W&H
Шрифт:
— Я-я… не понимаю… ты… ты не так всё понял, — растерялась девушка и начала заикаться.
— Всё я понял правильно, — Гарри закатил глаза. — Ничего не получится, Инид.
— Ну да, — она говорила едва слышно, так что парню приходилось напрягать свои уши, чтобы услышать её шёпот. — Твоя мама, ну и… наверное…
— При чём тут мама? — Гарри недоумённо нахмурился. — Род… мамы не стало много лет назад.
Никакого плана на разговор у него не было, так что Гарри несколько раз едва не проговорился. Назвать Сириуса по имени было бы странно.
— Я
— Это моё дело, — недоумённо фыркнул Гарри в ответ, — это же мой отец. — Его глаза расширились, кое-что вспоминая. — Ты же встречаешься с Аяксом…
— Мы расстались, — пискнула Инид и, попытавшись увести тему в сторону, проговорила: — Я разговаривала с мамой, и у оборотней… — она замолчала.
— Что?
— У оборотней рождаются только оборотни, — наконец Инид заглянула в глаза друга, но не нашла там того, чего искала. Гарри просто не понимал, к чему она это сказала. Пока он раздумывал, Инид вытянула вперёд руку и спросила: — Дашь рисунок?
Гарри на автомате протянул сложенную вдвое бумажку. Инид выхватила её и быстро-быстро начала удаляться. Он окрикнул её, но всё было без толку. Подруга лишь ускорилась, убегая в сторону женского общежития.
— И что делать? — спросил он, ошеломлённо всплеснув руками, но вопрос повис в воздухе и остался без ответа.
***
Всю первую половину четверга Инид избегала Гарри как только могла, а когда он подходил ближе — она убегала, оставляя его на растерзание ребят, спрашивающих, что происходит. Такое положение дел его бесило, пока он в конце концов не плюнул, решив, что оно того не стоит. Ну, влюбилась Инид в крёстного — это её проблемы. Он просто махнул рукой, ничего более не предпринимая.
Полчаса назад Гарри вернулся из Джерико после посещения Юджина. В отличие от Уэнсдей, он не зависал у друга каждый день, но заходил проверить несколько раз в неделю. Он не очень верил, что его слова как-то помогут другу выздороветь, но Уэнсдей явно так не думала, постоянно отлучаясь в город.
Инид нашла Гарри в четырёхугольном дворе и с горящими глазами начала рассказывать свою идею по поводу предстоящей пятницы. Конечно же, она не забыла упомянуть, что все знакомые с Уэнсдей ребята согласились на эту идею. Оставался только Гарри.
Ни рисунок, ни разговор она не упоминала, вообще делая вид, что ничего не случилось и всё осталось как прежде. Хотя Гарри всё равно заметил, что она волнуется при разговоре с ним. Однако он твёрдо решил оставить чувства самой подруге и не лезть в них.
— Сюрприз с тортом для Уэнсдей? — не поверив свои ушам, Гарри повернулся, едва сдерживая саркастичную улыбку.
Инид светилась от переполняющей её энергии. Было видно, насколько сильно она верит в эту идею и хочет порадовать свою подругу.
—
Что понравится Уэнсдей, знала только сама Уэнсдей, ну, или какой-нибудь особо отчаянный чёрт из ада, — так подумал Гарри.
— Дизайн торта сделал Ксавьер. Мы его уже заказали, придёт к вечеру. — Инид восприняла молчание Гарри как сомнение, так что приняла решение завалить его ненужной информацией: — Собираемся в полночь на острове Ворона, в склепе Крэкстоуна, — на этом моменте подруга несколько стушевалась, — впервые в жизни вижу, чтобы кто-то был рад праздновать свой день рождения на чьей-то могиле.
— Ну, хоть не нужно раскапывать его тело, — пожал плечами Гарри, раздумывая, насколько такая идея в действительности понравилась бы их общей подруге…
— Это было бы в её стиле, — пробурчала под нос Инид, поёжившись. Кажется, перспектива раскапывать тела её не вдохновляла. — О, так ты согласен? Замечательно! — она от радости несколько раз хлопнула в ладоши.
— А что насчёт рису…
Как только Инид поняла, что хотел сказать Гарри, она его моментально перебила:
— Полночь. Склеп Крэкстоуна. Пока!
— Сбежала, — констатировал Гарри, наблюдая, как подруга вприпрыжку убегает в другую сторону.
Уже вечером, после отбоя, Гарри выбрался из своей комнаты и направился на причал. Кент, который тоже должен был идти на праздник в честь дня рождения Уэнсдей, смылся куда-то ещё до отбоя. Гарри предполагал, что тот пошёл с какой-то девушкой и, как галантный джентльмен, решил ей помочь с чем-нибудь. Например, с переправой на другую сторону.
Под покровом ночи Гарри реквизировал одно из множества каноэ, стоявших рядом с причалом, и уже через десять минут слезал с него. Остров Ворона встретил его мёртвой тишиной и темнотой. Тут не было ни одного фонаря, а тропинки, проложенные учениками и бог знает кем, практически не угадывались. Луна была единственной помощницей, хоть как-то освещавшей округу. Гарри, естественно, не взял с собой фонарик: он настолько привык к магии, что просто не подумал об этом.
Гарри знал, что он пока что один на всём острове, ведь пришёл сюда примерно на тридцать минут раньше, чем нужно. Он хотел поговорить с крёстным, с которым общался пару раз в неделю в оговоренные часы. Сейчас как раз и был такой час.
Несколько раз споткнувшись о корни, торчавшие из земли, Гарри всё-таки нашёл склеп. Тот торчал между деревьями каменным памятником прошлому. Заходить в него Гарри не стал — лишь присел не так далеко, опёршись спиной о ближайший дуб. Отсюда прекрасно было видно вход и тропу. Наверное, любой другой на его месте испытывал бы дискомфорт от нахождения в тёмном лесу в одиночку, но Гарри всегда был чрезвычайно смел, осознавая, что нет на свете монстра страшнее человека. Палочка в кармане джинсов дарила уверенность в собственных силах; в конце концов он знал, что сможет отбиться от любого неприятеля.