Враги
Шрифт:
– - Хорошо. И - спасибо.
– - Всегда к вашим, - хмыкнул Натаниэль.
– Ладно, я пошел. А то, пока тут болтаем - время идет, а гость дожидается. Где он?
– - Там где твой отец друзей принимал.
Он кивнул и припустил по коридору.
Эддельбрек действительно ждал в той комнате, где отец принимал лишь добрых знакомых. Натаниэль не знал, кто сейчас приказывал прислуге, но, открыв дверь, едва не шарахнулся обратно - настолько ярко дыхнуло прошлым. Камин, разожженный в любую погоду - в этой комнате в глубине замка жарко не было никогда, свечи, небольшой столик для гостей - вино, холодное
Эддельбрек обернулся от камина на звук открывающейся двери и снова - как в день, когда он присягал Стражам - лицо его стало недоверчиво-изумленным.
– - Доброе утро, лорд Эддельбрек, - сказал Натаниэль.
– Страж-Командор просила передать извинения - она вынуждена задержаться.
– - И вам доброго утра...
– лорд помедлил - прошу прощения, нас не представили.
Натаниэль широко улыбнулся. Узнал, не мог не узнать - но, похоже, слова Элиссы о том, что прошлое Стража остается в прошлом, если таково его желание, запомнил.
– - Разве? Восемь лет назад в этой самой комнате я хвастался, что уже совсем взрослый - еду в Вольную марку - один, без родни, чтобы служить там оруженосцем.
– - Натаниэль...
Эддельбрек подался к нему, словно порываясь обнять, застыл в шаткой, неуверенной позе. Натаниэль шагнул ближе, раскрывая объятья, и лорд стиснул его так, словно он был каким-то давно потерянным родичем, внезапно вернувшимся в дом. Настолько неожиданно, что аж в глазах защипало.
Эддельбрек отстранился, все еще придерживая его за плечи.
– - Возмужал. Ты... Вы...
– он уронил руки, отступив на шаг.
– - Не надо, - сказал Натаниэль как можно мягче.
– Слишком многое изменилось, поэтому кое-чему лучше остаться прежним. "Ты".
Он усадил лорда - скорее, дань вежливости, нежели тот нуждался в поддержке - опустился напротив.
– - Прости мою прямоту, но как вышло, что ты - здесь и передаешь просьбы командора? У нее, безусловно, были причины поступить так, как она поступила, но...
– - Она спасла мне жизнь.
– - Вот как?
Натаниэль вздохнул, и начал рассказывать. Ничего не приукрашивая и стараясь, не слишком поддаваться эмоциям. Эддельбрек всегда был исключительно порядочен, но все равно незачем ему знать о том отчаянии, что толкнуло его искать заведомо безнадежного поединка, о том, каково это - когда мир встает с ног на голову, и невозможно поверить, не только принять. Поэтому он просто рассказывал, как забрался в собственный дом - а Элисса приказала его отпустить. Как болтался по постоялым дворам не зная, куда податься - на этом месте Эддельбрек покачал головой и спросил, почему Натаниэль не пришел к нему - но не станешь же говорить, что перестал верить кому бы то ни было, если подруга детства которую, казалось бы, знал как облупленную, предстала совсем не такой, как он помнил. Не говорить же, будто был уверен, что все его предали - как до того предали его отца? В таком даже самым близким не вдруг признаешься, и поэтому Натаниэль
Будь на месте Эддельбрека кто угодно другой - он не стал бы этого говорить. Но старый лорд тоже славился тем, что в походах не ложился, пока последний из его людей не был сыт и обихожен. И едва ли за последние восемь лет изменился настолько, что перестал различать, что можно нести дальше, а о чем стоит молчать. Они не были друзьями - слишком велика разница в возрасте, да и приезжал Эддельбрек не так часто, чтобы стать кем-то больше доброго знакомого. Но те мальчишечьи тайны, которые случайно узнавал - хранил свято.
Натаниэль продолжал рассказывать. Как наливаются черным вены и от них на глазах расползается черная же паутина. О Посвящении как единственном способе избежать смерти.
– - Выходит, ты оказался загнан в угол?
– подался вперед Эддельбрек.
– Но клятвы, данные под давлением...
– - Вы не поняли, - мотнул головой Натаниэль.
– Я действительно боюсь смерти, но...
– - Не верьте ему, лорд Эддельбрек.
– донеслось от двери.
– Человек, который вчера заслонил меня от стрелы собственным телом - боится смерти?
Она церемонно поклонилась, подойдя ближе, лорд ответил тем же.
– - Прошу прощения, что заставила вас ждать.
– - Ничего страшного, это время не прошло впустую. Но в чем именно мне не стоит ему верить? Возможно, и в той части, где он утверждал, что вы дважды спасли ему жизнь?
– - Так и он мне - дважды, - пожала плечами Элисса.
– Нашел тоже, чем считаться.
Когда это успел?
– подумал про себя Натаниэль. Потом, вспомнив, хмыкнул. Как, оказывается, пышно звучит, и как все просто на самом деле.
– - Я хочу быть уверен, что Натаниэль Хоу не находится здесь против собственной воли. И что он не был вынужден присягнуть вам.
В дверь сунулся слуга, поставив третий стул, испарился. Быстро и бесшумно, кто ж их так вышколил? Едва ли у Элиссы или того же Варела было время этим заняться. Выходит - и правда, из тех. кто отцу служил. Куда им было деваться, на самом-то деле, когда эрлинг отдали стражам? После войны мало кто будет новых слуг набирать - тут уже тех, кто есть, прокормить бы.
Элисса знаком предложила мужчинам сесть, опустилась на стул сама.
– - Выбор между смертью и Посвящением - все-таки выбор, хоть и из тех, что я не пожелала бы злейшему врагу. Но как я могу доказать, что никого не удерживаю силой? Клятвы не помогут, если нет веры словам. Натаниэль способен говорить сам за себя - но всегда можно сказать, что я держу его так крепко, что он не решается быть откровенным.
– - Ну вот так, походя трусом обозвали, - хмыкнул Натаниэль.
– - Я сказала "возможно" - улыбнулась в ответ Элисса.
– Думаю, лорд Эддельбрек не хуже меня знает, что ты кто угодно, только не трус.