Второй

Дзюба Татьяна Петровна

Вот. Значит, пришла девочка в полночь на кладбище, сорвала крапивку на которой спор видимо не видимо сидело. И принесла эту чертову травку домой. Полила своей кровью и оставила настаиваться. Представляешь, какое раздолье для спор получилось? Как чаша Петри для вирусов.

За три дня такой коктейль заварился. Девочка траву в медальоны запаковала, подружкам в честь вечной дружбы презентовала. И… Не повезло подружкам. В течении недели– одна с высотки сбросилась, без причины, вторая под машину попала, а третья – третья несколько ночей подряд бродила по самым темным и заброшенным местам в городе и догулялась…Я с задания возвращался– Опель заглох. Вышел из

машины, поковырялся в нутре, с трудом, но завел. Захлопнул капот – стою в ночь вслушиваюсь, по сторонам смотрю. Место уж больно не хорошее. И слышу я что где-то впереди, шагах в 100, какая-то возня, а потом тонкий почти детский крик. Я за пистолет и туда. А там…два мужика и уже лежащая на асфальте девчонка. Особо думать некогда было – я шмальнул в воздух для острастки, мужики убежали. Я к девочке. А у той бок ножом распоротый. Короче, я ее на руки в машину, Петровича набрал – делать все равно ничего не оставалось – куда бы я ее в три ночи вез? А так сразу в Клинику – а там врачи нормальные. Девочку осмотрели, бок сразу зашили – ничего серьезного, но крови она много потеряла. И медальон обнаружили. А дальше – я уже все сам раскрутил. Так самое страшное то, что одноклассница, которая медальончик подарила, ни о чем не жалела. И сделать ей за ее сеансы черной магии ничего нельзя было. В уголовном кодексе как то статьи соответствующей еще не придумали. Но она сама наказала – после плотного контакта с активными спорами – в ауре девочки зародыш завелся,… так что в жизни случаи разные бывают. Я слушаю Второго и с любопытством и со страхом. Знать что все эти рассказы, которые напоминали пересказанные ужастики, на самом деле реальны – было действительно страшно. Звонит телефон. Второй смотрит на экран и передает аппарат мне. Я щелкаю слайдером и говорю – Привет. Аленка здоровается в ответ и сразу передает привет Второму. Она говорит о том, что уже освободилась, купила целую сумку продуктов и готова ехать в гости. Я спрашиваю у Второго готовы ли мы к визиту дамы и получив в ответ утвердительный кивок, говорю Аленке что мы даже можем ее по дороге подхватить. Второй спрашивает, где она сейчас находится, уточняет, что будем там минут через семь. Я все это передаю Аленке и, договорившись обо всем, выключаю телефон.

– А где 'цёмочки и обнимашки'?– передразнивает Второй, отбирая трубу. Мне хочется его пихануть в бок. Но– во первых, он за рулем, а во-вторых, настроение у меня хорошее и даже ерничанье Второго мне его не испортит.

– так, Ромео, можешь еще минут пять о работе подумать?– он косится в мою сторону, наверно замечая блаженную улыбку

Мне приходится сосредоточиться и взять себя в руки.

– Могу. Думаю.

– Я про дом Антона Семеновича. Надо дезинфекцию в любом случае проводить – чем быстрее, тем лучше. Но…Возможна загвоздка.

– какая?

– Егор Петрович может не дать добро на бригаду чистильщиков. Во-первых – потому что всего лишь старые споры, а во вторых кто оплачивать выезд будет? Я как то с трудом себе представляю, как объяснять Антону Семеновичу, что у него в доме вирусная опасность в виде черных спор. И по этому с него за чистку энная сумма. Хотя там же дел всего лишь на пару часов. Если с ультрафиолетовыми лампами пробежаться то еще быстрее.

– предлагаешь самостоятельно?

– предлагаю. Только вот пока не придумаю как. Ладно. Утро вечера мудренее. Тем более что завтра мне много нового рассказать должны.

Второй отвез Аленку домой и вернулся уже за полночь. Я как раз успел замести следы нашего грехопадения. Я конечно понимал что все это дело житейское но было как то неловко за то что у меня хоть какая-то личная жизнь есть, а Второй просто вынужден мирится с этим. Он же, будучи настоящим джентльменом, как только Алена переступала порог берлоги, брал в руки ноут, прятал за пояс браунинг и, пожелав нам приятного вечера, шел дежурить на первый этаж

поближе к выходу. Мы почти сразу договорились о времени. Я старался не задерживать ни Алену, ни Второго. Тем боле, что кроме личной жизни была еще и работа.

Второй ни о чем меня не спрашивал. И так наверное по моей довольной роже было все понятно. Но и против следующих свиданий не возражал.

Тем более что Аленка, как настоящая хозяйка ,оставляла после себя на только шлейф романтического приключения, а еще и вполне материальные вещи. Свежесваренный борщ, вымытую посуду, убранную кухню. Она пыталась заботиться о быте даже в нашей Берлоге.

– Ужинать будешь?– спросил я у Второго после того, как он вымыл тщательно руки.

– буду – он сверкнул белозубой улыбкой– Борщом на всю вселенную пахнет. Вот черти. Я пока вас ждал, думал – слюной подавлюсь. – Любовь твоя просила поцеловать тебя за нее, но извини, Ян – не буду. Мне девушки как то больше нравятся.

Я тоже в ответ улыбаюсь. Мне давно не было так спокойно. И словно чувствуя мои мысли, вмешивается телефон.

Второй долго смотрит на экран, словно не решаясь принять или нет звонок. После все же отвечает

– Да, Гальцев. Слушаю.

Я настораживаюсь. Звонит утрешний незнакомец. Но суть разговора я не улавливаю. Второй почти все время молчит.

Градус разговора нарастает. Второй откровенно матерится – чего раньше себе почти никогда не позволял.

Он поглядывает в мою сторону, но в пылу разговора уже не особо осторожничает.

– да, Никита. Да, я говорил. Но ты не имеешь права… Я по всем долгам заплатил… Да пошел ты к черту со своей просьбой…Машку это все равно не вернет… Это вы меня выставили за двери. Это лично ты кричал, что я урод и мне не место рядом с вами. Я и не настаивал. Вот только отца не надо в эту историю втягивать. Он мне до сих пор не простил. Да потому что не умею я правильных выборов делать. Ладно,…Завтра. В 12 на набережной. Ни к себе звать не хочу ни к вам не поеду. Я буду не сам.

Разговор он заканчивает, даже не дослушав собеседника и, несчастный слайдер летит в сторону дивана. Хорошо хоть не об стену.

Я сижу тихо – стараясь не мешать Второму злиться. Он зыркает на меня, подмигивает и неожиданно говорит.

– Поможешь мне в одном очень личном, почти семейном, деле? Я боюсь, что без мага мне не разобраться…

Я понятное дело соглашаюсь.

– только Петровичу ни слова. Даже если он пытать тебя будет, договорились?

– Договорились, – говорю я даже в какой-то растерянности. Чего интересно меня Петрович пытать должен.

– Честное пионерское?

– Это все так серьезно, да, Второй? Второй в задумчивости трет лоб.

– Понимаешь, это… Это из разряда очень старых тайн, которые не хотелось бы на свет доставать – но приходится. Я все расскажу – может не всю правду, но хотя бы большую часть. И мне нужна будет помощь мага. В прошлый раз я думал, что справлюсь сам и, так получил за свою сверхуверенность, что очень долго от разного дерьма отряхивался.

Но я все расскажу завтра. Сказок на ночь устраивать не охота. Настроение – не то, да и давить на жалость на ночь глядя – не особо охота.

– Как скажешь. Я завтра пол дня точно свободен, часа в четыре приедет Урус – у меня два объекта. Так что – определяйся.

– Определился. Слышал же, небось. Встреча в 12.00. Надо будет сначала на предмет паразитов моего собеседника прощупать для начала. Мне его поведение не нравится. Он совсем не такой два года назад был. А часть вторая Марлезонского балета – свожу тебя в гости. К себе. На старую квартиру. Там есть пара вещей. Но…Лучше не буду рассказывать – надо чтоб ты сам все увидел.