Возмездие
Шрифт:
— Всё хорошо, папа, — ответил Лавров. — Просто небольшие неприятности на службе.
Он пожал руку будущему тестю и прошёл в дом. Надежда сидела в кресле и, судя по бледности её лица, сильно переживала предстоящую церемонию. Заметив вошедшего в дом Лаврова, она вскочила с кресла и ринулась к нему. Он обнял её и поцеловал в губы.
— Ты, надеюсь, не передумала? — спросил он её.
— Нет. Я очень тебя люблю, Павел, и готова пойти за тобой куда угодно, только позови.
Они вышли на улицу и направились к ожидавшей их машине. Они сели в автомобиль и поехали на улицу Декабристов, где находился ЗАГС Московского
— Вот и всё, Павел, отбегался холостым парнем, — шутя сказала Надежда. — Вот прикую тебя к себе, и будешь сидеть со мной дома.
Они вышли из ЗАГСа и направились к ожидавшему их такси. К Павлу подошёл один из курсантов и поинтересовался у него, что им делать дальше.
— Спасибо вам, ребята. Езжайте на работу. Ещё раз спасибо.
Через минуту машина с курсантами растворилась в общем потоке транспорта.
— Надя, давай заедем к твоим родителям, заберём их, и все вместе поедем ко мне домой. Пусть наши родители порадуются за нас. До застолья ещё есть время.
Из-за поворота, со стороны улицы Шамиля Усманова, медленно выехала легковая машина без государственных номеров. Сердце Павла ёкнуло от предчувствия беды. «Жигули» остановились в метрах тридцати от них. Из машины выскочил молодой парень, в руках которого был автомат. Он передёрнул затвор и направил автомат в их сторону.
Первая очередь легла у ног Павла, осыпав его с Надеждой мелкой галькой. Он успел закрыть своим телом растерявшуюся Надежду, и повалил её на землю. Вторая очередь была более удачной. Стрелку удалось попасть в Павла. Одна из пуль, выпущенная из автомата АК, пробила ему грудь и попала в голову Надежды. Как потом он узнал, она умерла мгновенно.
Парень бросил автомат себе под ноги и стремительно бросился к ожидавшей его машине. Пока люди приходили в себя, автомобиль успел скрыться.
Павел очнулся в больнице. Около него суетился врач и молоденькая девушка, чем-то напоминавшая ему Надежду. Он хотел что-то спросить, но почувствовал, что не может говорить. Во рту у него торчала пластиковая трубка для принудительной вентиляции простреленных лёгких.
— А ты, похоже, везучий парень, — произнёс врач. — Шесть пуль и ничего, выжил. Судя по твоим шрамам, ты бывший афганец? Не переживай, Леонид Павлович тебя заштопал надёжно. Месяца через два, а может и быстрее, выйдешь из больницы.
Врач распорядился, и медсестра, взяв в руки шприц, молча ввела ему в руку обезболивающий препарат. Перед глазами медленно поплыло окно, а лица врача и медсестры исказились, словно он видел их за пеленой марева. Он закрыл глаза и растворился в бездне спокойствия.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Лавров положил цветы на могилу Надежды и поднял к небу свои глаза, словно надеясь, что Бог ответит ему на его молчаливый вопрос. Но, небо молчало, лишь посыпало его голову мелким снегом, который, как и его счастье, таял от прикосновения с землёй и теплом рук. Рядом с могилой Надежды находилась могила его матери, которая, узнав о покушении на сына и Надежду, умерла от обширного инфаркта миокарда. Он хорошо запомнил этот
Он медленно вышел с кладбища и, опираясь на палочку, побрёл на останову транспорта. Он медленно шёл по улице Ботанической, не замечая идущих ему навстречу людей.
Павел узнал о смерти матери и Надежды, когда его подняли из реанимации в палату. Его сердце сжалось и превратилось в камень. Он лежал на койке и вынашивал в себе планы мести. Мысль о мести позволила ему подняться на ноги. С этой мыслью он вставал и ложился каждый день своего пребывания в больнице.
Как-то его навестил начальник убойного отдела Харитонов. От него Павел узнал, что пока он находился в больнице, руководство УВД города уволило его из милиции якобы за допущенные нарушения в работе. Ему инкриминировалось физическое воздействие на задержанного Ермолина, в результате которого он не только получил от него показания, которые не соответствовали действительности, но и побудили того наложить на себя руки.
В отношении его было возбуждено уголовное дело, однако вскоре оно было прекращено. Из его сейфа пропали несколько секретных документов, в том числе и протокол допроса Ермолина.
— Юрий Андреевич! Я же Вам докладывал, что этот протокол допроса у меня забрал Новиков. Он должен быть у него.
— Извини, Лавров, но он утверждает, что вернул тебе этот протокол вечером того же дня. Скажи, почему в твоём сейфе лежал рапорт о твоём уходе из органов? Новиков моментально пустил его в дело, и МВД посчитало, что проще уволить тебя из органов, чем проводить довольно большую и масштабную проверку.
— Юра, вы задержали Гришина? Это он стрелял в меня и Надежду. Я узнал его. Я об этом говорил следователю прокуратуры.
— Я не в курсе. Уголовное дело по факту убийства Громовой Надежды приостановлено в связи с отсутствием лица, совершившего данное деяние.
— А как УАЗ? Там что-нибудь нашли?
— Ты знаешь, Павел, проведённая экспертиза, которая проводилась по факту возможного наличия в ней крови Корнеева, подтвердила её наличие, но почему-то признала обнаруженную кровь кровью совершенно другого человека, а не погибшего Корнеева.
Он извинился перед Лавровым и молча ушёл из палаты, оставив его один на один со своими мыслями.
Павел стоял на остановке с мокрой головой и промокшими ногами. Он не чувствовал холода и не обращал внимания на то, что его демисезонное пальто уже промокло. Ему не хотелось идти домой, там было пусто и холодно. Его никто и нигде не ждал. Пошарив в кармане, он нащупал в нём деньги. Пересчитав их, он вышел на дорогу и поднял руку. Через минуту около него остановилась машина.
— Мне в Московский район. Не подбросишь?
Водитель смерил его своим рентгеновским взглядом, стараясь угадать финансовое состояние этого человека.
— Садись, — коротко сказал он. — Я как раз еду на завод Органического синтеза.
Павел осторожно влез в салон машины и положил на колени свою палочку. Водитель ещё раз взглянул на него.
— Мужик, а ты при деньгах? Я не из тех людей, кто катает бесплатно. Больно уж ты бледный?
— Не переживай, деньги есть. Поехали. А бледный, это из-за того, что только что вышел из больницы. Три месяца провалялся без солнца и воздуха.