Враги
Шрифт:
– Подумаешь, устал он… Я тоже, между прочим, устал и к тому же невинно пострадал от ложных обвинений, а ты, даже не посочувствовав, гонишь бедного брата-Избранного прямо в лапы стражников… Не терпится увидеть, как чей-то труп качается на ветру, да? Неблагодарный… - он тяжело вздохнул, - и куда мне прикажешь идти, а? Как ни крути, здесь самое безопасное место в городе.
Он ещё что-то говорил, но Терри-Ворон уже не слышал, всё больше погружаясь в пучину сна, напоследок почувствовав, как кто-то стягивает с него сапоги и плащ, бормоча про
– Это был Чемурюк, точно он, зуб даю…
Сон решил не баловать меня разнообразием сюжетов: я по-прежнему сражался с Некромантом, только делал это слишком уж непривычным способом - мы то по очереди пытались отловить чёрных карнийских быков, набрасывая верёвочные петли на их могучие шеи, то мчались на лисьих упряжках по снежной обледенелой дороге Северного Княжества, напоследок полуголыми сражаясь в наполненной грязью яме с огромными ящерицами Западных Пустынь… Это было то ещё зрелище– я, здоровый парень, и этот плюгавый прыщ верхом на огромной твари с гребнистым хвостом и зубастой пастью. Хотя, происходи всё это в реальности - мне было бы не до смеха…
А ещё я видел себя в объятиях длинноволосой зеленокожей русалки, из которых пытался вырваться всеми известными способами. На прощание обиженная морская дева погрозила кулаком, удивив своим поразительным сходством с Ирмой и вызвав неожиданную грусть по ещё не родившемуся ребёнку…
Ну а ягодкой на сладком пироге стал быстрый и слишком скомканный сон о Леаме, в котором нас с ним пытались разлучить тёмные орды Монстров, во главе с одетым в сверкающие доспехи рогатым демоном с лицом Батисты. Он показывал на разъярённого Ворона огромным мечом, и его мерзкое войско ликовало, вопя на разные голоса:
– Убей его, о славный Чемурюк!
Короче, полный бред…
Не помню, что там было дальше, но меня точно били в бок и трясли, и, возмутившись даже во сне, я начал махать руками - судя по оханью противника, весьма успешно. Протирая ладонью заспанное лицо и пытаясь расклеить непослушные ресницы, буркнул:
– Что, не нравится? А нечего будить уставшего бойца. Вот сейчас проснусь и так надаю по шее, - я зевнул, чуть не вывихнув челюсть, а вернул её в нормальное положение сердито потиравший щёку командир:
– Это мы ещё посмотрим, кто кому надаёт… Устал, значит? А мы с ребятами, получается, нет? Всю ночь пробегали со здешней стражей в поисках Батисты и, не подозревая, что наш великолепный маг, оказывается, уже не только поймал его, но и затащил в кровать, - Дар привычно усмехался, глядя, как я в ужасе пялюсь на мирно спящего на краю подушки южанина.
Мгновенно проснувшись, «застигнутый с поличным» маг разведки попятился к стене, смущённо пролепетав:
– Прости, Дар, случайно вышло - тебе ведь не больно, да? А про Батисту… Я его даже не заметил - где упал, там и уснул. И не смейся, обидно же.
Дар хитро поднял бровь:
–
Стащив сонного Батисту с нагретого места, усадил его на лавку и сам плюхнулся рядом, пока Дар со стоном опустился на кровать. Его бледное лицо, казалось, ещё больше похудело, глаза ввалились, а нос заострился…
– Бедняга, кроме сынка у него никого нет. Я должен как следует заботиться о Старике, а вместо этого только создаю проблемы…
Проснувшийся южанин испуганно переводил взгляд с меня на Дара, и закрывший глаза командир строго сказал:
– Если не хочешь отсюда выйти прямо в городскую тюрьму, парень, рассказывай, в чём дело. И не вздумай юлить, Старика не проведёшь…
Я видел, что Батисте не по себе и осторожно коснулся его руки:
– Давай, Бат… Дару можно доверять.
Он вскинул на меня расстроенные глаза и, немного поколебавшись, выложил всё, что я уже знал, включая историю про Вершителя. Дар слушал, не перебивая, и, когда южанин, закончив рассказ, спрятал лицо в ладони, какое-то время молчал, чтобы вскоре вскочить, хлопая себя по ляжкам:
– Святой паразит… А ничего другого посерьёзнее этой увлекательной истории, несомненно способной выдавить слезу у чувствительной барышни и даже доверчивого Ворона, не придумал? И нечего обиженно сверкать глазами! Судья на такие байки точно не поведётся… Месть обиженного отца - футы-нуты… Обвинение в государственной измене - это серьёзно, парень, будь ты хоть хр…нов Вершитель или министерский болтун. Тут, наверняка, дело в другом…
Мы с Батистой, не отрываясь, следили за тем, как, взъерошив волосы, Старик меряет шагами маленькую комнатушку. Наконец он остановил это мельтешение и, подвинув меня, сел рядом с побледневшим разведчиком:
– Ты ведь последний год провёл рядом с Леамом, так?
– тот покорно кивнул, - думаю, всё дело в Заклинании, что твой приятель носит в голове. Если бы ему не мешали, он давно бы уже добрался в столицу. Что вы оба так уставились? Конечно, не все, как мы, желают прекращения войны с Монстрами. Есть заговорщики, для которых выгодно оставить всё как есть… Они хотят разрушить Империю, и пока целая страна борется с этой напастью, потихоньку осуществляют свои ужасные планы, и руководит ими кто-то очень могущественный, не нам чета…
Дар похлопал Батисту по спине:
– Ты, парень, один из рычагов давления на Лиса… Отсюда вывод - надо срочно разыскать Леама. Уверен, сейчас ему как никогда нужна помощь. Я не очень хорошо знаю нашего «золотого мальчика», но, кажется, он послал опытного разведчика на поиски Терри не потому, что безумно соскучился– прости, сынок. Твой ушлый и несомненно очень умный друг уже знает о тех изменениях, что происходят с Вороном в последнее время. И, вероятно, рассчитывает на твою помощь…