Юнга
Шрифт:
— Наверное, кто-то из местных открыл? — предположил Март, разглядывая иероглифы.
— Это китайцы, — поморщился Витька, но возражать против посещения магазина не стал.
Левое крыло двухэтажного кирпичного здания было отдано под торговлю продуктами, справа расположилось царство оружия, как охотничьего, так и вполне боевого. А самый обширный центральный зал оказался без остатка занят разнообразной амуницией со всего света. Впереди, очевидно для рекламы, висели полные комплекты формы французского иностранного легиона, королевского гуркхского
— Что угодно молодым господам? — встретил их привычной уже фразой приказчик.
— Нам бы одежду и обувь подобрать, — задумчиво отозвался Вахрамеев, разглядывая стеллажи и полки.
Содержимое вполне можно было описать словами: есть все, для всех, на любой запрос и вкус, а главное в товарных количествах. Того, что хотел Март, как раз и не наблюдалось.
— Я так понимаю: для охоты или в поход собираетесь? — догадался торговец.
— Вроде того…
— В таком случае начните с обуви, — кивнул работник фирмы «Тифонтай» и стал показывать свой товар.
Сапоги имелись самые разнообразные: высокие и низкие, с каблуком или без, кавалерийские и пехотные. Цвет кожи варьировался от иссиня-черной до светло коричневой или, как выразился бы воспитанник приюта, «детской неожиданности». Разнообразие ботинок было ничуть не меньшим: от легких парусиновых до тяжелых из грубой кожи с медными заклепками и шипами.
— А нет ли с высокими берцами на толстой каучуковой подошве? — остановил поток красноречия приказчика Март.
— Американские? — ничуть не удивился фасону тот. — Как не быть! Хотя, откровенно говоря, спросом не пользуются.
— Ничего, мне не на бал.
— Шутить изволите, — улыбнулся торговец и через минуту нашел-таки в залежах то, о чем просил привередливый клиент. — Извольте.
— Класс! — оценил обновку Вахрамеев и наткнулся на кислую физиономию приятеля.
— Не нравится?
— Да не то, чтобы…, а можно мне вот эти.
Выбранные Кимом ботинки оказались значительно легче и меньше десантных говнодавов товарища, да к тому же не лишены некоторого изящества. В придачу к ним шли блестящие кожаные гетры или голенища, пристегивающиеся сверху и защищающие голень от возможных повреждений.
— Вылитый Попандопуло, — хмыкнул Март, припомнив персонажа из «Свадьбы в Малиновке».
— Кто? — подозрительно осведомился Витька.
— Я говорю: шикарная вещь! — состроил невинную физиономию приятель.
С прочей одеждой получилось примерно так же. Вахрамееву достались легкие брюки прямого кроя и такая же куртка цвета «верде олива», а его товарищу галифе и китель с отложным воротником и накладными карманами.
— Очень модная модель, — доверительно наклонившись к потенциальному клиенту, сообщил приказчик. — Именуется в честь английского генерала Френча. Весьма удобна в полевых условиях и немарка.
— А со шнуром и такими
— Венгерку с бранденбургами? — сразу сообразил, о чем речь торговец. — Найдем…
— Не надо, я пошутил. Лучше дайте нам по паре рубашек защитного и белого цвета.
После одежды они плавно перешли к снаряжению. Разгрузок, к сожалению, в этом времени еще не изобрели, но вместо них нашлись двуплечные портупеи и хорошие кожаные ремни.
— Это зачем? — тихо спросил Витька.
— Чтобы вес снаряжения не только на пояс давил, но и на плечи распределялся.
— Совершенно справедливо, — поддакнул приказчик.
— Скажите, а чехлы или футляры для ружей у вас есть? — обратился к нему Вахрамеев.
— Разумеется. А о каком ружье идет речь? Если не совсем стандартный вариант, то лучше принести и померять.
— Винтовка системы Арисака.
— Со штыком?
— Нет. Примерно такой длины.
— Десантный карабин, — ничуть не удивился работник торговли и тут же принес два чехла коричневого и черного цвета, а также жесткий футляр. — Выбирайте, молодые люди. Но если у вас имеется оптический прицел, я рекомендовал бы все-таки последний вариант. Так будет надежнее.
— Прицела нет, — огорченно вздохнул Ким.
— А у нас есть!
Последними штрихами стали белые и темные шейные платки и головные уборы. Март, как водится, выбрал полевое кепи, напоминающее знаменитый головной убор пламенного Фиделя. Витьку же с трудом удалось убедить не брать фуражку с высокой тульей а-ля Пиночет, а ограничиться обычной. По идее, следовало еще прикупить каких-нибудь консервов, но Вахрамеев пока что решил ограничиться парой плиток швейцарского шоколада.
— Красота-то какая! — оценил их внешний вид после покупок Март. — Лепота! Милитари стайл, понимаешь, а-ля натюрель…
— Чего? — подозрительно посмотрел на него Ким.
— Я говорю, бравый у нас вид. Вот увидишь, все девки наши!
— Скажешь тоже.
— Ну, или одна из них. Маленькая, шустрая и глазастая.
— Ты о чем?
— Не о чем а, о ком. Пошли в больничку, горе мое, стажерку проведывать.
Когда они расставались, Таня еще не успела прийти в себя, и ее сразу же увезли в центральный военный госпиталь Пхеньяна. Врачи в нем, по большей части, были русскими, сестры милосердия и средний персонал делились пополам, а вот санитарами в основном — подданные королевства Чосон.
— Вам кого, господа? — встретил их на входе часовой, немного шокированный внешним видом Кима.
— Сюда привезли нашу подругу после ранения.
— А как фамилия?
— Не знаю, — озадаченно посмотрел на товарища Витька.
— Видите ли, — выступил вперед Мартемьян, незаметно скользнув в «сферу». — Ее привезли из Сокчо. Она стажерка из тамошнего аэропорта.
— Ах, вот оно в чем дело! — радостно, как старым знакомым, улыбнулся привратник. — Эта девушка лежит в правом крыле в четырнадцатой палате. Поторопитесь.