Я досчитаю до пятидесяти...
Шрифт:
Я посмотрел ей вслед и встретился глазами со Стасей.
Стася вернулась за столик, ее взгляд остановился на приглашении.
– Она пригласила меня на свадьбу, - я смотрел Стасе в глаза.
– И вы встретились случайно, - излишне спокойно сказала Стася.
– Да, случайно. Ты не веришь?
– Верю.
– Стася, это просто случайность.
– Я верю!
Она взяла приглашение, разорвала его на мелкие кусочки и отчетливо сказала:
– У женщин, которые спят с чужими мужьями, начинаются проблемы с придатками.
Я
– Я не собирался идти к ней на свадьбу.
– А я бы тебя и не пустила, - она сделала глоток вина.
– Ты можешь отправить ей подарок, и больше никогда, слышишь, никогда не будешь с ней общаться.
Я взял ее за руку, поцеловал ладонь и ответил:
– Никогда.
– И я не хочу здесь оставаться.
– Хорошо. Сейчас расплачусь, и мы поедем в другое место.
Я оплатил счет, помог Стасе выйти из-за стола и увел из этого ресторана.
Мы сели в машину. Стася посмотрела на меня и неожиданно сказала:
– Когда-нибудь ты захочешь детей.
– Вряд ли, - ответил, выезжая со стоянки.
– Захочешь, - упрямо повторила она.
– Стася, если ты хочешь, чтобы у нас были дети, давай усыновим малыша. Или двух. Или столько, сколько захочешь.
– Ты захочешь своего ребенка, а я не смогу тебе его дать. А вокруг сотни здоровых женщин, и они с радостью родят тебе. Когда я думаю об этом, мне жить не хочется.
– Мне не нужны дети и другие женщины. Уже не нужны.
– Это сейчас. А через год, два, пять? Я буду вышедшей в тираж бабой, а ты молодым мужиком.
– Я старше тебя, - напомнил ей.
– И потом, какая же ты баба?
Но отшутиться не удалось, Стася была настроена серьезно.
– Самойлов, я верю, что такие Анжелы в прошлом. Во всяком случае, хочу в это верить. Но дети, Глеб!
Я оглянулся по сторонам, заметил вывеску очередного ресторана и повернул в его сторону. Припарковал машину, достал сигареты, прикурил.
– Ты самое дорогое, что у меня есть, - говорить было тяжело, но пришло время сказать все, как есть.
– Да, я совершил подлость. Да, я изменил тебе. Да, мне нужно было наплевать на чужое мнение и запреты врачей и быть с тобой, когда ты потеряла ребенка. Мы потеряли. Я винил себя в случившемся тогда и виню сейчас. Но есть еще кое-что, что ты должна знать.
Сигарета закончилась удивительно быстро, я прикурил новую. Стася сидела молча и не сводила с меня глаз.
– Когда ты улетела к родителям... Черт, не знаю, как сказать! Моя жизнь просто закончилась. Я чувствовал себя последним дерьмом. Ведь не просто изменил, я тебе жизнь сломал. И тогда я подумал, что должен за это заплатить.
– Что ты сделал?
– испуганным шепотом спросила Стаська.
– Глеб, ради бога, что ты сделал?!
– Я решил, что если у тебя не может быть детей, то и мне они не нужны. Зачем мне дети не от тебя?
– Как?
– Стаськины
– А вот так, - я выбросил окурок в окно и посмотрел в родные глаза.
– Я пошел и сделал вазэктомию. Так что все твои страхи о том, что я захочу детей от каких-то других женщин попросту беспочвенны.
Стаська приложила ладошку ко рту и всхлипнула.
– Зачем, Глеб?!
– Затем, что мужчина должен отвечать за свои поступки, - ответил я.
– Поэтому, если мы захотим малыша, мы его усыновим. И точка. А теперь пойдем, поедим, наконец, ладно?
Стаська согласно кивнула.
Наша вторая попытка пообедать была немногим лучше первой. Стаська сидела за столом задумчивая и молчаливая. Я не знал, что ей сказать. О чем еще можно говорить, после всего того, что произошло?
– Ты никогда не жалел?
Я сразу понял, о чем она спрашивает.
– Нет.
– И ты готов усыновить чужого ребенка?
– Я готов усыновить нашего с тобой ребенка. Если мы оба решим, что нам нужен ребенок.
– Я не знаю, что сказать.
– Тогда не нужно ничего говорить, давай просто поедим.
– А потом?
– А потом ... Хочешь, пойдем гулять?
– Нет.
– Тогда я покажу тебе свой загородный дом. Хочешь?
– Хвастаться будешь?
– Буду демонстрировать товар лицом.
– Какой же это товар?
– Тогда - приданое.
– Твое?
– Мое. Стась, я ведь уже все сказал. Я хочу быть с тобой. Вместе. Хочешь детей - будут дети. Не хочешь - заведем собаку. Или кошку. Или кроликов. Я просто хочу быть с тобой.
Она протянула руку и погладила меня по щеке.
– Тогда поехали смотреть твое приданое.
Я перехватил тонкое запястье, поднес к губам, поцеловал. Переплел наши пальцы.
– Стаська, я ведь не дарил тебе кольцо на помолвку.
– У нас и помолвки-то не было, - напомнила она мне.
– Тогда поехали, - решительно встал из-за стола.
– Куда на этот раз?
– Кольцо тебе выбирать. Что бы все было по правилам.
Она поднялась вслед за мной.
– Поехали.
Мы отправились в ювелирный салон. Как-то раньше я не придавал значения таким вещам, как кольца и прочие ритуалы. А сейчас вот захотелось, что бы у Стаськи на пальце было мое кольцо. И чтобы все видели, что эта женщина занята.
– Кольцо должно быть с большим бриллиантом, - рассуждал я, ведя машину.
– Чтобы все видели, что ты у нас олигарх.
– Что бы все видели, что ты уже занята этим самым олигархом.
– Тогда лучше тату сделать. И дешевле.
– И тату сделаем, - заверил я.
– Даже страшно подумать, на каком месте.
– Чтобы все видели?
В салоне к нам подошел консультант и, выслушав пожелания, начал демонстрировать имеющиеся кольца. Стася внимательно разглядывала, что-то примеряла, но никак не могла выбрать. Наконец она повернулась ко мне.