Второй
Шрифт:
У Алены тоже был дар, но она об этом даже не догадывалась. Она не видела аур. Она не видела света и не могла отличить прилипал от обычных людей, у нее был другой дар. Она умела лечить. Все эти бабушки-дедушки из дома престарелых, нарадоваться такой добровольной помощнице не могли, потому что Аленка, по доброте душевной и с помощью своего дара, вытягивала из них болячки и недуги. Она не знаю про свой дар– это точно, но она на каком то подсознательном уровне понимала что стоит ей дотронутся полными горячими ладошками к человеку как тому становится легче. Сколько раз уже было так, что когда мне не помогали таблетки и раскалывалась
Старику про Алену мы со Вторым так и не рассказали. Она была совсем не магом. И впутывать еще и ее в дела Клиники не хотелось вообще.
Машина долго ползла по разбитой проселочной дороге, утопая почти по брюхо в каше из снега и грязи. Второй тихо матерился– но я и так видел что такая езда ему уже в печенках сидит.
Я его не дергал и не отвлекал– просто смотрел по сторонам, пытаясь разобраться куда мы все таки пробираемся. Маленькие кривые улочки, старые дома, изредка выступающие над всеобщей массой двухэтажные новострои– и вокруг все тихо, спокойно. В таком поселке хорошо жить семьей– размеренность быта, свежий воздух, нормальные соседи.
Проклятый дом как то не вписывался в общую атмосферу. Я конечно в воображении уже картинки себе понарисовывал. Но все оказалось намного обыденней.
Маленький кирпичный домик на четыре окна с верандой и летней пристройкой. Старенький, но еще вполне крепкий выкрашенный в темно-зеленый цвет забор, садовые деревья просто перед окнами, деревянная резная скамейка и новая железная калитка.
Второй остановил машину. Вытащил на всякий случай пистолет, проверил магазин, пощелкал предохранителем.
– Соль захвати – попросил он, показав на заднее сиденье. Я обернулся, пошарил рукой и достал из под старенького видавшего виды пледа пачку соли. Там же– нащупал еще, как минимум, пару пачек.
– все так серьезно?– спросил я у Второго
Он как то неопределенно хмыкнул Ну, не хочет рассказывать не надо. Все равно же сам все и так увижу. К калитке добрели по щиколотку в снежной гуще. Второй подергал подергал ручку, но так и не открыл, достал из кармана отмычку, долго шарудел в замке и наконец чертыхнулся, сказав что все заржавело за зиму. Потому прикинул на глаз высоту заборчика, подмигнул мне и попросил:– Стой тут,– а после сам как-то слишком уж быстро перемахнул на другую сторону.
Заскрежетал отодвигаемый засов, калитка в унисон запела нудный мотив не смазанными петлями.
– Проходи давай, по быстрее. Не хватало еще что бы соседи заметили.– почему-то в пол голоса сказал
Второй, хоть перед этим мы и топали достаточно громко, в калитку на глазах всей улицы ломать пытались.
Я вошел во двор. Огляделся по сторонам. Обычный двор, обычное хозяйство. Маленький огородик, клумбы, окаймленные красным кирпичом дорожки. Все устелено снежным покрывалом, на котором не виднелось ни
Я включил Дар– не сильно, на открытом пространстве, тем более в такой глуши особо играться не хотелось. В случае чего быстро на Опеле мы обратно на окружную дорогу не выберемся, а бегать по такой жиже удовольствие ниже среднего.
Посмотрел по сторонам еще раз. И ничего так и не высмотрел. Пространство чистое, кое где чернели пятна на снегу – то ли единичные споры то ли просто старые пожухлые листья-они тоже иногда выделяли в окружающее пространство темную энергии распада.
Но ни прилипал, ни следов я не видел. Все было слишком обыкновенно. Второй уже дотопал к дому и пытался справиться с навесным замком. Здесь ему повезло больше. Секунд через десять мы уже заходили во внутрь.
Маленькая прихожая, деревянные полы, стены покрашенные светло-бежевой краской с нарисованными цветами– мода на такое украшательство была лет 40 назад. Но дом не смотрелся таким уже запущенным и старым. Обычное жилье где люди просто не предавали особого значения ремонтам и отделке. Все, даже сейчас, чисто и уютно. Я почему-то думал что будет намного страшнее в прямом смысле этого слова. Мне представлялись вывернутые рамы, вздыбленные полы, разбитая посуда, замусоренные комнаты. По рассказу Второго так вроде бы и должно было быть. Но дом не производил впечатление такого уж темного и проклятого.
Второй прошелся по комнатам словно сеятель изредка рассыпая впереди себя волшебную смесь– но я и так знал что ничего не будет. Дом пустой.
– Пройдешься или хватит?– спрашивает Второй у меня. Мне хочется все бросить как можно скорее и поехать домой– Аленка же придет, в голове только об этому и мысли. Но делать работу на половину как-то я еще не научился. Тем более добирались сюда долго да интересна мне сама загадка. Что же такого может быть в доме, что здесь произошло столько несчастий?
– Еще поброжу. Ванную надо осмотреть, кухню и …Где ты говоришь девчонку со спиритической достой нашли?
– Я не говорю. Мне рассказывали, что в самом доме. Я ж тоже здесь как бы в первый раз. Я до этого просто по улице покрутился да с соседями пообщался, а работа у меня была вообще с другого края поселка– словно оправдываясь начал объяснять Второй.
Нда. А я почему-то был уверен что он уже предварительно дом осмотрел. Может не надо надеяться на поверхностный досмотр может дара не жалеть и включить на всю мощность? Я скривился, представив как у меня часа через два голова болеть будет, но отступать было уже не куда.
Постоя, пощелкал пальцами, рассказал себе стишок про 'Идет бычок качается' для ритмики и рванул дар по полной. Глаза пришлось закрыть– все вокруг светилось слишком ярко и слишком белым. Прозрачно и чисто –без сюрпризов. Я медленно стал оборачиваться стараясь не пропустить ни малейших изменений в расцветке либо самой структуре света.
Но все было действительно нормально.– Странно странно,– почему-то думалось мне. –Не может быть старый дом полностью светлым. В нем куча энергии – вон листья и те светятся, а тут…