Возмездие
Шрифт:
— Давай, Лавров, работай. У тебя осталось чуть больше суток.
— Спасибо, Владимир Иванович. Я постараюсь оправдать Ваши надежды и расколоть его окончательно.
— А что с машиной, которую ты пригнал вчера?
— С ней работают эксперты. Надеюсь, они найдут кровь Корнеева в этой машине.
— Давай, Лавров. Надежда умирает последней, — сказал он и направился к двери.
— Кстати, Владимир Иванович. Вы не будете возражать, если я уйду завтра в три часа дня. Завтра я женюсь.
Новиков
— Значит, решил жениться?
— Да. Церемония бракосочетания пройдёт в ЗАГСе Московского района.
— Ну, давай, удачи тебе, Лавров.
Какое-то нехорошее предчувствие зародилось у него в груди, но он смог подавить его.
Павел зашёл к Харитонову и сел на стул. Он оторвался от бумаг и посмотрел на Лаврова.
— Юрий Андреевич, — обратился он к нему. — Скажите, пожалуйста, в чём моя вина?
— Я что-то тебя не понял, Лавров. Говори яснее.
— Я говорю в отношении Новикова. Почему он так болезненно воспринял мой доклад?
Харитонов пристально посмотрел на Лаврова.
— Извини, Павел, но этот вопрос не ко мне. Ты знаешь пословицу, что старшим в зад не заглядывают? У меня одни лишь подозрения и больше ничего. Подозрение остаётся подозрением до тех пор, пока не будет конкретных фактов измены. Пока у меня нет ничего против него.
— Кстати, мне сегодня звонил Жан. Он в курсе того, что мы знаем всех участников этого преступления, и предложил мне сделку. Он сдаёт мне Гришина, а я прекращаю копать под него.
— И чем это всё закончилось? Я не думаю, что ты принял его предложение?
— Всё ограничилось его угрозами.
— Запомни, Лавров, одно, этот человек слова на ветер не бросает. Поэтому будь с ним осторожен.
— Да что он мне сделает?
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь.
— Юра, я на завтра отпросился у Новикова. Завтра мы с Надеждой хотим пойти в ЗАГС и расписаться. Ты, надеюсь, не станешь меня держать на работе в это время?
— Ну что, поздравляю тебя. Дай Бог тебе счастья в семейной жизни.
Он пожал руку Лаврову.
— Надеюсь, на свадьбу пригласишь?
— Приглашу не только на свадьбу, но и попрошу, чтобы ты был свидетелем с моей стороны. Надеюсь, ты мне в этом не откажешь.
— Извини меня, Павел. Найди другого свидетеля. Не обижайся, я просто завтра не могу. Меня вызвали в МВД на заслушивание по этому убийству. Так что, не обижайся, просто не могу.
Они обнялись.
— Юрий Андреевич, сегодня днём Новиков забрал у меня протокол допроса Кактуса. Вы не знаете, зачем он ему?
— Извини, но не знаю. Ты не переживай. Прочитает и вернёт.
Павел повернулся и вышел из его кабинета. Перекурив на улице, он вернулся в свой кабинет. Его взгляд упал на стол, на котором
— Начальник, — взволнованно говорил он. — Жан собирал сегодня бригадиров. Я слышал, что они хотят провести завтра против тебя какую-то акцию. Это будет во второй половине дня. Что они задумали я не знаю, но это дело они поручили Гришину.
— Спасибо тебе, что предупредил.
— Я надеюсь, что этот звонок поможет тебе, — сказал он и положил трубку.
Лавров откинулся на спинку стула и невольно задумался.
«Интересно, что задумал Жан? — подумал он. — Наверняка, что-то серьёзное, а иначе он бы не стал подставлять этого Гришина. Может отменить поход в ЗАГС? Нет, этот вариант полностью исключается. Надежда, да и её родственники просто меня не поймут. Могу обидеть хороших и дорогих мне людей».
Он встал из-за стола и, закрыв окно, направился домой.
Он ехал в троллейбусе и всё время думал, что ему делать завтра в связи с полученной им информацией.
— Возьму с собой на всякий случай двух курсантов. Пусть подстрахуют меня, — решил он.
Он вышел из троллейбуса и зашёл в универмаг, который находился на улице Восстания. Купив там белую рубашку, он направился домой.
Утро началось с большого ЧП. В камере повесился Кактус. Похоже, перед тем как лишить себя жизни, он был сильно избит своим сокамерником. Когда Павел спустился в камеру, там уже работали сотрудники уголовного розыска из МВД. Они допрашивали сокамерника по факту смерти Ермолина.
— Начальник! — чуть ли не кричал арестованный. — Я не бил его. Он пришёл с допроса весь избитый и сразу свалился на свою шконку. Единственное, что он сказал мне, что его избил оперативник, который работал с ним.
Один из оперативников поднял на Павла глаза.
— Твой «крестник»? — спросил он у Лаврова.
— Мой, — коротко ответил Павел. — Не верьте, врёт он всё. Если бы я его так отделал в кабинете, то его бы никто не принял в ИВС. Здесь дураков нет. Кому нужен этот геморрой.
— Ты не переживай, разберёмся, — ответил оперативник.
Остальные четыре часа он писал объяснительные и рапорта, оправдываясь перед руководством МВД, прокуратуры и другими следственными органами.
После обеда Лавров поймал такси и поехал к Надежде. Следом за такси следовала машина, в которой ехали три курсанта школы милиции. Павел подъехал к дому Громовых и вышел из такси. Около калитки его ждал отец Надежды Гавриил Семёнович.
— Здравствуй, Павел, — радостно поздоровался он с ним. — Надежда давно уже ждёт тебя. Что-то случилось? На тебе просто лица нет?