Забвение роз

Романовская Ольга

– Послушайте, Шардаш, не усугубляйте своей вины, - потянулся к заговоренному мечу сержант.

– Стоять, я сказал!

Алисия истошно закричала, когда её подняло в воздух, а из палочки профессора вырвался сноп голубых искр. Адептке повезло: заклинание лишь опалило волосы.

– Ты ошибся, офицер, - покачал головой Шардаш и опустил несчастную жертву на пол. Две другие в это время попытались сбежать, но наткнулись на невидимую стену.
– Дважды ошибся, потому что у оборотней долгая память.

Вместо ответа сержант попытался зайти сзади профессора, но тот вовремя среагировал на манёвр и с невероятной для человека быстротой переместился к двери.

– Стреляйте, уйдёт!
– закричал офицер.

Шардаш издал низкий горловой звук и, обвив магической петлёй, швырнул себе под ноги дрожащих адепток. Пространство перед ними полыхнуло, и визжащие девушки полетели в коридор перемещения. Туда же через мгновение прыгнул Шардаш. Болты пронзили пустоту.

– Упустили!
– сплюнул под ноги сержант.
– Тёмного оборотня упустили! Сколько же противоооборотного зелья налакалась эта тварь, чтобы казаться человеком? Вот что я, Преисподняя, начальству скажу, ротозеи? Он ведь заложниц взял!

Потирая ушибленные головы и спины, солдаты молчали.

11

– Хватит выть!
– зло прошипел Шардаш, в упор уставившись на жавшихся друг к другу адепток.
– Не собираюсь я вами ни обедать, ни убивать. Отпущу потом.

Конечной точкой пространственного переноса оказалась опушка леса где-то в горах. Накрапывал дождь, и девушки мёрзли в тонких школьных платьях. Одно дело - осень в Бонбридже, обдуваемом тёплым ветром с моря, другое - на высоте, посреди деревьев и камней.

Мериам первой пришла в себя и попыталась понять, куда их занесло. По ёлкам, разумеется, не скажешь, но Лаксена - королевство равнинное, только на западе граничит с горной грядой. За ней издавна закрепилась дурная слава. Оно и неудивительно, если по ту сторону раскинулись земли Империи, которую населяли тёмные народы. Зато вдоль гряды, как грибы, выросли различные магические учебные заведения.

– На ноги встали и топаем. Я тащить не собираюсь, - Шардаш стряхнул с рубашки дождевые капли и пробормотал: - Эне жаль, убьют, живодёры!

Мериам решилась взглянуть на профессора и убедилась: змеи нет. А, казалось, держалась крепко...

– А людей вам, значит, не жалко?
– отбивая зубами дрожь, пробормотала адептка, но Шардаш расслышал.

– Каких именно, Ики?

– Тех, которых вы убили. И убьёте, - тихо добавила она.

Шардаш скривился и, не мигая, уставился ей в глаза. Только теперь Мериам заметила, какие странные у него зрачки: узкие, практически ниточки. Но она готова была поклясться, что до этого глаза профессора ничем не отличались от человеческих.

– Не злите меня, Ики, а то в оборотня перекинусь. Зная, что

адепты на уроках ворон ловят, напоминаю, что у тёмных высших разумных существ данного вида три облика: человеческий, зверо-человеческий и звериный. Первые два для вас безопасны, так как действия контролируются разумом, а вот последний... На всякий случай, адептки: никаких резких движений, руки держать на виду и следить за интонацией голоса. Это если не повезёт нарваться на меня в так сказать непривычном облике, - усмехнулся Шардаш.
– Не надейтесь, что вспомню, кто вы. Зверь вас в глаза не видел. А теперь подъём, и вперёд! До темноты нужно пройти две мили.

Профессор шагнул к адепткам. Те в ужасе закрыли глаза.

– Они человечиной питаются, - чуть слышно прошептала Алисия.
– Девочки, кто ещё что о высших разумных помнит? Мериам, у тебя же бабка - оборотница...

– Светлая же...

Мериам приоткрыла один глаз и попыталась раскинуть по окрестностям поисковую сеть. Она верила, что их уже ищут.

– Вокруг только зверьё, - Шардаш легко развеял её чары.
– Связать вас, что ли, чтобы не чаровали за спиной? Руки вытянули.

Двое из трёх подчинились, а Мериам решилась на бой. Пока профессор возился с Инессой и Алисией, она метнулась в ближайшие кусты и, спотыкаясь, понеслась по бурелому. Адептка догадывалась, что Шардаш находится сейчас под действием противооборотного зелья, иначе бы перекинулся в зверя и разорвал белых стражников. Если так, есть шанс вырваться на свободу.

Мериам подвела скользкая глина. Нога поехала, увлекая адептку на землю. Охая, Мериам прокатилась немного вниз по склону и ударилась головой о камень.

– Живая?
– на поросшем ёлочками пригорке показался Шардаш.

Мериам сжалась, приготовившись к смерти. Кажется, она вывихнула ногу, а зачем профессору заложница-обуза?

– Не подходите!
– адептка с трудом приподнялась, пытаясь сфокусироваться на заклинании - той самой острой боли, которую применяла в сложной ситуации.
– Не подходите, я защищаться буду!

Шардаш хмыкнул и осторожно спустился к Мериам. Её тело обволокло чем-то мягким, потянуло в сон. Чары, не успев сорваться с пальцев, развеялись.

Профессор нагнулся к Мериам и, не касаясь, внимательно осмотрел. Адептка тоже не сводила с него взгляда, сжавшись в пружину. Хоть зрачки Шардаша вновь стали обычными, адептка не питала иллюзий. Тёмные твари на то и тёмные, что агрессивны и непредсказуемы. Людей они презирают, если верить книгам. А этот оборотень испробовал вкус крови, он точно не остановится. Её, Мериам, и вовсе щадить не станет: не будь адептки Ики, Тревеусу Шардашу не пришлось бы удариться в бега.

Но Шардаш не убил, а рывком поднял на ноги. Мериам скривилась и тоненько застонала. Лодыжка пылала огнём.