Xамза
Шрифт:
Кто жених? Где жених? Какое у него лицо? Покажите, покажите, покажите! Зачем вы скрываете от меня его лицо?
...Подарки раздают друзьям жениха. Какие-то ножи. Выпрягают коня из повозки. Зачем? Вот он, жених! Он очень сильный и ловкий йигит. Он берет невесту на руки и поднимает ее словно солнце над своей головой.
Но где же солнце? Нету никакого солнца. Луна светит в окно.
А где жених? Кто он?
Нету жениха. Друзья жениха есть, а самого жениха нету.
Откуда у нее эта тюбетейка?
Зубейда
В одной руке у нее была мужская тюбетейка, в другой - иголка с цветной ниткой. Она вышивала на тюбетейке цветы.
Зубейда заплакала. Слезы капали на цветы, но цветы не распускались.
Она встала, подошла к двери. Не закрыто. Мама оставила дверь незакрытой на ночь, чтобы она вышла подышать в сад, когда все уснут.
Зубейда осторожно вышла во двор. Около калитки громко храпел новый сторож. Луна заполняла своим похоронным светом все небо. Зачем она так ярко светит? К чьим похоронам?
В саду все деревья в отчаянье тянули вверх черные рукисучья. Ни одной птицы. Тишина, тихо. Мертвый-мертвый воздух.
От дерева отделилась темная фигура.
Зубейда замерла - ледяной озноб ужаса прокатился по ее спине и ногам.
– Не бойся, - сказала фигура, - я Шахзода...
– Вы?
– удивилась Зубейда.
– Как вы попали сюда?
– Нам нужно поговорить.
– А почему ночью?
– А потому что днем нам никто не разрешит видеть друг друга. Тебя же не выпускают из комнаты.
Зубейда вздохнула.
– О чем вы хотите поговорить со мной?
– Называй меня на "ты", - попросила Шахзода, - нам нужно привыкать друг к другу.
– Почему привыкать?
– Так будет лучше и тебе, и мне.
– Если вы хотите, пожалуйста.
– "Если ты хочешь..." Повтори.
– Если ты хочешь...
– Вот и хорошо, - сказала Шахзода.
– Пойдем в глубину сада, здесь нас могут услышать.
И она бесшумно двинулась между деревьями.
Зубейда послушно пошла за ней. "Она ходит по нашему саду, как по своему собственному", - успела подумать Зубейда.
– Скоро твоя свадьба, - сказала Шахзода.
– Я знаю, - улыбнулась Зубейда, - с поэтом Хамзой.
"Они уже сломали ее, - подумала Шахзода, - еще до свадьбы Она не в себе, нервы не выдержали... А я держусь, хотя видела и пережила такое, чего нет, наверное, даже в преисподней.
Откуда я беру силы? Злость. Она дает мне силы. Злость и месть.
Это главное у человека. Кто живет этим, у того ясная голова, быстрые желания. Злость, месть и разврат - вот что нужно человеку для здоровья".
И вдруг она заплакала.
– Что с тобой?
– испугалась Зубейда.
– Не обращай внимания, - всхлипнула Шахзода, - сейчас пройдет.
"Зачем зачем нужна аллаху еще и эта жертва,
– подумала Шахзода.
– Что там происходит у них на небе? Почему бог, как мясник, требует одну жизнь за другой?"
– Почему мы должны привыкать друг к другу?
– спросила Зубейда.
– А ты разве не знаешь?
– Нет, не знаю.
– И не догадываешься?
– Не догадываюсь.
"Дурочку изображает, - подумала Шахзода, вытирая слезы, - или меня считает дурочкой?"
Слабость ее прошла. Минутная жалость, посетившая сердце, исчезла.
"Вспомни, для чего ты пришла,- напружинилась Шахзода.- Разозлись! Делай свое дело, оставь слезы слабым..."
– Спустись на землю, - строго сказала она, - твоя свадьба будет не с поэтом Хамзой, а с моим мужем, Садыкджаном-байваччой.
Зубейда тревожно оглянулась. Ей послышались чьи-то шаги.
– Мы станем соперницами, - продолжала Шахзода, - но я не хочу, чтобы твоя судьба повторила мою. Многие завидуют мне, считая, что я купаюсь в золоте. Но это клетка из золота!
Такое же уготовано и для тебя... Я хочу помочь тебе, доверься мне. Мы должны дружить, а не воевать. Я попросила твою мать устроить эту встречу, чтобы подготовить тебя к свадьбе. Ты будешь во всем слушаться меня и делать все, что я тебе прикажу.
Иначе ты навлечешь на себя гнев мужа раньше, чем вы ляжете на брачное ложе...
Зубейде почудились голоса. Кто-то положил ей руки на горло.
– Нет, нет, нет, - прошептала она.
– Я не могу, не могу, не могу... Ей стало душно. Что-то сжимало голову, грудь.
– Это невозможно!
– рванула она платье на шее.
– Ты говоришь так спокойно об этом... Несколько женщин любят одного мужчину..
Нет, я хочу, чтобы меня любили одну, я ни с кем не хочу делить свою любовь!
"А разве я не хочу, чтобы меня любили одну?
– подумала Шахзода.
– Ведь поэтому и появился Алчинбек. Уж его-то я не делю ни с кем, знаю точно... Но, может быть, я и байваччу не хочу делить с этой дурочкой? Может быть, я хочу, чтобы у меня было несколько мужей, чтобы они ждали по ночам и мучились - кого я выберу сегодня?"
– Птицы вьют гнездо вдвоем!
– страстно заговорила Зубейда.
– Звери вдвоем выхаживают детеныша! Почему же люди, почему люди?..
– Оставь!
– грубо оборвала Шахзода.
– Я не Хамза, чтобы слушать твои газели. А ты не птица, а женщина с длинными волосами и коротким умом. И не надо пытаться понять то, что является делом мудрецов. Готовься лучше к свадьбе. А если начнут беспокоить нервы, на-ка вот этот пузырек. Здесь очень хорошее лекарство. Сразу успокоит.
Зубейда взяла пузырек. И вдруг пошатнулась. Схватилась руками за грудь, медленно опустилась на землю.