Второй

Дзюба Татьяна Петровна

– Второй, у нас часа полтора не больше– центр облака уже светлеет– Споры начинает вытеснять к окраинам.

И мы торопимся, торопимся. Когда форд чихает первый раз, все напрягаются, но без особой тревоги. Но после очередного поворота, после неудачного попадания в яму форд чихает еще раз, закашливается и встает на мертво.

– по закону Мэрфи, любая неприятность которая могла случится обязательно случается. –

констатирует Гальцев,

открывая капот. Через полторы минуты хлопает крышкой и добавляет.

– Машинке, капут. Ищем другой транспорт.

Второй не особо утруждает себя в поисках. При внешней невозмутимости я вижу что он нервничает еще больше чем я.

Оглядываясь по сторонам, находит припаркованный синий седан. Без колебаний разбивает рукояткой пистолета стекло и не обращая внимания на взвывшую сигнализацию, открывает дверь и садится за руль. Машина заводится каким-то чудом и он зовет нас.

Бежим быстро. На звуки сигналки в любую секунду может примчатся хозяин. Угнанная машина– слишком плохо. Мы становимся легкой добычей. Но пока вариантов нет. Отзваниваясь в центр Второй просит прислать Курта с транспортом и договаривается о месте встречи. Ехать не далеко. Огромное недостроенное еще здание. Возведенный каркас на 25 этажей. Если по честному я устал. Я хочу спать просо смертельно– те полтора часа которые я проспал в берлоге за двое суток не сильно помогли. Может по этому реакция притупляется и дар начинает прыгать. Поднимаясь по бетонной лестнице на самую верхотуру где-то в районе 10 этажа понимаю что Дар пропал. Вообще. Нет даже искорок. Я останавливаюсь. Перевожу дыхание. На меня оглядываются идущие впереди Гальцев со Вторым. Но я даже слова сказать не могу. Дыхание сбилось. Сажусь на ступеньки и просто дышу, душу, дышу. Щелканье пальцами и рассказывание стихов начинается чуть позже. Но мне ничего не помогает. Я начинаю злится и психовать. Вот так ни с того ни с сего потерять дар когда он больше всего нужен– я не согласен. Я пробую попрыгать. Вспоминаю давние забытые речовки и каким-то чудом дар запускается. Но судя по интенсивности не надолго.

– Люди– говорю я. – С Даром большие проблемы. Я попробую протянуть как можно дольше. Но уже сейчас не все так хорошо как хотелось…

Второй с Гальцевым переглядываются. Никита хмурится.

– ну как вариант– тебе на крышу не лезть. Свет ты и от сюда увидишь. Но тогда с тобой Второй должен остаться. А я сам . Это быстро.

Я замотал головой. Без прикрытия нельзя. Может быть все что угодно а у нас еще пять объектов. Но Гальцева мои доводы не впечатляют.

– Ян, ты единственный маг сейчас в ближайшем окружении. Если с даром что-то случится то все. Считай что ничего не было. Мы сами не замкнем периметр. Мы просто не видим что происходит. Ты сейчас важнее. Даже если что-то со мной случится– есть Второй, есть Курт. Они закончат. А тебя заменить некем. Так что. Сиди, дыши и береги силы.

Второй не вмешивается. И я понимаю что спорить бесполезно. Никита убегает с капсулой. А мы со вторым занимаем удобную позицию на одном из балконов выходящих на нужную сторону.

Мы не разговариваем. Я закрываю глаза и прислушиваюсь к тому что творится внутри. Мне кажется что гореть начинает все– и легкие и живот и сердце.

Вспышка

такая яркая что я вижу ее даже сквозь закрытые веки. Но мне надо видеть границу. Глаза открываются с трудом. Мир искаженный. Цвета немного не реальные с фиолетовым отливом. Пятно света соприкасается с уже нарисованной дугой и сливается в одну большую полосу. Капсулы действуют. Гальцев спускается быстро. Я бы так не смог. Все таки с физической подготовкой у меня похуже и на много. Надо бы заняться чтобы хоть перед людьми не позорится. Я пытаюсь идти быстро но меня уже начинает пошатывать. Второй закидывает мою руку себе на плечо и говорит что он поможет. А я на него гляжу и думаю о том что он еще не сильно после ранения поправился. И что помощь Аленки конечно была большой но даже она не могла полностью излечить и восстановить силы после двух огнестрелов. Уже почти спустившись на первый этаж слышим шум двигателя, визг тормозов , бибиканье клаксона и крик Мельника.

– Мужики, быстрее. Их тут много. У них оружие. В ответ на его крик – выстрелы. Гальцев на бегу выхватывает свой пистолет, выскакивает из здания. Второй не бросая меня все так же осторожно но бережно поддерживая доводит меня до конца лестницы и только оставив у дверного проема, говорит– Я к Никите. Подстрахую. Не высовывайся. Машину подадим просто под подъезд.

Я не вижу толком что происходит. Слышу выстрелы, крики. Шум машины, хлопанье дверок. Перекошенное лицо Гальцева, вытирающего вспотевший лоб рукой с пистолетом.

– Бегом, маг. Пригнись.

Я сажусь в машину, Гальцев падает на сиденье следом за мной. Второго мы подбираем чуть ближе к выезду на проспект.

Мельник перепуган. Но водит достаточно уверенно.

– Я сам не понял что случилось. Стою, никого не трогаю. Смотрю– идет группка чудиков– шатаются, еле ноги переставляют и руками показывают на недострой. А в руках оружие. Ну, прямо как в фильме про Ходячих мертвецов. Думаю, точно на вас охотятся. А один из них вдруг оглядывается в мою сторону и подняв пушку стрелять начинает. Вот как он узнал что я с вами?

– Сумеречный след,– говорю я и все поворачивают голову в мою сторону.– Я же маг. Я сияю. За мной шлейф тянется. Как от прилипал. Они это чувствуют. Они вообще на энергетику слишком настроены.

Удивлению Мельника нет предела. Он за время общения с нами столько всего нового узнал что сам не рад.

Звонок на телефон Второго. Курт с машиной ждет нас но пересечении окружной и выезда из города. Это хорошо. Еще один человек лишним не будет. Главное что бы я не подвел. Мне никак нельзя.

Пересаживаемся в другое транспортное средство. Угнанную машину оставляем просто на обочине. Чем ближе мы подъезжаем к новой точке тем мне тревожнее. Что мучает и не дает спокойно

отдохнуть хоть несколько минут между пробежками. И только добравшись к восточной окраине до меня

доходит. Наклонившись ко Второму шепотом говорю

– Второй, они нас ждать будут. Они вычислили траекторию. В прошлый раз они просто опоздали на место действия. А сейчас. Я боюсь как бы засады не было. За нами же свет бежит так что его все прилипалы в городе чувствуют.