Вторая попытка
Шрифт:
Я намеренно не говорила маме, что я все же собираюсь пойти на бал. Зная манеру матери с одержимостью расспрашивать обо всех школьных событиях, я благоразумно решила промолчать и подождать, пока она сама не догадается. Иначе полный набор восторженных причитаний был бы мне обеспечен, что наконец-то после четырех лет воздержания я воплотила ее мечты: я собираюсь пойти на выпускной вечер, и мне срочно надо в магазин за платьем, не антивыпускным, а самым настоящим выпускным платьем.
Хотя мне и противно признавать
Берегись молнии.
Как бы то ни было, мама, находясь целиком во власти своей первой обожаемой внучки, забыла про свою обычную надоедливость и ни о чем меня не спрашивала. Так что до бала оставалось два дня, а платья все еще не было. Конечно, мне не хотелось просить маму о помощи, но именно это в итоге мне и пришлось сделать.
— Эээ… мам?
— М? — отозвалась она.
Ее больше занимали последние фотографии ее уси-пуси Марин. Я заглянула через плечо. Бетани и Г-кошелек нацепили на дочь этот ужасный кружевной чепчик. Дети и без того симпатичны, так зачем же родители украшают их, как новогоднюю елку? Судя по кислому выражению лица Марин, ей, видимо, не нравятся аксессуары, или она только что навалила в памперс.
— Эээ… мам?
— Ммм?
— Мам, я подумала, тебе надо знать, что в эту пятницу я иду на выпускной.
Мать уронила фотографии.
— Ты идешь на выпускной???!!!
— Ага.
Она недоверчиво уставилась.
— Меня пригласили, и я решила: а почему бы нет?
— Кто пригласил? Скотти?
— Мам, сколько раз тебе повторять, что Скотти — тупой болван и я никогда не буду с ним больше встречаться.
— Нехорошо так говорить, детка, — заметила она.
— Ну и он не слишком приятный человек, — парировала я.
— Тогда кто? Лен?
— Он все еще со Страшилой.
— Страшила — не слишком хорошее слово, Джесси, — заметила мать. — Это неуважение к женщинам.
— Ага, а еще она испытывает непреодолимую тягу спать с парнями своих подруг…
Она задумчиво постучала пальцем по лбу.
— Тот мальчик из «Серебряных лугов»? Маркус?
Я хмыкнула.
— Только не он.
— Тогда кто, Джесси?
— Пепе. Я имею в виду, Перси, — ответила я.
— Кто такой Перси?
— Мы вместе учимся на французском.
— Ты никогда не говорила о нем.
Это правда. Разве не забавно, что я сижу с человеком за одной партой уже три года, однако никогда не рассказывала о нем родителям? Это лишний раз доказывает, как мало они знают о моей жизни, даже если предмет не стоит того, чтобы о нем упоминать.
— Мы друзья во французском классе.
— Должно быть,
— Не совсем.
— О, Джесси, — мать сжала мою руку, как закадычная подруга. — Не будь такой застенчивой!
— Нет, мам. Он — парень Бриджит.
Мать осеклась.
— А почему парень Бриджит идет на выпускной с тобой?
Я рассказала маме всю историю.
— Все это очень странно, Джесси.
— Да, — ответила я. — Но это не меняет того факта, что до бала осталось два дня, а платья у меня нет.
Мама сняла очки для чтения и сокрушенно покачала головой.
— Уже поздно.
— Почему?
— Когда остается так мало времени, платье купить невозможно.
— Почему?
— Почему? — переспросила она, пораженная моим невежеством. — Почему? Я скажу тебе, почему. Когда Бетани училась в начальной школе и стала встречаться со старшеклассником — как там его звали? Впрочем, как бы его ни звали, он расстался со своей девушкой и начал гулять с Бетани перед выпускным, а мы в ужасе думали, какой же подходящий наряд ей подобрать. Единственные платья, которые остались в магазинах, были ужасны. Они не стоят и пенни.
— Ну и что ты предлагаешь? Я пришла к тебе за помощью. Я думала, тебе это понравится.
— Я предлагаю тебе в следующий раз не тянуть до последнего.
— Думаю, я просто надену джинсы. — Я знала, это ее уязвит.
— Не выпендривайся, Джесси, — сказала мать. — Дай мне подумать.
Я уже не хотела идти с мамой в магазин или куда бы то ни было, вот почему ее предложение я восприняла с радостью.
— Ты смотрела в шкафу Бетани?
— Э-э-э, — все, что я смогла ответить, вспомнив тот костюм, который я надевала на злосчастное чаепитие в Пьедмонте.
— У нее там дюжина нарядных платьев. Разве стиль восьмидесятых не моден снова?
— Мам, идея хороша, но ты забыла, что у Бетани были сиськи, а у меня — нет.
— Пошли, — сказала она. — Пошли посмотрим.
Так мы с мамой закопались в шкафу с нарядами Бетани. Ужасных платьев было много. Ярко-пурпурное бальное, с юбкой, как в «Унесенных ветром». Белое многослойное до колен, которое выглядело как свадебный торт. Облегающее ярко-розовое мини-платье с пуховой оторочкой, агрессивно топорщившейся на плечах.
Но в пластиковом чехле в самой глубине шкафа вдруг обнаружилось красное шелковое платье на одно плечо и с асимметричным подолом. Ретро, но так круто…
— Ох, — выдохнула мама. — Мне всегда нравилось это платье. Оно такое… страстное. Как у Кармен.
Я приложила его к себе и поразилась, насколько оно мне подошло. Я всегда думала, что моя сестра более богата на телесные достоинства, чем я, но мама уверила меня, что в выпускном классе Бетани тоже не могла похвастаться большой грудью.