Второй фронт
Шрифт:
В отличие от меня постель была сухая, и это значило, что ее только что поменяли.
'Хоть заботятся, уже хорошо', - подумал я, мысленно пробегая по своему телу, пытаясь понять, что со мной. Чувствовалась только слабость, голова же была на удивление ясной.
Вдруг за дверью послышались шаги, я мгновенно сполз обратно и принял тут позу, при которой очнулся.
Сквозь ресницы, смотрел на трех вошедших мужчин в странных, скорее даже старинных одеждах, которые разглядывали меня, подойдя к изголовью.
'Поняли?
— Что вы скажите профессор? Когда он очнется? — спросил по-русски, с каким-то старинным говором, один из них. Говорили странно, вставляя эс на конце, но как ни странно более-менее я их понимал. Сухопарый мужчина с жесткой щеточкой усов наклонился надо мной, и приподняв веки всмотрелся в глаза. Понадобились все мои способности, чтобы никак не отреагировать.
— Тут я пока ничего не могу сказать, нужно время и покой, — ответил тот, разогнувшись.
— Меня интересует, откуда они взялись. Это 'поручик', чтоб его, убил одиннадцать моих жандармов, и я хочу знать кто они такие. Девка молчит, старик тоже, может хоть этот заговорит?!
Я чуть не дернулся когда услышал слова одного из мужчин.
— Рано или поздно он очнется, и тогда вы все узнаете, — ответил неизвестный профессор.
— Я поставлю у входа охрану, — пробормотал молчавший третий, когда они выходил из комнаты.
Как только дверь закрылась, я попытался встать, но и тут же со стоном рухнул обратно. Слабость, слабостью, но головокружение еще никто не отменял. Переждав, пока комната перестанет кружиться перед глазами, все же встал и начал ходить из угла в угол, потихоньку вновь принимая командование над собственным телом. Беда с этой болезнью, судя по фигуре, сбросил я не меньше десять килограмм.
'Где я? И что произошло с моими спутниками?' — эти мысли крутились в моей голове круговоротом. И странная одежда у побывавших в моей комнате тоже навевала сомнения — не знаю, в какую эпоху я попал, но точно где-то рядом с Наполеоном. У одного были чулки.
Белорусская ССР. Двадцать километров от Кобрина. Подразделение капитана Леонтьева.
26 июня по миру СССР и 28 июня по миру Александра. 19 часов. 29 минут.
— Давайте-давайте, — командовал сержант Карпов, изредка бросая взгляды в сторону наблюдателей, которые находились дальше по дороге.
Бойцы отделения сержанта, споро копали небольшие ямки для противотанковых мин ТМ-57, другие подразделения занимались тем же самым, создавая полукилометровую зону полного минирования дороги.
— Карпов, что у вас? — спросил подошедший капитан Леонтьев, придерживая на ходу ППС.
— Через десять
— Поторопитесь, наблюдатель на дереве засек шлейф пыли, минут через двадцать они будут тут, — сказал капитан, и оглядев работающих бойцов и их охранение, побежал дальше.
Эта засада была не первой для их группы сдерживания. Вернее сказать третья, и бойцы уже не сомневались что не последняя, будучи уверенными в своем командире. Они еще не знали, что время жизни подобных групп не превышало более пяти-шести боев.
— Быстрее! Немцы на подходе, — сообщил бойцам Карпов. Те уже закончили и сразу же отошли в сторону, началась закладка мин.
— Я их уже слышу, — негромко произнес красноармеец Вересков, Карпову, поглаживая ложе пулемета Дегтярева.
— Уже все, маскировать заканчивают, — ответил сержант, пристально смотря на край леса, откуда должны появиться немцы.
Минеры, закончив маскировать закладки, уже скрылись с глаз, заняв свои места.
Лейтенант-корректировщик приложив наушники к правому уху слушал эфир, ловя волну своего дивизиона. Поймав, кивнул Леонтьеву, и сказал несколько кодовых слов в микрофон.
— Приготовиться! — пронеслась команда по укрывавшимся бойцам.
Немедленно защелкали затворы, и раздался легкий шум шевелящихся людей.
Вот из-за поворота появилась одиночная грузовая машина с набитыми в кузове мешками. Следом за ней на расстоянии двухсот метров следовали два бронетранспортера и средний Т-III. Прошедшие горнило приграничных боев и встреч с другими подобными группами, немцы стали вырабатывать свою тактику движения колонн и противодействия против подобных групп.
— Товарищ капитан, воздушная разведка только что сообщила. Колонна состоит из сорока двух машин, семнадцати танков, и восьми орудий. Пехоты по примерным подсчетам до батальона. По параллельной дороге следует еще одна колонна, похоже, прикрывает эту, — произнес радист, отвлекшись от радиостанции.
— На соседней? Свяжитесь с капитаном Лобановым, это его участок, пусть встречает, — на секунду задумавшись, ответил капитан.
— Они в курсе, уже ждут ее, — сообщил радист, связавшись с соседней группой.
— Вихирев, готовься. Начинай с конца колонны, — скомандовал капитан, как только проехавшая по заминированной дороге первая машина проследовала дальше, а основная колонна показалась на нужном участке.
— Кира, ДАВАЙ!!! — крикнул капитан, не отрываясь от бинокля.
Проехавшую через заминированный участок передовую группу охранения из бронетранспортеров и танка, просто отшвырнуло в стороны мощной взрывной волной.
Придерживающий каску рукой, сержант Карпов, тряхнул головой пытаясь прогнать звон в ушах, крикнул, повторяя команды других сержантов: