Вторая гробница
Шрифт:
– Чудо, что вы сумели сработаться с ним, – изумился Картер.
– Вы же сами знаете, как бывает, когда у человека есть деньги, – возразил Вейгалл. – Теперь я рад, что все закончилось Я возвращаюсь обратно в Англию. А вы? По-прежнему будете работать здесь? И как долго?
– Как долго? – раздраженно переспросил Картер. Казалось он еще никогда не задавался этим вопросом. – Как долго? – задумчиво повторил он. – Я бы сказал, пока не совершу находку всей моей жизни. Такую цель я когда-то себе поставил.
– А что вы подразумеваете под «находкой всей жизни»,
– Я найду гробницу Тутанхамона где-нибудь там, в каменистой пустыне! И я стану первым, кто ступит в эту гробницу после трех тысяч лет забвения!
Вейгалл задумчиво взглянул на Говарда. Казалось, он боролся с желанием что-то сообщить ему. Запинаясь после каждого слова, Вейгалл тихо произнес:
– Это тайна, но вы должны ее услышать. Дэвис взял с меня и Айртона слово молчать. Но если и есть человек, который имеет право об этом знать, так это вы, мистер Картер.
Говард оценивающе взглянул на Вейгалла: не смеется ли он над ним? Но потом увидел серьезное лицо археолога и сказал:
– Ну, говорите уже!
Вейгалл огляделся по сторонам, потер нос и произнес:
– В общем, дело обстоит так: Дэвис уже нашел гробницу Тутанхамона, по крайней мере, он в этом убежден. И это одна из причин, которая подвигла его прекратить работы и возвратиться в Америку.
У Картера появилось чувство, будто его ударил гигантский невидимый кулак. На мгновение он словно лишился чувств, ему показалось, что он вот-вот потеряет сознание и упадет на пол. Но Говард тут же пришел в себя и, когда Вейгалл бросился ему на помощь, вцепился в него и закричал:
– Это неправда! Скажите, что это неправда.
– Мистер Картер! Пожалуйста, не привлекайте внимания.
Но Говард не мог успокоиться.
– Он нашел фараона или нет?
Тут Вейгалл начал объяснять:
– В начале года мы натолкнулись в Долине царей на неприметный склеп, собственно, это была всего лишь шахта без украшений и надписей. Могила находилась в восьми метрах под поверхностью земли и была полностью завалена грязью, которую просачивающаяся вода намывала в течение тысячелетий. Мы вынесли высохший ил на поверхность, чтобы неделю за неделей просеивать его, но единственное, что мы нашли, – это обломки ящичка с множеством золотых пластинок. На двух пластинках значились имена Тутанхамона и его жены Анхесенамон.
– Это еще ничего не значит! – взволнованно вскричал Картер.
– Двумя днями позже, – продолжал Вейгалл, – в нескольких шагах от этого места мы обнаружили еще один склеп с глиняными кувшинами, засохшими цветами, гирляндами и множеством мешочков с натром. В кувшинах не было ничего, кроме мусора и камней. Но один был завернут в материю, на которой значилось имя «Тутанхамон» и дата – «6 год». В этом кувшине находились драгоценные украшения из золота, кольца и браслеты, инкрустированные эмалью, полированное зеркало и сосуды из голубого фаянса для мазей. Для Дэвиса было совершенно очевидно, что этот склеп не что иное, как гробница Тутанхамона. Ее ограбили, а все, что не могли унести, бросили, в надежде забрать позже.
Картер сложил руки
– Так-так. И это утверждает наш сообразительный мистер Дэвис! Он же торгует медью, если я не ошибаюсь! Почему, черт побери, ему не заниматься своим делом?! Тутанхамона он нашел! Не смешите меня! Если американец так уверен в этом, почему же он тогда держит свою находку в тайне?
Об этом я и хотел вам сообщить. Теодор Дэвис пожелал оставить украшения себе. Поэтому ему ничего другого не остается, как скрывать находку, даже если речь идет о гробнице Тутанхамона.
– Вот уж сумасшедший! Но ему не удастся вывезти сокровища из страны!
– Тут я вас смею разочаровать, мистер Картер. Ему уже удалось это. Дэвис спрятал драгоценности в своих дорожных чемоданах, которые сейчас направляются прямиком в Нью-Йорк.
– И с этим человеком я работал несколько лет! – Говард покачал головой. – Признаться, у меня такое чувство, будто я сам причастен к этому преступлению. Но скажите мне одно: вы сами верите, что речь идет о гробнице забытого фараона?
Вейгалл поморщился, словно ему было неприятно отвечать на этот вопрос, и после паузы произнес:
– Если честно, сначала я сам был уверен в том, что мы нашли последнее пристанище Тутанхамона, поскольку на посмертных дарах было его имя. Но чем дольше я думал об этом, тем больше сомневался. Конечно, можно предполагать, что этот фараон был абсолютно незначительной фигурой, поэтому для него и сделали бедную, без особой отделки гробницу. Но против этого говорят драгоценные украшения, обнаруженные нами. Мистер Картер, я еще никогда не видел ничего более роскошного!
– А саркофаг? Я хочу сказать, как выглядел саркофаг? Он был искусно исполнен или скорее небрежно, без каких-либо претензий?
– Саркофаг? Не было никакого саркофага. Нет, шахта была слишком мала для него.
– Тогда, мистер Вейгалл, речь идет не о гробнице фараона. В истории Египта нет ни одного царя, которого похоронили бы без саркофага. Даже если бы грабители украли мумию, саркофаг они должны были оставить. Нет, Дэвис не сможет убедить меня, что гробница Тутанхамона найдена.
Картер попрощался быстрым рукопожатием и отправился в темный парк отеля, где присел на скамейку и стал разглядывать кроны узловатых деревьев, силуэты которых вырисовывались на фоне темно-синего ночного неба. Говард плакал. В какой-то момент он очнулся и задался вопросом: почему? Может, из-за злости, что кто-то другой захотел украсть его славу? Ведь не было никого, кроме Говарда Картера, кто был бы ее достоин.
В тот же миг его охватила какая-то лихорадка и он начал фантазировать. Воображение рисовало картину: череда батраков проходит мимо него, они несут кувшины и всякие драгоценности, полуобнаженные барабанщики отбивают ритм, а Дэвис наблюдает за этой сценой, сидя под зонтиком в золотом кресле, которое рабочие до этого вынесли из гробницы; он великодушно машет толпе, которая, ликуя, приветствует фараона. Говард узнал даже себя среди зрителей, хотя в мыслях он был готов убить Дэвиса.