Вожак
Шрифт:
— Не знаю. Тир вроде хотел Крикуна позвать, но старый ворчун когда еще выберется.
— Точно, портал, — с удивлением заозирался он. — Причем не один и, кажется, прямо сейчас!
Таррэн едва успел отпрыгнуть, увлекая за собой Белку, как в центре зала засияла яркая багровая искорка. За считаные мгновения она разрослась, обрела объем, четкость, а затем развернулась идеально правильным овалом пространственного телепорта, в котором смутно угадывались две фигуры. Одна выглядела низкой и плечистой, вторая была повыше и заметно стройнее. Всего секунду они стояли по ту
— Тебр! — изумилась Белка при виде второго своего сына. — Ты что тут делаешь?! Тир сказал нам, что ты в отъезде и вернешься нескоро!
— Мама! — Молодой эльф широко улыбнулся, а потом заметил отца и облегченно вздохнул. — Ну, слава богам, ты вернулся! А то я уж не знал, что и думать! Даже к подгорным пришлось обращаться!
— Конечно, пришлось, — проворчал Крикун, поправляя горячо нелюбимую корону. — Вы, ушастые, ничегошеньки не умеете: чуть что, сразу все из рук валится, а на настоящее дело способны только… Привет, Бел! Прекрасно выглядишь!
— Ты все-таки выбрался! — Белка с улыбкой обняла старого ворчуна, мысленно подивившись тому, что за прошедшие пять веков он не только не одряхлел, а, кажется, раздался в плечах еще больше. — Привет, коротышка. Рада тебя видеть. Спасибо за ключ, кстати, — он нам здорово пригодился.
— Давай сюда! — недовольно насупился Крикун. — Если кто узнает, что я спер его из сокровищницы, столько воплей потом будет, что впору уши затыкать! А я хочу последние пятьдесят лет досидеть на троне спокойно.
— О! Так ты за ключом, что ли, явился?
— А то! Думаешь, на тебя посмотреть, хмера недобитая?
Белка пихнула гнома в бок, заставив непритворно охнуть, а потом ухватила за маленькое ухо.
— Думаешь, я забыла про ножны?! И про доспех твой дурацкий, из-за которого все время случается столько проблем?!
— Ой! — скривился Крикун, тщетно пытаясь разжать ее пальцы. — Бел, да ты что? Чем тебе нож не нравится?!
— Ножнами! — рявкнула она.
Тебр мудро отступил в сторону, чтобы не попасть под горячую руку, и обнял отца, ради которого проделал столь долгий путь: сперва — быстроногим гонцом к деду в Темный лес; потом с Тилем до Лунных гор; почти месяц провел в кузнице Крикуна, помогая с ножом, а теперь вот добрался домой через мощный односторонний портал, о котором гномьи старейшины пока не имели ни малейшего понятия.
Стрегон застонал, больше не в силах ни удивляться, ни просто говорить. Он уже понял, чьего брата они встретили на заставе и почему Белка так хорошо знает в лицо некоторых высокопоставленных гномов. Точнее, одного гнома. Самого высокопоставленного. Потому что гордый профиль Крикуна, отчеканенный на каждой монете, вышедшей из недр Лунных гор, он мог бы опознать с закрытыми глазами.
— Обалдеть! — пораженно прошептал Лакр. — Подгорный владыка! А она его за уши таскает, как котенка!
Под сотнями ошарашенных взглядов Белка стиснула несчастное ухо еще сильнее.
— Отвечай, гад: что за блажь тебе взбрела в голову с этими ножнами?!
— А… это… — У Крикуна явственно забегали глаза и угрожающе побагровели
Белка даже глазом не моргнула.
— Тиля не тронь — он свое уже получил. А тебя, мой бородатый друг, теперь, когда все в сборе, я собственноручно, медленно и со вкусом сейчас…
Она не успела закончить: рядом со слабо мерцающей воронкой телепорта совершенно неожиданно появилась и стремительно разрослась еще одна искорка. Только на этот раз не алая, а изумрудно-зеленая, что вызвало среди эльфов искреннее недоумение. Что за чудеса? Сильнейшие эльфийские маги уже все собрались. Гномы с пространственными коридорами никогда особо не ладили. Смертных не ждали. Но тогда кто сумел пробить внешнюю защиту и буквально вломился в Золотые чертоги?
На лице Тирраэля отразилось непонимание. Тебр и Крикун с одинаковым удивлением переглянулись.
— Разве мы кого-то ждем?
— Нет, — нахмурился Элиар.
Тирриниэль ошеломленно моргнул, неожиданно вспомнив о еще одном маге, который мог бы потревожить Золотой лес, но высказать эту мысль уже не успел: воронка телепорта резко, словно от удара, распахнулась, оттуда полыхнуло нестерпимым жаром. Все заволокло густым дымом, а затем из портала кубарем выкатился рычащий, кричащий и яростно визжащий комок. Клубок с ревом и воплями подкатился к ногам Белки и вдруг распался, явив изумленным взорам двоих растрепанных, дымящихся, изрядно ошарашенных охотников, над которыми в угрожающей позе стояла взъерошенная хмера. А рядом, обнажив оба своих родовых клинка, ощетинился босоногий мальчишка с разметавшимися волосами и сразу двумя огненными шарами над буйной головой, которые он был готов в любой момент запустить в упрямых опекунов.
— Торк! Да что ж такое-то?! — сдавленно просипел Крес, над горлом которого угрожающе застыл кошачий коготь.
Тосс, прижатый к полу мощной кошачьей лапой, с не меньшей с досадой застонал.
— Хиш, уйди! Чтоб тебя… брысь, я сказал! Тор, вели ей убрать когти!
Торриэль, не замечая посторонних, упрямо поджал губы.
— Он вернулся! Я знаю, я почувствовал! И я его найду, слышите?!
Тир с Элом дружно разинули рты, а Крикун судорожно хватанул воздух: не увидеть сходства маленького эльфа с Таррэном мог бы только слепой!
— Мать мастеров… Я, кажется, брежу!
Тирриниэль затаенно улыбнулся.
В оглушительной тишине мальчик сделал властное движение кистью, словно отдавая невидимый приказ, и остатки заклятия немыслимой мощи послушно втянулись в его ладонь. Юный эльф решительно тряхнул пышными волосами, сердито покосился на опекунов, а потом поднял голову и несколько оторопел, обнаружив себя в центре всеобщего внимания. Но все же опомнился, сориентировался и безошибочно отыскал среди множества красивых лиц одно-единственное, смутное знакомое, то самое, родное, которое он так часто видел во сне.