Восторг

Уорд Дж. Р.

– У тебя не получится вечно уходить от вопросов.

– Какого черта ты делаешь?

– Мы разберемся с этим вместе…

– Нет…

Звук сирен прервал спор, и они оба посмотрели на дверь. Если повезет, копы проедут мимо, громкость пойдет по кривой, когда полицейские приблизятся и поедут дальше…

Нет. Кто-то что-то увидел или услышал и позвонил в 911.

Когда в переулке резко остановилась машина, Джиму хотелось пойти легким путем… просто погрузить Матиаса в транс, в мгновение ока переместить труп и разобраться с

памятью копов в синих костюмах, которые в этот самый момент выходили из своих машин с фонариками. Но было тяжело вмешиваться в сознание нескольких людей одновременно. А поджег тела выдаст их точное местоположение.

Джим надеялся, что парни в синем потратят какое-то время на обыск переулка.

– Ни звука, – рявкнул он и схватил Матиаса за пояс, перекинул его через плечо и пошел вниз по коридору.

– Да ты, блин, издеваешься, надо мной…

Высказывание протестов прекратилось либо потому, что Матиас проглотил язык от жесткой транспортировки, либо от кровоизлияния в мозг, благодаря смешению красок. Но черт подери, они добрались до конца пятидесятимильного коридора, и в этот раз Джиму не пришлось скрывать заряд энергии, который он пустил в замок. Прорвавшись через дверь, он…

Вот, дерьмо.

… вбежал в заднюю часть одного из ресторанов отеля.

Хорошая новость заключалась в том, что из этого помещения, похоже, выносили завтрак и ланч; здесь никого не было, варочные поверхности и конторки из нержавеющей стали вымыты и задраены в конце рабочего дня. К сожалению, заряды энергии активировали сигнализацию, красные лампочки мигали во всех углах.

– Сюда, – сказал Матиас, показывая на двойные двери с круглым окошком. – И поставь уже меня на пол.

Джим опустил парня, и они продолжили путь, проходя мимо плиты длиной в футбольное поле, затем раковины, достаточно глубокой, чтобы вымыть слона. Стуча обувью по красному плиточному полу, Джим взглядом искал панель управления сигнализацией, своего рода материнскую плату, но, разумеется, никто не додумался разместить ее посреди вотчины Эмерела Лагасси[69]. Кроме того, даже если ему удалось бы ее выключить, сигнал уже послан.

Пробежав через дверцы, открывающиеся в обе стороны, они оказались на открытом пространстве, заставленном квадратными столиками для голодных людей, которые не придут за тостом или яичницей еще часов семь…

На другой стороне затемненные стеклянные стены, отделявшие закусочную от холла, демонстрировали тройку бегущих людей, которые наверняка были из службы безопасности отеля.

Они с Матиасом оба посмотрели налево, где были раздернуты оформлявшие старомодные раздвижные окна шторы, длиной от потолка до пола.

Никаких обсуждений. Оба метнулись к единственному возможному выходу. К чести Матиаса, он не пытался геройствовать, когда они добрались до них; он резко остановился и позволил Джиму открыть щеколду и схватиться за медную ручку у основания подоконника.

Чтобы

поднять окно, Джим приложил не только свою спину. Поддавшись также его силе мысли, окно скользнуло вверх с треском, будто вырвалось из картинки.

Прыжок на тротуар с высоты двенадцати футов.

– Дерьмо, – сказал Матиас. – Тебе придется меня поймать.

– Без вопросов.

Скоординированной волной Джим оказался в опущенных руках гравитации. Он приземлился прямо на солдатские ботинки и вытянул руки. Выход Матиаса был грубее, судя по виду, его ноги тяжело сгибались, но парень был не глуп. Он ухватился за окно и закрыл его за собой, хотя он кое-как умещался на краю.

Он отпустился, отправив себя в свободное падение, его черная куртка бесполезно болталась позади, как парашют с пулевым отверстием.

Джим, ворча, поймал бывшего босса, не давая ему упасть на тротуар.

– Они нашли нашего друга, – сказал Матиас, оттолкнув Джима.

Как и говорил Матиас, с другой стороны здания копы открыли те двойные двери и вошли в коридор, из переулка время от времени выглядывал свет от их фонариков, будто они размахивали ими вокруг истекающего кровью убийцы.

Пора стать призраком.

Двигаясь тихо и так быстро, как только могли, они вдвоем направились в противоположном направлении. В отличие от спецподразделения, в случае с Колдвелловским отделением полиции подкрепление было самым главным, и как ожидалось, в ночи стало раздаваться все больше сирен.

Примерно через пятьдесят ярдов они с Матиасом остановились на другом углу отеля, осмотрелись и вышли из переулка, спокойными как замерзшая вода.

– Сними очки, – сказал Джим, сосредоточившись на тротуаре впереди.

– Уже.

Джим взглянул на своего бывшего босса. Мужчина поднял голову, смотря прямо вперед. Его рот слегка приоткрыт, он дышал как товарный поезд, но это нельзя увидеть, если не искать признаки гипоксии.

Для всех окружающих они были обычными парнями, вышедшими на прогулку, не связанными ни с какими странностями.

Джим испытывал странную потребность сказать бывшему боссу, что ублюдок хорошо поработал. Но это смешно. Их обоих тренировал один и тот же сержант, оба потратили годы, бок о бок отрабатывая технику отступления, проходили через множество вариантов такой ситуации.

К тому времени, как они вошли в холл, Матиас уже легко дышал.

Не стоит и говорить, что парень останется в «Мариоте». После предпринятой попытки, которая закончилась не только смертью нападавшего, но и участием парней со значками, вторая попытка будет сложнее и рискованней, по крайней мере, в ближайшую пару дней.

Кроме того, они прошлись по кухне. Очень профессионально.

Будет досадно не попробовать приготовленную еду.

***

Упорство Мэлс было вознаграждено… но не так, как она ожидала.