Ябеда

Хайес Саманта

— Держимся из последних сил, — вздохнула Лора и надолго приложилась к бокалу. — На прошлой неделе были на первой консультации. Мой любезный супруг выскочил вон, не дождавшись окончания. Разобиделся на консультанта, когда тот посоветовал ему обратиться за помощью по поводу вспышек гнева. А перед тем я прозрачно намекнула, что у Тома кто-то есть, так что слова консультанта стали последней каплей. — Она скорчила гримасу. Перед Ниной сидела совсем не та подтянутая и уверенная в себе Лора, какую она знала; сейчас уголки рта опустились, глаза в мелкой сеточке

морщин потускнели. — Все указывает на другую женщину.

— Ох, подруга…

Нина коснулась ее руки, но у Лоры влажно заблестели глаза, и она поспешила скрыться в туалете. Когда Нина пришла за ней, та горько рыдала над раковиной. Нина повернула ее к себе и обняла, вытянула из коробки несколько салфеток, утерла заплаканные глаза подруги. А потом без слов, покачивая, прижимала к себе. Десять минут спустя, когда обе вернулись за стол, Лора была спокойна и собранна, словно на собеседовании с будущим начальником.

— Ну? — бодро воскликнула она. — А как твоя работа?

— Набираю обороты. «Чартерхаус» вот-вот примется за съемки. Помнишь, я тебе говорила, у меня с ними контракт? Так вот, первая картина, «Могила», — фильм ужасов. У меня на него почти все время уходит, а ведь я кое-что и в театре делаю. Когда начнутся съемки, придется еще людей нанимать. — Нина оборвала себя и глотнула вина. Какой стыд: у подруги жизнь наперекосяк, а она не в силах сдержать своих восторгов.

— Чудесно! — Лора потянулась через стол и обняла Нину.

Они познакомились, когда Натали и Джози пошли в детский сад, и с тех пор вместе справляли праздники, помогали друг другу с детьми. Нина даже на несколько вечеров одалживала подруге Мика, когда Тома уложили в больницу с коленом, а у Лоры враз забарахлили и стиральная машина, и автомобиль. Семьи дружили, а женщины друг без друга жить не могли.

— А как поживает злобный шеф? — хихикнула Нина. Она знала, что Лора, несмотря ни на что, обожает свою работу в банке. — Сознайся, ты без него со скуки помрешь.

— Скажем так: на покой еще не удалился. И как всегда придирается. В прошлый понедельник в отдел взяли новую помощницу. Предполагалось, что отныне я смогу нормально обедать, даже время от времени брать один-два выходных. — Лора скорбно покачала головой. — К среде бедняжка уволилась.

Нина рассмеялась:

— Он никогда не переменится.

— Как и Том, — вздохнула Лора. — Казалось бы, при таком богатом опыте общения на работе со всякого рода мерзавцами уж собственного мужа я могла бы раскусить.

— И совсем не обязательно, — возразила Нина, понимая, что это слабое утешение.

Иногда ей было совестно, что, если не считать пустячных размолвок, они с Миком живут душа в душу, как молодожены. Да, оба сетовали на приступы угрюмой хандры у Джози, но в сравнении с проблемами других родителей это были цветочки. Конечно, когда в семье один ребенок, все внимание направлено на него, но они старались не баловать девочку, хотя иной раз Нина говорила Мику, что тот превращает Джози в папенькину дочку.

Много лет подряд они пытались завести второго ребенка —

не вышло. Оба тяжело переживали, но разве можно это сравнить с тем, что выпало на долю Лоры? Стоило им смириться, что их будет всего трое — Нина, Мик и Джози, — и жизнь покатилась своим чередом.

— Все будет хорошо. — Нина на мгновение задумалась. — Знаешь, постарайся сосредоточиться на том, что у тебя есть, а не на том, чего нет.

— Пытаюсь… — Лора провела рукой по лицу. — Мне во многом повезло, но голову даю на отсечение — у Тома есть другая. Он сам не свой. — Лора всхлипнула. — Самое смешное, я уверена: в глубине души он не хочет причинить мне боль.

Нина взяла меню.

— Шоколадный торт — как раз то, что доктор прописал. — Она кивком подозвала официантку. — Две порции.

Нина прекрасно поняла подругу. Она знала Тома почти столько же, сколько и Лору. Да, он способен лгать жене, а заносчивость вполне может довести его до беды. И он куда более замкнут и скрытен, чем Мик, все мысли которого она может прочесть по лицу, по мельчайшим изменениям в поведении.

— Я — пас. Торт не хочу. — Лора одним махом допила вино и криво усмехнулась, со стуком опуская бокал на стол. — Ну-ка, признавайся! Отчего ты у нас такая счастливая? Как это у тебя получается? Вода, что ли, на вашей улице другая?

В первый раз за все время Нина уловила нотки горечи в ее голосе.

— Нет, по-моему, дело…

— Нина, я пошутила! Но будем смотреть на вещи трезво. Возможно, твой счастливый брак — не менее тяжкое бремя, чем мой дерьмовый.

— В каком смысле? — Нина напряглась. Подруга явно перебрала с выпивкой.

— Сама посуди. Случись что — тебе, моя дорогая, падать дольше. Так-то. — Лора встала и пошла за пальто.

Официантка положила перед Ниной счет и топталась поблизости, пока та не заплатила. Потрясенная Нина нагнала подругу на улице. Лора курила, прислонившись к фонарному столбу.

— Мне такое в голову не приходило. — Вытаскивая сигарету из Лориных пальцев, Нина размышляла о том, насколько долго ей придется падать.

Глава 8

Всего несколько дней учебы — и школу захлестывает череда желудочных расстройств. Изолятор полон, а меня посылают за следующей жертвой, которую подкосил недуг.

— Фрэнки, заберите, пожалуйста, Лекси из кабинета информатики. У нее тоже колики, будь они прокляты! — Сильвия записывает температуру очередной болящей. — Вот, пожалуйста, еще одна свалилась!

Я медлю, вбирая в себя ее душевную силу и стойкость. Сильвия не из слабаков, таких женщин и возраст не берет. Надо думать, всю жизнь была сестрой-хозяйкой.

— Да-да, сейчас.

Я мою руки, перестелив новую порцию сбитых простыней, и отправляюсь петлять по коридорам. В кабинет информатики мне заходить еще не доводилось, но знаю, где он находится. «Бедные девочки», — шепчу я.

Сощурившись от яркого света из квадратного окошка двери, я вхожу в класс и тону в теплом сухом воздухе и приглушенном жужжании компьютеров.