Выбор Клеопатры

Серова Марина Сергеевна

— Как жива? А Галина? — выпалил Вележев с неожиданной горячечностью и осекся.

— А десять минут назад ты говорил, что не знаешь никакой Галины, — не преминула напомнить я.

— Шур, я не знаю, виновен ты в чем или нет, но мой тебе совет — молчи, пока не встретишься с адвокатом. — Дав такие смелые рекомендации своему приятелю, Сосняк обратился ко мне: — А вы как могли сюда зайти? И зачем?

— Я знала, что он вернется, и он вернулся. Решил тут все поджечь…

— Но я же запретил сюда заходить! — возмутился

участковый.

— Погоди, Петро, не кипятись, — сказал капитан. — Сейчас мы во всем разберемся. Девушка, вы бы умылись, что ли… А то все лицо в копоти.

Я взглянула на свое отражение в дверце посудного шкафа — такие лица являются только в кошмарах. Когда же провела рукой по щеке, а потом посмотрела на пальцы, то обомлела — они были черными. Представляю, как ужасно я выглядела, особенно в тот момент, когда встречала ментов широкой улыбкой. А джинсы, мои новые джинсы!.. Они были местами подпалены, их осталось только выбросить.

* * *

Капитан Холкин оказался толковым парнем. И что немаловажно, он знал Кирьянова, на которого мне пришлось сослаться. Поэтому моя версия убедила его больше, чем вымысел Вележева. Учителя забрали в КПЗ, а меня отпустили на все четыре стороны.

На улице уже занимался рассвет. Куда я могла податься в своих обгоревших джинсах? Конечно, только к Агнессе Новинской. В шесть утра я позвонила в ее дом, и она, как и обещала, впустила меня, накормила, а потом и спать уложила.

Глава 18

Агнесса разбудила меня в десять ноль-ноль, как я ее и просила. Рядом с моей кроватью лежали чьи-то старенькие, но чистые джинсы. Оказалось, что они принадлежали внучке моей благодетельницы и одновременно секретарше Силина-Крестоносцева. Я примерила их, джинсы были чуть коротки, но выбирать не приходилось.

Новинская накормила меня вкусным завтраком, после чего я ее спросила:

— Скажите, у вас есть телефон?

— Конечно. Вам надо позвонить в Тарасов?

— Да, если позволите, а то у моего мобильника сел аккумулятор.

— Конечно, звоните. — Агнесса показала мне, где находится аппарат, и деликатно вышла из столовой.

Я стала звонить Владимиру Сергеевичу в горуправу.

— Подполковник Кирьянов, — официальным тоном сказал мой хороший знакомый.

— Привет, Володя, это я.

— Таня, ты куда пропала? — возмутился Киря. — Дома тебя нет, мобильник не отвечает.

— Я сейчас в Турищеве.

— А что ты там делаешь?

— Поехала за учителями, — чистосердечно призналась я.

— Значит, все-таки они покушались на Иконцеву?

Я вкратце рассказала Кире о том, что произошло.

— Понятно. Как Лена?

— Пока не знаю, сейчас пойду к ней в больницу. А как Галина Максимовна, пришла в себя?

— Да, вчера вечером она пришла в сознание, нам даже разрешили с ней поговорить, но она не видела того, кто ударил ее по голове,

более того, теперь она даже сомневается в том, что ей звонила ты.

— Но как же она тогда могла поверить?

— Говорит, что с утра накушалась транквилизаторов, потом на поминках выпила две рюмки водки… В общем, была сама не своя. А Игорь ее не хотел отпускать, но она воспользовалась моментом, когда он был, извини меня, в туалете, и вышла из квартиры. Еще она продолжает утверждать, что покушение спланировала Дарья. Иконцева призналась, что ее сноха была любовницей ее последнего мужа.

— Ну я уже и сама это выяснила. А как Телегин? Вы его взяли?

— Да, он даже не оказал сопротивления, но и никаких показаний тоже не дал. Крепкий орешек! Думаю, доказать, что заказчиком убийства Шорникова является Михаил Андреевич Иконцев, будет нелегко. Он — птица высокого полета.

— Нелегко, — передразнила я, догадываясь, что эту миссию Кирьянов тоже решил возложить целиком и полностью на меня. — А вы получше поработайте с Телегиным. Вы же умеете! Если очень захотеть, то кирпич можно расколоть на мелкие кусочки, а уж каменщика и подавно. Какой смысл ему выгораживать Иконцева?

— Не знаю, — сказал Володька, немного подумав. — Татьяна, а ты, что же, отстраняешься от дела? Между прочим, Галина Максимовна про тебя спрашивала и просила передать, чтобы ты в больницу к ней пришла…

— Я обязательно навещу клиентку. Тем более она задолжала мне оплату за несколько дней, — в сердцах выпалила я.

— Ах вот в чем дело, — усмехнулся Киря. — Я же забыл, бесплатно ты не работаешь…

— В общем-то, так оно и есть. Нет, от расследования я не отстраняюсь, просто, помня о печальной участи загнанных лошадей, хочу взять выходной.

— Да, понимаю, тебе вчера на пожаре досталось. Серьезных ожогов нет? — запоздало осведомился Кирьянов.

— Так, ерунда… Короче, высылайте сюда людей, чтобы забрать Вележева в Тарасов. Местный участковый его дружбан, и я боюсь, как бы он не наделал глупостей.

— Понял, — сказал Кирьянов. — Сейчас же отдам распоряжение.

Я положила трубку и пошла искать Агнессу. Она была в оранжерее.

— Танечка, я вам белый халат и бахилы приготовила. Вы же пойдете в больницу навестить подругу?

— Конечно, — кивнула я, поражаясь предусмотрительности Новинской.

* * *

Узнав в приемном отделении, в какой палате находится моя «спящая красавица», я поднялась на второй этаж. В коридоре была какая-то суета. Мимо меня пробежали люди в белых халатах и скрылись за углом. Я с ужасом подумала, что Ленка не только не проснулась, а, более того, находится на грани жизни и смерти. Остановившись перед шестой палатой, я робко приоткрыла дверь и увидела, что, кроме моей дорогой француженки, там никого нет. Оказывается, пожилой доктор и молодая медсестра бежали не к ней.