Вожак
Шрифт:
— Эй, брат, ты чего? — удивленно обернулся Лакр, когда понял, что вожак надолго застыл, невидяще глядя перед собой. — Стрегон, с тобой все в порядке?
Полуэльф оторопело моргнул.
— Что?
— Все в порядке, спрашиваю? — повторил Лакр, изумляясь все больше.
— Н-нет.
— Прости, я что-то не понял…
— Нет, — твердо повторил Стрегон. — Не все в порядке. Шир, постой: я должен поговорить с Белкой.
Вот теперь к нему обернулись все. Охотник даже развернулся всем корпусом, искренне полагая, что ослышался. Тирриниэль вежливо приподнял брови. Ланниэль выразительно скривился, считая, что общаться с Гончей в ее нынешнем состоянии —
— Зачем? — наконец спросил Шир, пристально разглядывая полуэльфа. Тот так же внимательно уставился в ответ, беззастенчиво воспользовавшись своими способностями. Охотник удивленно моргнул, ощутив заметное давление на разум, но все равно повторил: — Так зачем она тебе понадобилась?
— Я должен кое-что узнать.
— Не сейчас.
— Нет. Именно сейчас, — с нажимом сказал Стрегон, чувствуя, что чужая аура начинает поддаваться. — Где она?
Шир нахмурился, не совсем понимая, что происходит и почему ему так хочется, прямо-таки позарез необходимо ответить, в то время как затуманившееся сознание упорно твердит, что это неправильно. Он даже виски потер, стараясь избавиться от наваждения, но не помогло. И вот тогда он с непонятной досадой сообразил, что неистово горящие глаза полуэльфа, в которых проступили подозрительно знакомые красноватые огоньки, имеют к его колебаниям самое непосредственное отношение.
— Где она? — сухо повторил Стрегон, чувствуя, что татуировка на предплечье уже пылает огнем. — Как ее найти?
Шир вздрогнул, но ответить не успел: откуда-то из пустоты вынырнула вездесущая Белка и, моментально разобравшись в обстановке, недовольно поджала губы.
— Ну, вот. Стоило вас оставить одних, как вы уже сцепились, будто кобели за кость. Стрегон, прекрати. У тебя слишком сильные руны для смертного: кажется, Брегарис перестарался с узором… Шир, не смотри ему в глаза! Или не чуешь, где опасность? А еще к себе звал… Ну и что бы ты с ним делал? Два вожака в одной стае не уживутся, а он, как ни крути, вполне достойный соперник!
Стрегон от неожиданности вздрогнул и потерял сосредоточенность. Освободившийся от его влияния охотник с облегчением выдохнул, одновременно подарив полуэльфу весьма многообещающий взгляд. А Белка насмешливо хмыкнула.
— Петухи бойцовые… Один в силу наконец вошел и тут же принялся ее испытывать, второй повелся, будто в первый раз… И что мне с вами делать, а? Выпороть, что ли, чтобы дурью не маялись?
Шир неловко кашлянул.
— Дык я… Кто ж знал, что у него получится?
— Я предупреждала, — напомнила Белка. — И говорила, что он справится. А с учетом того, что Проклятый лес неплохо усиливает его способности, я бы никому не советовала испытывать влияние его взгляда. Через пару лет вообще, может, придется его изолировать, а то вдруг да возгордится?
Стрегон, пропустив шпильку мимо ушей, качнулся навстречу.
— Бел…
— Потом, — тут же отреагировала она. — С делами разберемся, тогда и поговорим.
— Но я только…
— И насчет Сар’ры — тоже.
— А…
— Обо всем поговорим, — вдруг мягко улыбнулась Белка. — Обещаю. Но не сейчас — для этого не время и не место.
— Если с тобой что-нибудь случится, на мои вопросы будет некому отвечать, — тщательно подбирая слова, озвучил свое беспокойство Стрегон, однако она только усмехнулась.
— Если, как ты говоришь,
Стрегон на мгновение задумался. Но она уже доказала, что свое слово держит, когда хочет, конечно. Да и татуировка молчала. Значит, или Белка действительно ответит на его вопросы, или же сейчас очень искусно лжет.
— Хорошо, — наконец отступил он. — Тогда ответь всего на один вопрос. Скажи, что случилось с тем эльфом, которому вы рискнули дать кровь оборотня? Он мертв?
Белка удивленно кашлянула.
— С чего бы ему помирать?
— Тогда что произошло? Почему вы отказались?
— Это уже не один, а целых три вопроса, — со смешком отозвалась Гончая. — Но если тебе интересно, то пожалуйста: да, мы действительно однажды испробовали этот состав на перворожденном. На светлом, если точнее. Разумеется, на добровольце, которым он стал вскоре после того, как рискнул разозлить владыку Элиара… Ну, не в этом суть. Так вот, когда ушастый ее принял, мы ждали самого плохого, даже приготовились к пышным похоронам, но ничего страшного не случилось — перевертышем он так и не стал. Зато почему-то проявился весьма забавный побочный эффект — тот бедолага чуть в обморок не упал, когда поутру посмотрел в зеркало.
— Что, все так плохо?
— Согласись, когда вдруг обнаруживаешь, что цвет волос сменился с золотистого на пепельно-серый, это трагедия! Особенно для избалованного красавчика, привыкшего считать себя пупом земли. Представляешь, как он перепугался, когда в довесок к этому вдруг обнаружил у себя во рту два лишних клыка?
— И это все? — не поверил Стрегон.
— А что тебе еще надо? — искренне удивилась Белка. — Раз нужного эффекта не получилось, то зачем испытывать снова? Тем более стать таким, как тот ушастый, больше никто почему-то не захотел. Это все, о чем ты хотел узнать?
— Пока да, Бел. Спасибо.
Она усмехнулась и, ободряюще хлопнув Шира по плечу, отступила обратно в лес.
— Утром зайду, проверю, как у вас дела. А к полудню уже до эльфов доберетесь. Только, чур, обо мне ни слова! Я сама вас разыщу.
Шир без всякого удивления кивнул, отлично зная, как она не любит чужого внимания. Затем проводил ее силуэт задумчивым взглядом и без лишних слов дал отмашку двигаться дальше.
Лакр, немного поотстав, удивленно уставился на Стрегона.
— Ты про эльфа-то зачем спросил?
— Не знаю, — рассеянно отозвался тот, нервно покусывая губы. — Пока еще не знаю, но что-нибудь обязательно придумаю.
ГЛАВА 19
Границу обжитых мест побратимы увидели очень скоро. Правда, не сразу осознали, что это именно она: ровная зеленая изгородь, преградившая им путь, так органично смотрелась среди деревьев, что в первый момент они решили — вот она, первая промашка эльфов. Везде лес был чистым, светлым и ухоженным, а тут они просмотрели бурно разрастающиеся побеги. Настораживало лишь то, что среди заслона присутствовал и колючий храмовник, и скромные ели, и податливый молодой кустарник… будто неведомый садовник задумал собрать здесь самые необычные растения и переплел их в причудливый, обманчиво хрупкий забор.