Всем сердцем
Шрифт:
— Я никому ничего не говорила, — возразила Эрика, протягивая руку, чтобы успокоить его. Но Мартин увернулся, как от удара.
— Ладно, извини, — быстро сказал он. — Кто там еще?
В дверь громко постучали, и Мартин ринулся открывать, сбросив на пол бумаги. В дверях стояли двое рабочих.
— Здравствуйте, хозяин. — Рабочие прошли мимо него в ванную. — Это здесь? О’кей, Боб, давай начинать, — сказал один из них.
Мартин беспомощно смотрел на них.
— Я отправляюсь в институт, — сокрушенно
Он собрал бумаги и вышел, так ни разу и не взглянув на нее. Почему?
В последующие дни Эрика с удивлением и обидой наблюдала, как Мартин все больше мрачнел. Очевидно, его раздражал этот нескончаемый ремонт. Невозможно было пройти по дому, не споткнувшись о разбросанные ящики с инструментом, строительные материалы. Сама она стала спокойнее, а Шарлотта и Дядя Чарли даже пополнели от конфет и печенья, которыми угощали их рабочие.
У Эрики не было никакой возможности поговорить с Мартином, так как они ни на минуту не оставались одни. И она решила набраться терпения, не вспоминать о своем влечении и терпеливо ждать. Но ей было нелегко следовать принятому решению. Как могли все так резко измениться за несколько месяцев? Еще в сентябре жизнь казалась ей такой прекрасной. Она чувствовала себя счастливой, уверенной в себе, у нее была работа. А теперь все рухнуло.
Самое ужасное заключалось в том, что стоило Эрике войти в комнату, как Мартин тут же выходил, не глядя на нее. Ей оставалось лишь мучиться в недоумении.
Эрику начали изводить приступы клаустрофобии, и она стала все чаще выходить из дома. Она ехала куда-нибудь на автобусе или шла пешком — только бы оказаться подальше от дома. Иногда она уходила по делам — навестить Эмму, старую леди, для которой она по-прежнему делала покупки. Но чаще ее отлучки были вызваны обидой и желанием побыть одной, вдали от Мартина, которому, как ей казалось, она стала в тягость.
Как-то раз, вернувшись после одной из своих прогулок, вся замерзшая, с покрасневшим от холода носом, Эрика наткнулась на Мартина. Он выходил из кабинета.
Они оба остановились, почти физически ощущая возникшее между ними напряжение.
— Мартин…
— Не сейчас, — торопливо прервал он, стараясь сгладить неловкость натянутой улыбкой. — Я действительно очень занят. — Он повернулся, собираясь вернуться в кабинет, и Эрика протянула к нему руку, чтобы остановить его. Мартин весь напрягся, но не отпрянул, как в прошлый раз.
— В чем я провинилась? — грустно спросила Эрика.
— Ты? Ни в чем. Послушай, мне надо идти. — Мартин отвел от себя ее руку и сделал шаг вперед. Но Эрика опять удержала его:
— Мартин! — воскликнула она.
— Что? — почти взревел Мартин. — Чего ты добиваешься от меня, Эрика? Этого? — Он выронил бумаги,
— Нет, — прошептала она.
— Нет… — эхом откликнулся он.
7
Мартин рванулся в кабинет и захлопнул за собой дверь. Через минуту он снова открыл ее и посмотрел на Эрику удивительно грустными глазами:
— Извини. Просто я не в себе. Тебя вечно нет на месте, и постоянно звонит телефон, спрашивают почти всегда тебя. Патрик настойчиво интересуется, почему ты скрыла от него, что замужем. Тот же вопрос задает и твоя подруга Лотта. А Лесли все отказывается поверить, несмотря на мои горячие заверения, что твой муж не тиран. Он занимает телефон как раз тогда, когда я жду звонка…
— Извини, — беспомощно сказала Эрика.
— Хорошо, — смягчился Мартин. — Где ты была? Ты совсем замерзла.
— Что? — удивленно откликнулась она. — Нигде, просто гуляла.
Мартин кивнул, его взгляд совсем потух.
— Увидимся позже. — Он снова скрылся в кабинете, плотно закрыв за собой дверь.
Эрика не двигалась с места, глядя на валявшиеся на полу бумаги, которые он выронил. Она нагнулась и медленно подобрала их, аккуратно сложив на столик в холле. Потом пошла на кухню, чтобы выпить что-нибудь горячее.
Почему Мартин не в себе? В чем причина? Она прикоснулась к губам и тут же отдернула руку. Что его мучает? Неужели он разозлился, что переиграл сейчас? Он ничем не напоминал ей прежнего Мартина, которого она знала раньше. Тот Мартин был добродушным, шутил… Надо запретить Лесли звонить сюда. Эрика вздрогнула — на ее плечо вдруг мягко легла рука Мартина.
— Прости меня, Эрика.
Обернувшись, она несмело улыбнулась и… не смогла оторвать взгляд от его губ. Мартин кивнул на ее чашку:
— Еще осталось на мою долю?
— Да, конечно. Сейчас я тебе налью.
— Благодарю. — Он помолчал. — Через несколько дней все работы в доме будут закончены.
— Да. Мартин…
— Я просто устал от беспорядка, Эрика, — прервал он. — Я сознаю, что веду себя глупо. — Он улыбнулся и сменил тему: — Ты с кем-нибудь встречалась?
— Нет, ни с кем, — отозвалась она.
— Я имею в виду, с Лоттой или еще с кем?
— Нет. Мартин кивнул.
— Я выпью кофе в кабинете. Будет проще, если я установлю себе еще один телефон.
Стало действительно проще, когда он выполнил свое намерение. Но Мартин продолжал избегать ее, стараясь уединяться при любой возможности. Он закончил оформление своего кабинета, заполнил книгами длинные полки, закрывающие всю стену сверху донизу, и после этого стал еще реже показываться в общих комнатах.