Я, Рейван
Шрифт:
Жаль, что с деньгами у нас… Ну, тем больше поводов действовать согласно задуманному плану.
— Мы идём в Анкорхед, — повторил я. — Нельзя до бесконечности «теряться в трафике».
— Наш гениальный стратег что-то задумал, — с парадоксальным снисходительным уважением пробормотал Кандерус. Всю беседу он так и подпирал спиной переборку, в разговор не вступал и, по-моему, ожидал сигнала на ликвидацию свидетеля. А теперь расслабился и наконец позволил себе высказаться.
— Да, Кандерус, — сказал я, — именно так. И гениальному стратегу потребуется твоя помощь.
— Естественно, —
Бастила, сидевшая в кресле второго пилота, на мгновение оторвалась от управления, фыркнула и снова склонилась к пульту.
— Это верно, Кандерус, — вкрадчиво сказал Онаси. — Когда Республике снова захочется основательно надрать кому-нибудь задницу, куда же мы без вас.
— Вас было в пять раз больше, чем нас, — сипло и величественно сообщил Ордо, спохватываясь и вспоминая более привычный модус операнди. — У вас было больше кораблей, больше солдат, больше снаряжения. За вас сражались джедаи. И мы всё равно заставили Республику трепетать, прежде чем…
— …прежде чем мы пали! — в унисон с мандалорцем закончил я.
Все присутствующие уставились на меня. Кажется, зря я ляпнул это «мы».
— Опять твоё Предвидение Силы? — донеслось из коридора. — Бедное, бедное дитя! Столько Предвидений! Хе-хе. И как это они у тебя в голове помещаются?…
Все присутствующие уставились в коридор, но Биндо уже сбежал.
— У Республики были деньги, — медленно сказал я, остро сожалея о своей недавней расточительности. — Много, много денег. Кандерус, тебе придётся снова поднять старые связи.
— Почему тебе всегда нужны деньги, Мак? — в тон мне спросил Ордо и, не дождавшись ответа, продолжил: — Сколько?
— Думаю, тысяч двести, — сказал я. Каноническая стоимость «Чёрного ястреба» составляла что-то около полутора сотен тысяч, так?… — Если очень повезёт… нет, вряд ли мы сумеем уложиться в меньшую сумму.
— Это много, Мак. Даже для меня. Но, думаю, месяца за два…
— Завтра, Ордо. Или послезавтра.
Мандалорец молчал довольно долго.
— Часть суммы к этому сроку я смогу достать. Остальное… Кхм. Почему бы тебе не попросить эти деньги у твоей подружки?
Я покачал головой: Орден джедаев, как и всякий приличный орден, мягко говоря, не бедствовал. Но бюрократия, бюрократия… хватит, наобжигался.
— Исключено. Эти… благородные люди будут возиться ещё дольше. И всё равно ничего не решат.
— Эй! — крайне сдержанно возмутилась Бастила, не отрываясь от пилотской консоли.
— Кандерус, ты ведь наверняка знаком с хаттами?…
— Ха! Ты не знаешь, во что влезаешь. «Хатты». Впрочем, если речь идёт не о ссуде, а, допустим, о разбойном нападении…
Мандалорец вопросительно уставился на меня, и, каюсь, я призадумался.
— Зачем тебе деньги, Мак? — торопливо спросил Карт, которому концепция разбойных нападений явно претила. — Да ещё так много!
— «Левиафан» идёт к Татуину.
— Как? Когда? Что мы будем делать?!.
— Через гипер. Очень скоро. У меня есть план.
— У тебя всегда есть план, — вставил Ордо.
— У меня всегда
Некоторое время все присутствующие пребывали в задумчивом унынии.
— Как жаль, что мы не успели выпотрошить Давика! — посетовал Карт. — У него, должно быть, полным-полно тайных счетов по всей галактике. Да нет, Мак, я помню про закладки, секретность… но сейчас-то это уже не важно. Как жаль, что мы не успели его выпотрошить!..
— Республиканцы! — хмыкнул Ордо. — Слюнтяи и белоручки. Это вы «не успели». А я — успел.
И все присутствующие уставились на Ордо.
60
Говоря «выпотрошить», Кандерус имел в виду лишь то, что узнал у Давика номера и коды его счетов. Ну, как узнал… выбил. Разными забавными мандалорскими методами.
Но сами счета он не обчистил, нет. Не смог бы, даже если бы захотел: слишком много кредов на них скопилось. Давик долгие годы грабил целую планету, и не самую захудалую.
Помню, ещё на Тарисе, сразу после попадания, я всё удивлялся: вроде и дроиды кругом, и автоматические заводы по производству всего на свете, и энергетика какая угодно, и космос с его бесконечными и бесплатными ресурсами под рукой… а коммунизма всё нет. Откуда же эта повсеместная привычная нищета, откуда бомжи, насилие, вечная драка за жалкие полтора креда, за ношеную одежду, объедки с барских столов?… А теперь понимаю: сколько бы ни производило общество материальных благ, всё равно всё отберут богачи, олигархи и прочие бандиты. Отберут и поделят меж собой, как и положено Шариковым. Потому что ничего больше они не умеют и уметь не хотят, только отбирать чужое. Все их бизнес-школы, всемирные банковские сети, вся их поганая «экономическая реальность» — это просто наглая, развёрнутая система для грабежа нормальных людей.
Или не людей. Но в этом смысле твилекки и родианцы ничем особенным не отличаются, разве что работать любят ещё меньше.
Потому что как любить свой труд, если точно знаешь, что его плоды у тебя всё равно отберут такие вот давики?…
Так что за «мандалорские методы» я Кандеруса не осуждал: каждому олигарху полезно иной раз заняться пошивом рукавичек или ощутить холодное дуло бластерной винтовки в собственном упитанном заднем проходе.
Я осуждал Кандеруса совсем за другое.
Ага. Этот самовлюблённый идиот додумался проверить выбитую из Канга информацию. Залез в ГолоСеть и понавводил номера счетов, пароли, идентификационные коды…
Деньги были на месте. Денег было… хоть покупай небольшой флот.
Одна проблема: обращение к сетевым банкам засекли. Если уж на Земле придумали финансовую разведку, было бы странно, если б не придумали в далёкой-далёкой галактике. Теперь Малак знал, что мы на Татуине. И летел в гости.
Я знал это. Я это чувствовал. Там, среди звёзд, в густой чёрной пустоте, на мостике несущегося сквозь гипер «Левиафана», скрестив руки на груди, стоял мой злейший враг, которого я никогда прежде не видел и предпочёл бы не увидеть никогда. И очень скоро он должен был прилететь. Почти как Карлссон, только не такой милый. И не за тефтельками.