Восторг
Шрифт:
Но, с другой стороны, если бы они вмешались… Блин, кто бы мог подумать, что Матиас примет на себя чужую пулю?
– Эдриан, дуй туда! – прошипел Джим.
Эд исчез с кивком. Секунды спустя с периферии донеслось ангельское «все чисто».
– Вызови девять-один-один! – сказала Мэлс, сидя на корточках, держа руку Матиаса.
Вот оно, настоящее перепутье, подумал Джим. И Матиас прошел его.
Они выиграли…
Мэлс подскочила и зло посмотрела на него.
– Нам нужна скорая…
Столб света вспорол облака, сияя
Мгновение Джим просто наблюдал за происходящим, сияющее тело Матиаса затянуло в водоворот, освобожденный от оков плоти, он направился в Бастион Душ.
Он сделал это.
Ублюдок сделал это.
В минуту, когда Матиас выбрал чью-то жизнь взамен своей, когда он бросил свое тело перед пулей – пусть Джима и не зацепило бы – наступило перепутье, свободная воля… и победа.
– Он умирает! – голос Мэлс рывком привлек его внимание. – Он…
– Мертв, – мрачно сказал Джим, подняв руку, прощаясь со старым… другом, решил он.
– Нет, не мертв!
Снова сосредотачиваясь, Джим подошел к женщине и сел на корточки.
– Сожалею, но он ушел.
Женщина выбросила руку и схватила Джима за футболку, лицо обрело тигриное выражение, зубы обнажены, глаза сверкали.
– Он не мертв.
Она отпустила руку и потянулась за собственным телефоном…
Джим выхватил вещицу из ее рук.
– Он ушел… мне очень жаль, но он больше не с нами. И тебе нужно выбираться отсюда…
– Ты что несешь! Отдай мой телефон!
– Мэлс…
Она бросилась на него, и он позволил ей, позволил выпустить силу и гнев, когда она накинулась на него с кулаками. В конечном итоге, он успокоил ее, развернув и прижав спиной к себе, просто чтобы она не выцарапала ему глаза.
Наконец, затихнув, она тяжело дышала и плакала.
– Он ушел, – хрипло сказал Джим. – И мне, правда, жаль. Мне очень жаль тебя. Но ты должна выслушать меня. Ты должна уехать… ты не хочешь участвовать в этом. Он сказал, что именно передал тебе… поэтому я знаю, ты понимаешь, когда я говорю, что это небезопасно для тебя – ввязываться в то, что сейчас произойдет. Езжай домой и продолжай обрабатывать информацию… так ты будешь в безопасности. Как только ты все раскроешь, и история всплывет наружу, организация рухнет. Но до этого времени, все как обычно, и значит, ты в опасности. Езжай домой. Делай свою работу… и делай быстро.
Женщина повисла на его руках, расслабившись в его хватке, ее голова наклонилась в сторону тела Матиаса.
– Ты знаешь, что я прав, – мягко сказал Джим. – И я хорошо позабочусь о нем. Обещаю.
Внезапно Эдриан вышел из-за деревьев.
– Ты не поверишь, на кого я только что наткнулся. Найджел.
Джим нахмурился.
– Я не почувствовал его.
– Я тоже. Но он был здесь.
«Чтобы удержать Девину в стороне?» – задумался он. Или, может, он – настоящая причина, из-за которой ни Джим, ни Эдриан не почуяли приближение киллера?
– Он ушел?
– Ага. Ничего не сказав. Просто махнул рукой
Окей, цели и причины его босса не особо важны в настоящий момент.
– Эд, я хочу, чтобы ты отвез ее домой.
– Без проблем.
– Мэлс? – Джим повернул ее. – Ты должнаехать. Это небезопасно для тебя. Езжай и сделай все, что сможешь.
– Он не может умереть…
– Он умер. Ты знаешь это. Доверься мне, о нем хорошо позаботятся. А сейчас иди… позволь Эдриану отвезти тебя домой, где ты будешь в безопасности. Я не могу позволить вам обоим умереть на моих руках.
Мэлс позволила Джиму отвести ее к машине, в которой она приехала, и, открыв пассажирскую дверь, он усадил ее на сиденье. Судя по ее покорному смирению, было вполне-мать-его-очевидно, что шок взял над ней верх… поэтому им нужно действовать быстро, пока она не освободилась из его оков и не начала вторую драку. Перед тем, как закрыть дверь, он наклонился к ней.
– Тебе нужно кое с кем переговорить. Исаак Рос… он один из нас. Ты можешь найти его через Чайлдов, через «д», в Бостоне. Скажи ему, что ты от Херона, хорошо?
Она кивнула, но Джим сомневался, что Мэлс на самом деле услышала его.
Но потом она внезапно протянула руку и сжала его ладонь.
– Пожалуйста, не… оставляй его где-то безызвестным. В смысле…
– Я позабочусь о нем должным образом. Клянусь тебе.
Посмотрев ей в глаза, Джим провел рукой напротив ее лица, даруя ей успокоение и комфорт в ее горе.
О, Боже… он буквально ощущал ее любовь к Матиасу, и сердце болело за нее. И он был благодарен ей.
После всего, как говорилось в старинной пословице? Любовь к хорошей женщине[157]…
Это все изменило, ведь так?
Он был прав: Матиас оказался душой на кону, но Мэлс была ключом.
– Клянусь тебе, – повторил он. – Сейчас уезжай и сделай то, что правильно.
Закрыв дверь, он стукнул по крыше, и Эд включил задний ход, развернул машину на сто восемьдесят в конце дорожки и отъехал.
Оставшись в одиночестве, Джим повернулся в поисках Найджела, но архангела нигде не было видно. Только лес… и два мертвых тела на гравийке.
Матиас отправился в Рай.
Интересно, ублюдок сильно удивился? Но, с другой стороны, перед смертью он сделал все правильно и совершил геройский поступок… пожертвовал собой ради другого.
На весах правосудия ему нужно за многое расплатиться, но несколько минут спустя он отдал все ради другого…
Когда Джим подошел к телу бывшего босса, он не мог поверить, как мужчина закончил. Опять же, Ад оказался весьма преобразующим опытом. Как и любовь.
Опустившись на колени, Джим тихо произнес:
– Если бы ты сказал, что мы окажемся здесь… я бы никогда не поверил этому.
Правда оказалась невероятнее, чем выдумки.
Джим потер лицо и позволил себе наклониться назад так, что усадил свой зад рядом с мужчиной, который задавал темп его жизни очень долго. В тишине он весьма отчетливо слышал свое дыхание, то, как воздух проникал в его нос холодным, а выходил изо рта – теплым паром.