Встречный бой
Шрифт:
Но справиться с мыслями удавалось не всегда. Вспоминались те, кто погиб сегодня: порывистый Карел, покинувший суровый мир Демона, чтобы воевать за свободу форсеров, громадный Джим, старый товарищ, выглядевший несокрушимым, точно гора…
Эброн похоронил обоих под толщей невиданных на Регеде или Демоне снегов.
В один момент Марта даже заплакала, но тут же об этом пожалела: текущая по щекам влага норовила превратиться в лед. Справившись со слезами, Марта заработала руками с новой энергией. Захотелось
Мысли переключились на единственного оставшегося сегодня в живых врага. Тот каким-то чудом ухитрился уцелеть, а потом разговаривал с ней так надменно, будто это она была эволюционным шлаком.
Марта вновь ощутила сильное желание схватить его и трясти до тех пор, пока не оторвется голова.
— Ну надо же, — бормотала девушка, продолжая шевелить кистями. — Даже убить без оружия побрезговал. Или не мог? Автомат у него заклинило! А мы-то их голыми руками драли на части, не боялись испачкаться, только отмывали потом мерзкую кровь с брони…
Ветер принес далекий вой. Тонкий и пронзительный, он звучал кровожадно, так что на мгновение девушка ощутила укол страха.
— Что за твари тут бродят? — снег, к радости Марты, подался еще немного. — Но ничего. Как только освобожусь, догоню этого человечишку, и тогда он пожалеет, что на свет родился!
— Не сомневаюсь, — раздался рядом спокойный, чуть напряженный голос. — Если только я допущу, чтобы ты освободилась.
Марта вздрогнула, рванулась, забыв о сдавливающей ее тело массе снега.
— Не дергайся, — сказал человек, обходя девушку и усаживаясь перед ней на корточки. — Или что, совсем плохо?
— Тебе-то что? — проворчала Марта, разглядывая врага и поражаясь, насколько жалко он выглядит.
Лиши его оружия и формы — на кого он будет похож? На голую обезьяну, которой на самом деле и является!
— Интересно, — проговорил человек. Глаза у него были зеленые, яркие, каких Марта никогда не видела у форсеров, и крылось в них что-то непонятное, но мало похожее на злорадство.
— Ну, давай! — не выдержала Марта, когда молчание затянулось.
— Чего ты хочешь? У меня ничего нет! — он хмыкнул, и этот звук вызвал у девушки прилив злости.
— Делай то, зачем пришел! — разъяренной кошкой прошипела Марта. — Или вам, людям, обязательно сначала поглумиться?
Человек промолчал, только вздохнул печально, откинул со лба прядь светлых волос.
— Я пришел, чтобы освободить тебя, — когда было сказано последнее слово, Марта решила, что ослышалась.
— И как? Камнем? Или прикладом автомата? — усмехнулась она. — Наверное, ручки испачкать не решишься?
Человек рассмеялся, громко и открыто, вскинув лицо к сереющему вечернему небу. Марта посмотрела на него, точно на сумасшедшего.
— Я помогу
— Помочь человеку? Убийце моих друзей? — Марта покачала головой. — Не будет этого, пока я жива!
— Пока ты жива, но это ненадолго, — сухо сказал человек. — Не знаю, что будет раньше, замерзнешь ты или тебя засыплет снегом, но даже твои проклятые Единым имплантанты не подарят тебе свободы.
Марта попыталась гордо отвернуться, но помешал наросший вокруг шеи снежный «воротник».
— Я предлагаю тебе договор, — голос врага звучал устало, без злобы или гнева. — Там, — мотнул он головой назад, — обрушилась еще одна лавина. Дороги, которой мы пришли сюда, больше не существует. Есть скальный карниз, но он высоко, одному мне не забраться. Если я тебя освобожу, вдвоем мы могли бы справиться. А как доберемся до проходимой местности, расстанемся. Подумай.
Марта сглотнула, впервые ощутив, насколько пересохло во рту.
Вспомнилось звено, соратники… Там ее, наверное, перестали ждать. Анна и Пабло опечалились, Антон распорядился передать горестную весть родителям, а имя Марты С'Норли-Два-Два-Восемь-Шесть занесли в списки тех, кто героически пал, сражаясь за Пророка и Эволюцию…
А она торчит здесь и выбирает между предательством и смертью!
Конечно, в Стальном Кодексе написано, что нельзя верить людям, для которых способность к обману и предательству являлась жизненно необходимой для выживания вы течение тысячелетий.
Но если Марта останется в живых, то уж точно сможет принести больше пользы, чем в том случае, если погибнет тут вмороженной в снег куклой.
— Хорошо, — сказала она сквозь зубы. — Я согласна.
— Поклянись не причинять мне вреда, — попросил человек, снимая с плеча автомат. — Кстати, меня зовут Роберт.
— Клянусь, — буркнула она и, мгновение поколебавшись, добавила: — Марта.
К провалу они вышли, когда значительно стемнело. Ветер ослабел, но снег продолжал идти.
— Да, тут и со снаряжением тяжело будет, — сказала Марта, взглянув на ледяные глыбы внизу, и перевела взгляд на карниз.
Он проходил на высоте чуть больше четырех метров, а в снегу под ним виднелись многочисленные следы. Судя по ним, человек несколько раз пытался забраться, сгребал для этого снег, прыгал, даже цеплялся за трещины, но ничего не достиг…
Капли крови на камне подсказали Марте, чего это ему стоило.
— А ты упорный, — сказала девушка, впервые глянув на врага с уважением.
— Да уж не просто так я за тобой вернулся, — откликнулся Роберт.
Марта, не обращая больше на него внимания, утоптала на снегу небольшую площадку. Немного попрыгала, разминаясь, пригнулась и, напрягая мышцы до предела, прыгнула.