Забвение роз

Романовская Ольга

– Скверно!
– недовольно протянул Шардаш и с лёгкостью перекинул адептку через плечо.
– Что у вас с ногой, выясним на привале, а пока лежите смирно и помалкивайте.

– Как я могу помалкивать, если у вас кольцо с розами на пальце!
– выдохнула Мериам. К глазам так не вовремя подступили слёзы.
– Вы убили десятки человек, планировали свергнуть короля...

– Ики, я серьёзно говорю: помалкивайте!
– огрызнулся Шардаш.

Мериам хлюпнула носом и подчинилась. Её подташнивало, земля плыла перед глазами цветными

пятнами. Рассмотреть практически ничего не удавалось - а как иначе, если висишь вниз головой? Одна радость, что Шардаш не связал и не заставил самой ковылять вверх по склону.

Инесса и Алисия понуро шагали впереди Шардаша, изредка переговариваясь. Хмурый профессор пристально следил за ними, периодически останавливаясь и прислушиваясь. Теперь уже адепток не удивляла ни бесшумность его походки, ни умение знать всё, что твориться в классе: от того, кто что читает, до девичьих секретов на ушко. Органы чувств оборотней иные.

Во время одной из остановок Мериам попросила ненадолго положить её на землю.

– А то меня мутит, - стесняясь, добавила она.

Шардаш задумчиво почесал подбородок и выполнил просьбу. Мериам попыталась благодарно улыбнуться, но вышла болезненная гримаса. Усталые подруги с молчаливого разрешения Шардаша тоже присели. Ноги гудели, а конца пути не видно. Вокруг одни камни, ели, низкий кустарник и пласты глины. Переправляясь через ручей, адептки в довершении всех бед намочили ноги и теперь дрожали от холода: вечера в горах прохладные, а ночь и вовсе мог ударить морозец.

Поцокав языком, Шардаш снял с пленниц чары, позволив размять руки. Затем присел возле Мериам и велел показать ногу. Адептка в ужасе замотала головой.

– Похоже, о том, что я маг, вы уже забыли, - пробурчал Шардаш.
– Нет, если хотите хромать...

– Так недолго же осталось.

– От вас зависит. Ногу, Ики, и без фокусов! Как бы мало вы ни весили, хотелось бы избавиться от такого груза.

Мериам покорно приподняла грязную юбку. Подумав, сама расшнуровала ботинок и в упор уставилась на Шардаша. Тот делал вид, что не понимает, пришлось пояснить:

– Отвернитесь, мэтр, я чулок сниму.

Профессор покачал головой:

– И не подумаю. Как выглядит женская ножка, я знаю.

Инесса тяжко вздохнула, обратив на себя внимание Шардаша:

– Вот видите, от любви вы уже излечились.

Ощупав лодыжку Мериам, профессор вынес вердикт: вывих. Сделав из подручных материалов фиксирующую повязку, Шардаш коснулся её волшебной палочкой. Нога адептки тут же оледенела. Мериам не возражала, понимая, что это часть лечения. Сначала холод и покой, потом горячие компрессы.

Видя, что адептки посинели от холода, Шардаш велел подыматься и прибавить шагу, чтобы согреться. Сам он будто и не мёрз.

Мериам приготовилась снова висеть как куль с мукой, но профессор удивил: взял на руки.

Когда адепткам казалось, что они оголодают и замёрзнут в лесу, Шардаш свернул на

какую-то тропинку. Она вывела к небольшому домику с удобствами во дворе - вещи, давно позабытой в Бонбридже.

– Тут защита, - профессор остановил рванувших к вожделенному крыльцу адепток.

Воздух и, правда, едва заметно искрился. Взмах волшебной палочки, и стена защитной магии опала.

– Добро пожаловать!
– Шардаш сгрузил Мериам на крыльцо, достал ключ из-под половика и вручил адептке.
– Еда, растопка очага и прочее - ваша забота. Ходить можно куда угодно, брать тоже. Попытки сбежать или убить закончатся для вас плачевно. Вернусь через час и надеюсь, - он выделил голосом это слово, - увидеть обед. Ики уложите и не давайте скакать.

И всё, профессор скрылся в лесу. Чувствовалось, что тот знаком ему не понаслышке. Посовещавшись, адептки предположили, что Шардаш здесь родился.

– Никогда ещё не была в жилище оборотня, - прошептала Инесса, открывая набухшую дверь. Она поддалась не с первого раза, пришлось приложить усилия.

Внутри оказалось темно и сыро, но пара магических шаров решила дело.

– Фу, сколько пыли!
– брезгливо протянула Алисия и обернулась к Инессе: - Грязнуля - твой возлюбленный.

Инесса стушевалась, пробормотала что-то невнятное и попросила помочь поднять Мериам. Та заявила, что и сама прекрасно доковыляет, но адептки настаивали, испуганно косясь на стену деревьев. И тут Алисия вспомнила, что, уходя, Шардаш не возобновил защитный контур. Позабыв об усталости, голоде и страхе, она указала на лес, знаками показывая, что другого случая не представится.

– Поблизости ручей. Мы по течению пойдём, к людям выйдем, - шёпотом добавила она.

– А Мериам?
– с укором напомнила Инесса.

Решили, что Алисия отправится на разведку, а адептки подождут её на крыльце, чтобы вовремя сбежать в случае опасности.

Не прошло и десяти минут, как из леса раздался девичий визг. Кричала Алисия. Наступившая потом тишина морозом прошлась по коже. В воздухе запахло розами.

– Он нас проклял...
– в отчаянье прошептала Мериам.

Не сговариваясь, адептки разрыдались, прощаясь с жизнью. Увидев нечто с бездыханной Алисией в когтях, они заорали. Инесса убежала в дом, забившись под лавку, а Мериам только и смогла, что перебраться через порог. Всё тело её ломило, нога и щёки пылали жаром.

Издав низкий вибрирующий рык, полузверь бросил Алисию рядом с Мериам. Адептка в ужасе уставилась на бескровное лицо и раскрытый рот подруги, а потом перевела взгляд на того, кто её принёс. Оборотень, настоящий тёмный оборотень с пылающими алыми глазами в той самой второй разумной ипостаси. Ростом чуть выше Шардаша, но вровень с тем существом, что Мериам видела в 'Бравом петухе'. В разодранной в ходе превращения одежде, с клыками и когтями животного и телом человека. Серебристая шерсть покрывала всё, кроме лица, горла и ладоней.