Вой
Шрифт:
— Я что теперь, должен до его возвращения отсюда караулить? — спросил я.
— А недолго осталось. Воздушная цель, приближается к нам.
— Что за цель?
— Я тебе что, оператор ПВО? Да и радар тут любительский.
— Час от часу не легче. Запроси, кто и что хочет, — я оттащил пулемет от ограды. — А я пока «Иглу» возьму.
Только я успел добежать до заботливо припрятанного комплекса, как меня остановила Мария.
— Воислав это. Так что прячь трубу, может обидеться.
— Помяни черта, он тут как тут, — пробурчал я и положил
Вертолет завис над центром лагеря, потом ювелирно опустился на трейлер. Лопасти превратились из полупрозрачного круга во вполне себе осязаемые, потом остановились. Воислав снял наушники, открыл дверь и спрыгнул на землю.
— Вы что тут устроили? К атомной войне, что ли, приготовились? — он кивнул на разложенное оружие.
— Примерно, — ответил я. — А также учения ПВО устроить, да вот не получилось.
— Бардак, — покачал головой он.
— Так точно. Как и то, что мы не понимаем, что здесь происходит, — сказал я. — Я думаю, мы заслуживаем объяснений, и вполне внятных.
— Да, заслуживаете, — Воислав оценивающе посмотрел на меня. — Пойдемте смотреть, кого вы завалили, а объяснения — по ходу дела.
Я скорчил неопределенную гримасу и поднял тяжелый пулемет.
— Это можете оставить здесь, он не понадобится, — предупредил Воислав. — Вон лучше канистру возьми.
Я потянул за ручки тяжелую канистру с бензином. Он отпер ворота, выпустил нас, и лязгнул решеткой за собой.
— Итак, первый и большой секрет, который вам предстоит узнать — нечисть существует. Про миры Безодни вы слышали, и что оттуда при случае может вывалиться — в курсе. Но вот существует и местная нечисть, не всю ее вывели волхвы, как не старались. Местная — это так, ерунда. Маргиналы от волшбы. По меркам волхвов — так, крысы, не более.
— И это тоже?
— Да, — Воислав остановился возле…
Хотел сказать «окровавленного», только вот вместо крови на этом куске мяса пополам с тряпьем была какая-то черная жидкость. А воняло так, как будто в выгребную яму попал. Мария побледнела, стараясь удержать поздний ужин внутри, да и я как-то старался не дышать.
— Что нос морщите? — усмехнулся Воислав. — Да протух он давно. Знакомьтесь, господа — заложный покойник. Или по-западному — зомби.
Изуродованное лицо мертвяка вдруг открыло мутные глаза, и клацнуло челюстями. Мы непроизвольно сделали шаг назад.
— Не бойтесь, — усмехнулся Воислав. — Сейчас в том состоянии, в которое ты его ввел, он не опасен. Главное, пальцы не совать — укус смертелен. Сам догадался пристрелочные использовать?
— Да, — сказал я. — Подумал, что другое может и не взять.
— В общем — да. Новые методы борьбы с монстрами себя оправдывают. Это не осиновые колья, которое наши предки использовали. Так о чем это я? Ах, да. Заложный. Как этого бедолагу при жизни звали — неизвестно, да и неинтересно вовсе. Факт тот, что он воскрес — ну относительно. Либо ведьмы поработали, либо лесная нежить.
— Вроде той девочки, которая приходила до нападения?
—
Я пересказал ему, что видел у забора.
— Девочка, — гыкнул он. — Это никакая не девочка, а самая настоящая природная нежить, лесавка. Приходила, говоришь, и за собой манила?
— Да.
— Ну значит это вот мясо — дело рук местных, — он посмотрел на кучу. — А лесавка, по некоторым источникам дочь лешего, приходила на разведку, чтобы узнать, можно на базу сунуться или не стоит. Решила, что стоит, сильных волхвов на базе нет.
— Сильных?
— Ну а вы думали, господа, — усмехнулся покровительственно Воислав. — Пока вы только Одаренные и учитесь быть Воями. Силы в вас может, и много, а вот знаний и умений кот наплакал. Вот навь и пришла вами пообедать.
— Пообедать?
— А ты думал? У этой твари мозг отсутствует, точнее разложился. А жрать хочется. Давно мы не могли его поймать, очень давно. Местная нежить прятала хорошо. До вас здесь проходили подготовку спецназовцы, прочесали лес, сколько могли, да так и не нашли. А он. Значит, вас нашел сам.
— Так мы были приманкой? — спросил я.
— Да, — честно ответил Воислав. — Два кусочка аппетитного мяса на территории. До вас бы он, конечно, добрался — специально не поставили заговор на забор, но тут уже естественный отбор. Либо вы, непригодные к дальнейшему обучению, либо он в нетоварном виде, все просто. Не надо на меня так зыркать, вы вступили на свой путь и выбрали его сами. А тут такой шанс поймать заложного, который больше не представится. Вы его сделали, поздравляю. А теперь давай сюда канистру!
Воислав взял у меня канистру, щедро полил останки, не обращая внимание на щелкание челюстей, достал из кармана что-то вроде солонки, которой посыпал кучу гниющего мяса.
— А теперь отойдите подальше, — посоветовал он. — Будет неприятно.
Мы послушались Воислава и отошли шагов на десять. И тогда он начал ритуал упокоения. Губы его шевелились, шепча заговор. Когда он закончил, то сплел Огнь Сварога, и бросил его в кучу.
В небо ударил столб огня, отгорел и пропал, как будто и не было. Только выжженное пятно на траве напоминало, что здесь лежало то, что оставалось от заложного покойника.
— Вот так вот, господа, — он подошел к нам. — Теперь я его упокоил.
— А с остальными разбираться будете?
— Ты имеешь в виду лесовичку и лешего? Нет, оставлю их в покое.
— Так просто и оставите?
— А что? — пожал он плечами. — Они нам не мешают. Тем более после демонстрации силы. Сейчас они забились под какую-нибудь корягу в лесу и молятся, чтобы мы его не спалили.
— Не спалим?
— Нет, конечно. Зачем? Чтобы добить нежить, которая сама нас боится, и устроить огромный лесной пожар ради этого? Стоит ли несколько аборигенов такой цены? После этого и базу придется бросить, среди пала не хочется жить. Так что пусть пока существуют, пока не нарушают соглашения.