шульгин. — Какая муха тебя укусила? Ты же все испортила!
— Подождите, Виктор, — остановил его напор университетский профессор. — Вам не кажется, что она не в себе? Может быть, вызвать врача?
— Врача нельзя, — помотал головой Шульгин. — Только не хватало, чтоб ее еще и шизофреничкой объявили. Лучше я ее домой отвезу. Женщина, что с нее взять? Нервы не выдержали. Многое слишком на нее свалилось…
Нельзя сказать, что Макс чувствовал себя обделенным и покинутым, когда махал рукой вслед ворчливо разворачивающемуся джипу, за рулем которого сидел Моду, а на заднем сиденье пристроились унылые близняшки. Наоборот, он ощутил некоторое облегчение: все-таки нервотрепка в связи с непонятным исчезновением девчонок, да и вся история с их полетами и беспробудно дрыхнущим борзогоном не относились к числу приятных событий. Это было общим решением — отправить француженок в Мопти. Мари требовался доктор, потому что вывихнутая нога, натруженная во время долгого пешего путешествия, все же распухла и посинела, и теперь девушка совершенно не могла даже стоять.
— Думаю, она еще и связки порвала, — вынес вердикт Адам. — Пока этот борзогонский коктейль действовал, боль почти не ощущалась, а теперь анестезия прошла — и вот результат.
Лиза попыталась что-то высказать в защиту сестры и их дальнейшего пребывания на Бандиагаре, но наткнулась на жестко-недоуменный взгляд Барта и прикусила язык.
Собственно, и вопрос, кто именно сопроводит отчаянных путешественниц до цивильного места, чтобы впихнуть в самолет, споров не вызвал. Конечно, Моду. Макс и Адам, как ни крути, оставались в Мали чужаками, а Моду — свой, уважаемый человек, светило малийской науки. В случае чего, и насчет билетов договорится, и врача найдет. Понятно, для Моду этот вояж в Мопти тоже представлялся еще той обузой, но что делать?