Вторая попытка

Маккаферти Меган

Дура. Кого я пытаюсь закадрить?

— Я открыл тебе маленький секрет насчет увлечения Лена тобой. Я сделал это, потому что мой друг весьма застенчив с дамами и никогда не признается тебе в этом. Вот почему я ввязался в эту игру. Ему нужна моя мудрость, моя помощь.

Флэшбек:разговор с Маркусом прошлой осенью, когда наши поздние звонки скрашивали мое бессонное одиночество. Вопрос:«Что Маркус делает сейчас, чтобы убить время, ведь он не пьет больше и не принимает наркотики?» Ответ:«Я

использую все свои знания, чтобы помочь Лену расстаться с девственностью».

Он использует все свои знания, чтобы помочь Лену расстаться с девственностью.

— Ты используешь свои знания, чтобы помочь Лену расстаться с девственностью?!

Он хмыкнул.

— Эй, то, что между вами двумя происходит — это ваше дело, а никак не мое. Если я приобрел кое-какой опыт от общения с тобой, Джессика Дарлинг, так он заключается в том, чтобы не ввязываться в твои личные дела.

Это было невероятно. Он еще безумнее, чем Мэрайа Кэрри на пикнике, устроенном журналом «Коневодство».

— Ты думаешь, тут имеет место конфликт интересов? — спросила я.

— Что?

— Меньше чем год назад ты хотел залезть ко мне в трусы.

— Это нечестно, Джессика, — запротестовал он. — Для начала, это было десять месяцев назад, что по стандартам отношений в средней школе — глубокая древность. Второе, твои трусы — не единственная вещь, куда я хотел бы залезть. И третье: когда ты сказала «пошел ты», я понял это как тонкий намек на то, что ты не хочешь продолжать со мной отношения. Так что даже если я и хотел залезть к тебе в трусы, то мне пришлось прекратить.

— Прекратить что?

— Хотеть этого.

— О.

— Так что никакого конфликта интересов.

Затем он поведал мне, что он и Лен в течение последнего года крепко сдружились, особенно после того как этим летом он присоединился к группе. После нескольких репетиций Лен признался Маркусу, что он без ума от моей интеллигентности и моей храбрости, когда я выступала перед аудиторией (аминь!). Так вышло, что он решил, будто я «очень привлекательная». А Маркус сказал, что мы с ним вроде как дружили в прошлом году и что он немного меня знает. Тогда Лен стал умолять его помочь ему уложить меня в койку или что-то в этом роде, и Маркус согласился. Вот такие дела.

— Но я не особенно вдавался в подробности, — проговорил он. — Наметил ему основные моменты. Пусть сам ищет свой лакомый кусочек.

— Маркус, зачем ты это делаешь?

— Потому что так и назначаются свидания. Лен — мой друг. Ты — мой… ну хорошо, мы были друзьями, и сейчас вроде как пытаемся наладить отношения. Если я могу помочь тебе и Лену быть вместе, почему бы и нет?

Действительно, почему бы нет? Не было никаких причин считать сказанное им неправдой. Но я не могла купиться на это. Весь наш диалог был слишком логически верным, чтобы быть правдой. Он отвечал слишком быстро, слишком правильно. Это внушало мне подозрение. Я знала, что Маркус не сказал мне всего, но я не стану умолять его на коленях.

— Думаю, да.

Когда разговор подходил к концу,

в мозгу у меня что-то внезапно щелкнуло — бамс!Я не знаю, отчего я не подумала об этом раньше. Это озарение дало мне все ответы и еще помогло мне собраться с духом и оставить последнее слово за собой.

— И снова я должна сделать тебе комплимент по поводу твоего костюма.

— Тебе понравилось?

— Ты видел диски у меня дома и знал, что мне понравится, — ответила я. — Но во всем этом есть одна бессмысленная вещь.

— Какая же?

— Если ты действительно радеешь о сексуальных интересах Лена, удивительно, почему ты не вырядил его в Леона. Ну, чтобы поразить меня. Подумай об этом на досуге.

И я положила трубку.

На самом же деле Маркус не хочет, чтобы я была с Леном. Он только хочет, чтобы я думала, будто он так хочет.

Почему?! У меня не было ни малейшего представления! Но сейчас это не имеет никакого значения! Победа за мной! Я ужасно рада! Надо прекратить этот поток бессмысленных восклицаний! Остынь.

Я выиграла этот телефонный звонок. Такая победа была слаще любой другой, трижды продуманной. Только после того, как я положила трубку, я вспомнила, что так и не выяснила, будет ли он работать сегодня. И решила не рисковать статусом чемпиона и остаться дома. Глэдди не будет скучать по мне. У нее есть Мо.

Десятое ноября

После того как я проковыряла дырку в его алиби «Я помогаю Лену», Маркус отступил. Тихо и как-то внезапно мы решили использовать в наших отношениях не антагонистичный и не слишком задушевный подход. Мы разговариваем, но как-то не по-настоящему.

— Привет, Джессика, — говорит он.

— Привет, Маркус, — говорю я.

— Как Лен? — спрашивает он.

— Лен в порядке, — отвечаю я.

— Это хорошо, — говорит он.

— Думаю, да, — отвечаю я.

Вот как-то так.

Но в то же время Лен выступил вперед. Это не случайное стечение обстоятельств. Его словно прорвало. Он говорил мне о своих чувствах в классе, на переменах, во время ланча, дважды по телефону Я переборола свою телефонофобию и ответила, едва услышала его имя. Во второй раз он попросил меня о чем-то вроде свидания. Не о настоящем свидании. А о чем-то вроде.

— Ээээ… я знаю, ты сейчас не можешь бегать. Может, просто прогуляемся пешком? А?

Это было так мило, что я согласилась. Мои защитные силы, должно быть, окончательно ослабли.

Так что сегодня, к вящей радости моей матери, мы с Леном долго шлялись по длинным и ветреным аллеям парка. Сейчас действительно самое подходящее для прогулок время года, начинают опадать листья — разноцветные, как фломастеры. И в воздухе разлита хрустальная морозная свежесть, напоминающая о том, что скоро зима и можно запросто отморозить что-нибудь, если не поторопиться. Прекрасная погода для кросса по стране. Я не скучала по своей команде, однако скучала по тому ощущению, которое делало мое тело таким живым и упругим…