Вторжение
Шрифт:
– Я с радостью уступлю капитанскую каюту вам, дя… повелитель…
– Нет, нет, не стоит, – лениво махнул рукой адмирал. – Будет даже занятно для разнообразия побыть пассажиром. Когда мы отправляемся? Я спешу.
– Послезавтра, повелитель, – склонился Тариян Ветер. – Как только закончим выгрузку, погрузку и ремонт.
– Ремонт?.. В шторм попали?..
– Что вы такое говорите, дядюшка?! – возмутился Тариян. – Да разве страшен шторм кораблю, чей капитан – аэромант, окончивший Иххарийский Гимнасий с Жемчужным Дипломом?!
– Тогда в чем дело?
– Непредвиденные внутренние проблемы… – отвел глаза Тариян.
– Да?.. Кстати, а что вы привезли? Еще одну партию солдат?..
– Полагаю, их можно так назвать, – ответил вместо Тарияна Астарон, безразлично шагая по пирсу.
Асанте поднял глаза, и челюсть поползла вниз. За уродливым телохранителем Астарона по трапу двинулись еще более жуткие чудища. Каждый в полтора человеческих роста, но одни – рогатые, утыканные шипами инсектоиды; а другие – жирные скользкие туши с хоботами вместо рук.
Твари идут медленно и осторожно, стараясь поддерживать между собой дистанцию. Трап под их весом прогибается и потрескивает, угрожая в любой момент переломиться.
– Кто это?.. – выдавил из себя Асанте. – Демоны?..
– Полудемоны, дядюшка, – убитым голосом ответил Тариян. За время путешествия испронгша и винджен изгадили и поломали весь корабль. И несколько матросов куда-то пропали. – Пополнение в армию…
– Их сразу отправят в Симбаларь, надеюсь?..
– Мне об этом не говорили, но я думаю, что так и будет, дядюшка.
– Суша – грязное, отвратительное место, – мрачно подытожил Асанте, невольно отступая на шаг от кошмарных полудемонов. – Я должен как можно быстрее выйти в море.
Да, в море. Срочно в море. Он слишком долго пробыл на берегу. Нервным каким-то стал, дерганым, даже пугливым.
Ничего, качающаяся палуба под ногами, крики чаек над головой и запах соленого ветра вернут былую уверенность в себе.
Тариян Ветер улыбнулся поднявшемуся по трапу дядюшке, хотя во взгляде чувствуется нервозность. Асанте Шторм благоволит племяннику, но он все равно Асанте Шторм – суровый и переменчивый, как само море. В минуты гнева этот великий гидромант любит приводить нервы в порядок, сбрасывая за борт одного-двух матросов.
Из тех, что наименее компетентны, конечно.
Хотя желтым плащом Тариян обязан именно дядюшке. В Серой Земле колдовской плащ может вручить только колдун тремя рангами выше. Так зеленый плащ имеет право вручать только фиолетовые, желтый – фиолетовые и синие, оранжевый – до голубого, красный – до зеленого. Как правило, этим занимаются профессора гимнасиев – честолюбивый претендент сдает квалификационный экзамен и в случае успеха поднимается на следующий уровень. Сдавать можно не чаще раза в год, независимо от результата.
Что же касается оранжевых и красных плащей, то их вручают общим решением Совета Двенадцати. Каждую зиму в Иххарии
Однако труднее всего получить именно желтый. Его имеет право вручить любой серый плащ – но серых плащей всего двенадцать. К тому же они не преподают в гимнасиях и не проводят регулярных экзаменов. Порой приходится многое преодолеть, чтобы тебя согласились хотя бы выслушать. В карьерном росте колдуна эта ступенька наиболее тяжела.
Не у всякого же в Совете Двенадцати есть родной дядя.
Отойдя подальше от пирса, Астарон Ледяной остановился и повел глазами. Это не Симбаларь. Это какой-то ларийский порт, приспособленный серыми под свои нужды. Работают здесь по большей части те же ларийцы.
Великий криомант расслабился и закрыл глаза. Надо сообщить Бестельглосуду о прибытии.
Мираж тучного широкоплечего колдуна появился почти сразу же – но явно не в лучшем расположении духа. Дышит часто, шумно, рот все еще полуоткрыт – похоже, глава Совета только что на кого-то кричал. На мясистом одутловатом лице набухли кровяные прожилки.
– Владыка Бестельглосуд, спешу доложить…
– А, Астарон… – наградил его суровым взглядом Бестельглосуд Хаос. – Хорошо, что ты здесь. Бери любой транспорт, какой пожелаешь, и срочно сюда. Поговорим, когда будешь в Промонцери Альбра.
С этими словами мираж растаял, оставив Астарона Ледяного гневно бледнеть. Он не привык к такому пренебрежению.
Бестельглосуд же устало опустился в кресло, растирая лоб. Ему хотелось вскочить, заорать, ударить кого-нибудь, но уже просто не осталось сил.
– Повтори еще раз, – еле слышно произнес он. – Вас разбил… Железный Маршал?!!
– Да, – донеслось из-под глухого шлема, увенчивающего алую мантию. – Это был Бокаверде Хобокен. И вместе с ним вся дивизия «Мертвая Голова».
– О-о-о… а-а-а… а-а-а!.. – схватился за голову Бестельглосуд. – Сон в руку… Сон в руку… Как такое могло случиться, как, как, КАК?!!
– Судя по тому, что я видел и слышал, Рокуш обзавелся собственными колдунами. Они привели из другого мира загадочных латников в серебристой броне, подняли из могил гренадер Хобокена с их татуировками и убили Четвертого Маршала.
– Еще и Ригеллион погиб… – простонал Бестельглосуд. – Как же все это некстати, как не вовремя… Откуда Рокуш мог взять колдунов, скажи?! У них их не было никогда! Кто им служит, кто?! Чародеи эйстов?! Шаманы дэвкаци?! Знахари Ингара?! Фокусники Закатона?! Или… или, может, опять вмешались кииги?! Проклятые желтые карлики с их рисуночным колдовством!..
Бестельглосуд Хаос говорил ужасно громко, едва не срываясь на крик. В надрывных воплях чувствуется самая настоящая истерика, в обезумевшем взгляде светится нешуточный ужас.