Вожак
Шрифт:
— Я как раз таким гостем и оказался, — хмыкнул Таррэн, с улыбкой оглядев родственников. — Леди Эланна оказала огромную честь и позволила мне осмотреться в своем лесу повнимательнее. Подсказала, где найти нужные ингредиенты, и любезно помогла с подготовкой заклинания для снятия стазиса с наших кошек. Так что если бы вы не выдернули нас оттуда раньше времени, я бы уже через пару недель нашел то, зачем уходил.
Эланна легко коснулась локтя Таррэна и с мягкой улыбкой заглянула ему в лицо.
— Если поторопимся, ты будешь готов провести ритуал самостоятельно.
— Я
— Мм… Хочешь, чтобы я осталась? — В ее голосе отчетливо зазвучал смех.
Тирриниэль настороженно покосился на сына, краем глаза отметив, как неверяще округлил глаза Элиар, а Тир буквально закаменел. Но Таррэн только кивнул.
— Конечно. Думаю, никто не будет против?
Владыка Л’аэртэ сжал кулаки: интересно, ему показалось или сын действительно излишне любезен с владычицей Алиары? Может, он не просто так не спешил домой? Может, он поэтому был так недоволен в первые мгновения? Из постели их выдернули… как двусмысленно это прозвучало! И как же больно было услышать, что все в нем ошибались…
Тиль поискал глазами Белку, однако место по левую руку от Милле пустовало. И, вполне вероятно, уже давно.
Тем временем Таррэн с теплой улыбкой подал руку повелительнице Алиары и галантно подвел ее к отцу.
— Эланна, познакомься: владыка Темного леса, глава дома Л’аэртэ и мой отец — Тирриниэль илле Л’аэртэ. Отец, это леди Эланна алле Эрроас, наследница ллера Адорраса алле Эрроас и его единственная дочь, которая волею совета старейшин три столетия назад была названа владычицей Эоллара. Прошу тебя принять ее как равную и надеюсь, что она найдет здесь немало интересного, после чего еще не раз нас навестит.
Эланна быстро взглянула на посуровевшее лицо Тирриниэля и опустила ресницы. Уверенно взяла Таррэна под руку, а потом и вовсе прижалась плечом, одновременно опуская взор ниже, словно пряча его от пронизывающего взгляда владыки.
Тиль с тяжелым сердцем отвернулся.
— Таррэн…
— Я в порядке, отец, — небрежно отмахнулся тот. — Сейчас передохну, а потом снова уйду, чтобы закончить дела. Да и Эланна пусть немного освоится. Что-то мне подсказывает, что ей тут понравится.
— Сын, ты ни о чем не хочешь мне рассказать? — совсем нахмурился Тирриниэль.
— О многом, — неожиданно признался Таррэн. — Столько всего случилось, и я так много узнал, что просто голова кругом. Подозреваю, что не все из этого тебе понравится. Однако сейчас не время и не место. Тир, ты где? Иди сюда, я должен задать тебе пару вопросов.
Владыка Л’аэртэ, всмотревшись в изменившуюся ауру сына, нехорошо прищурился.
— Потом с ним поговоришь. И с Милле — тоже. Леди Эланна, я бы попросил вас дать нам возможность обсудить некоторые вещи наедине. Надеюсь, моя просьба не покажется вам слишком грубой?
Леди Эланна прищурилась: владыка смотрел на нее весьма неприветливо.
— Ну что вы! — У нее заметно похолодел голос. Леди наконец убрала изящную ладонь с руки Таррэна. — Я все прекрасно понимаю. Таррэн, я подожду
Тиль, дождавшись, пока она отойдет, снова повернулся к сыну.
— Ты ничего не хочешь мне объяснить?
— Почему я должен что-то объяснять? — немедленно нахмурился и Таррэн.
— Я полагал, что наша встреча пройдет несколько иначе, но теперь вижу, что, наверное, зря тебя поторопил. Кажется, ты неплохо провел время.
— Нормально я его провел, — фыркнул Таррэн. — С пользой. В чем дело, отец? Зачем ты обидел Эланну? Это визит вежливости, а не попытка захватить наши границы. Что все это значит?
— То же самое я хотел спросить у тебя.
— Вы выдернули меня сюда, едва не разорвав на части, а теперь тебе интересно, что это значит?! — Таррэн перехватил настороженный взгляд Элиара, но, вопреки всем разумным доводам, побратим не спешил подойти и поздравить его с успехом.
Светлый эльф держался отстраненно, смотрел с подозрением и непонятным неодобрением. Даже дети выглядели недовольными и… разочарованными? Какими-то чужими, взъерошенными, неприветливыми.
Тирриниэль, угадав смутное беспокойство сына, грустно усмехнулся.
— Эланна красива, правда?
— Безусловно, — пожал плечами Таррэн. — У себя на Алиаре она считается первой красавицей. Она тебе не понравилась?
— Дело не во мне, сын мой. Полагаю, она не оставила тебя равнодушным?
— Я же не слепой.
— Жаль, — прошептал Тирриниэль, отступая и с горечью изучая недоуменное лицо сына. — Жаль, что все так сложилось и ты оказался не таким стойким, как я думал. Но еще больше жаль, что Бел тебе верила. В то время как… ладно, я все понял. — Владыка Л’аэртэ резко отвернулся. — Она ждала тебя все это время, Таррэн. Искала. Звала. Мне казалось, у нее есть на это причины, но теперь я понимаю, что ошибся.
— Отец!
— Мне жаль, сын, но ее я тебе не прощу.
Таррэн замер, ошеломленно глядя в спину быстро уходящего отца. Обернулся к Элиару, посмотрел на детей. Увидел на лице Милле отчаяние и заблестевшие в глазах слезы. Затем обратился за помощью к старшему сыну, но тот только смотрел в ответ огромными, неверящими, совершенно безумными глазами, а в мыслях у него было… У хозяина Проклятого леса вдруг вырвался тихий, полный досады возглас:
— Темная бездна! Вы о чем подумали?!
Он лихорадочно продолжил считывать чужие мысли. Заметил среди деревьев незнакомых эльфов, следы недавно ушедших перевертышей, напряженные лица каких-то смертных…
Стрегон вздрогнул, когда настойчиво ищущий взгляд остановился на нем.
— Сар’ра?!
Но тут до сознания Таррэна донеслась последняя, самая громкая мысль, которую пытался донести до него владыка Л’аэртэ. Он вмиг окаменел, замер, не веря, что дал повод в себе усомниться. Наконец пошатнулся и неслышно прошептал:
— Почему ты уходишь, отец?! Почему все вдруг так переменилось?! И по какой причине ты перестал мне верить?!
Тирриниэль, наглухо закрыв свои мысли, на мгновение обернулся.