Юнга
Шрифт:
– Это да, – поразмыслив, согласился Ким. – В таком виде нас в лазарет точно не пустят.
До сети «Военторг» для снабжения военнослужащих Российской императорской армии еще не додумались, но ее с успехом заменяли разного рода «экономические лавки» и маркитанты. Разумеется, имелись таковые и в славном городе Пхеньяне. Одна из них, под гордым названием «Товарищество Тифонтай и сын», находилась аккурат неподалеку от дома, где остановились друзья. По сути, это был большой универсальный магазин, где всякий желающий мог приобрести все что душе
– Наверное, кто-то из местных открыл? – предположил Март, разглядывая иероглифы.
– Это китайцы, – поморщился Витька, но возражать против посещения магазина не стал.
Левое крыло двухэтажного кирпичного здания было отдано под торговлю продуктами, справа расположилось царство оружия, как охотничьего, так и вполне боевого. А самый обширный центральный зал оказался без остатка занят разнообразной амуницией со всего света. Впереди, очевидно для рекламы, висели полные комплекты формы французского легионера, королевского гуркхского стрелка и почему-то русского лейб-кирасира, а за ними предметы одежды и снаряжения для практически всех армий, которые только могли встретиться в Юго-Восточной Азии, Северной и Латинской Америке.
– Что угодно молодым господам? – встретил их привычной уже фразой приказчик.
– Нам бы одежду и обувь подобрать, – задумчиво отозвался Вахрамеев, разглядывая стеллажи и полки.
Содержимое вполне можно было описать словами: есть все, для всех, на любой запрос и вкус, а главное – в товарных количествах. Того, что хотел Март, как раз и не наблюдалось.
– Я так понимаю: для охоты или в поход собираетесь? – догадался торговец.
– Вроде того…
– В таком случае начните с обуви, – кивнул работник фирмы «Тифонтай» и стал показывать свой товар.
Сапоги имелись самые разнообразные: высокие и низкие, с каблуком или без, кавалерийские и пехотные. Цвет кожи варьировался от иссиня-черной до светло-коричневой или, как выразился бы воспитанник приюта, «детской неожиданности». Разнообразие ботинок было ничуть не меньшим: от легких парусиновых и до тяжелых из грубой кожи с медными заклепками и шипами.
– А нет ли с высокими берцами на толстой каучуковой подошве? – остановил поток красноречия приказчика Март.
– Американские? – ничуть не удивился фасону тот. – Как не быть! Хотя, откровенно говоря, спросом не пользуются.
– Ничего, мне не на бал.
– Шутить изволите, – улыбнулся торговец и через минуту нашел-таки в залежах то, о чем просил привередливый клиент. – Извольте.
– Класс! – оценил обновку Вахрамеев и наткнулся на кислую физиономию приятеля.
– Не нравится?
– Да не то чтобы… а можно мне вот эти.
Выбранные Кимом ботинки оказались значительно легче и меньше десантных говнодавов товарища, да к тому же не лишены некоторого изящества. В придачу к ним шли блестящие кожаные гетры или голенища, пристегивающиеся сверху и защищающие голень от возможных повреждений.
– Вылитый Попандопуло, –
– Кто? – подозрительно осведомился Витька.
– Я говорю: шикарная вещь! – состроил невинную физиономию приятель.
С прочей одеждой получилось примерно так же. Вахрамееву достались легкие брюки прямого кроя и такая же куртка цвета «верде олива», а его товарищу – галифе и китель с отложным воротником и накладными карманами.
– Очень модная модель, – доверительно наклонившись к потенциальному клиенту, сообщил приказчик. – Именуется в честь английского генерала Френча. Весьма удобна в полевых условиях и не марка.
– А со шнуром и такими бубонами нет? – не без яда в голосе поинтересовался Март.
– Венгерка с бранденбургами? – сразу сообразил, о чем речь, торговец. – Найдем…
– Не надо, я пошутил. Лучше дайте нам по паре рубашек защитного и белого цвета.
После одежды они плавно перешли к снаряжению. Разгрузок, к сожалению, в этом времени еще не изобрели, но вместо них нашлись двуплечные портупеи и хорошие кожаные ремни.
– Это зачем? – тихо спросил Витька.
– Чтобы вес снаряжения не только на пояс давил, но и на плечи распределялся.
– Совершенно справедливо, – поддакнул приказчик.
– Скажите, а чехлы или футляры для ружей у вас есть? – обратился к нему Вахрамеев.
– Разумеется. А о каком ружье идет речь? Если не совсем стандартный вариант, то лучше принести и померить.
– Винтовка системы Арисаки.
– Со штыком?
– Нет. Примерно такой длины.
– Десантный карабин, – ничуть не удивился работник торговли и тут же принес два чехла коричневого и черного цвета, а также жесткий футляр. – Выбирайте, молодые люди. Но если у вас имеется оптический прицел, я рекомендовал бы все-таки последний вариант. Так будет надежнее.
– Прицела нет, – огорченно вздохнул Ким.
– А у нас есть!
Последними штрихами стали белые и темные шейные платки и головные уборы. Март, как водится, выбрал полевое кепи, напоминающее знаменитый головной убор пламенного Фиделя. Витьку же с трудом удалось убедить не брать фуражку с высокой тульей а-ля Пиночет, а ограничиться обычной. По идее, следовало еще прикупить каких-нибудь консервов, но Вахрамеев пока что решил ограничиться парой плиток швейцарского шоколада.
– Красота-то какая! – оценил их внешний вид после покупок Март. – Лепота! Милитари стайл, понимаешь, а-ля натюрель…
– Чего? – подозрительно посмотрел на него Ким.
– Я говорю, бравый у нас вид. Вот увидишь, все девки наши!
– Скажешь тоже.
– Ну или одна из них. Маленькая, шустрая и глазастая.
– Ты о чем?
– Не о чем, а о ком. Пошли в больничку, горе мое, стажерку проведывать.
Когда они расставались, Таня еще не успела прийти в себя, и ее сразу же увезли в центральный военный госпиталь Пхеньяна. Врачи в нем по большей части были русскими, сестры милосердия и средний персонал делились пополам, а вот санитарами – в основном подданные королевства Чосон.