Загробные миры
Шрифт:
Ресторан в гостинице шикарным определенно не являлся. На потолке висел телевизор, громко вещал спортивный канал. Дарси скользнула на виниловое сиденье в кабинке, и оно пискнуло, будто детеныш тюленя. Меню состояло из блюд с претенциозными и однотипными названиями, вроде «Международного сырного впечатления». Как заметил Стэндерсон, данная фраза была более чем наполовину хайку. [93]
После того как они заказали самую нежирную еду, он спросил:
– Кто-нибудь из вас раньше наносил визиты
93
Хайку (хокку) – (буквально – начальные стихи) японское трехстишие, состоящее из двух опоясывающих пятисложных стихов и одного семисложного посередине. Основным содержанием хокку является пейзажная лирика.
Имоджен рассмеялась.
– Не думала, что снова там окажусь, а Дарси только-только оттуда.
– Преклоняюсь перед вами обеими.
– Как бы сильно мне ни нравилась похвала, я до сих пор сержусь, что вы заставили меня добровольно взвалить на себя выступления, – сказала Дарси.
Стэндерсон поднял руки.
– Это проделки твоего рекламщика! Ты думаешь, она случайно послала библиотекарю мейл?
– Я с таким же успехом могу злиться на вас обоих, – усмехнулась Дарси. – Но на сцене было по-своему весело. Мне понравилась борьба из-за элементов истории.
– Потому что ты выиграла, – заявил Стэндерсон.
Дарси фыркнула.
– Вам досталось больше аплодисментов.
– Никто не выиграл, – подытожила Имоджен. – Победа не отошла сценарию, персонажу или конфликту. Интрига вертится вокруг места действия.
Дарси и Стэндерсон уставились на нее.
– Средняя школа, – объяснила Имоджен. – Где еще взаимосвязанные, взаимозависимые элементы рассказа будут превращены в противников, когда на практике они помогают друг другу создать гармоничное целое?
Дарси пожала плечами.
– В каждом любовном треугольнике?..
– Вы обе обосновали свою точку зрения, – произнес Стэндерсон. – Дарси, тебе стоит продолжить вместе с нами выступать на школьных мероприятиях. Нет лучшего исследования, чем непосредственный контакт с нашей клиентурой.
Имоджен рассмеялась.
– Недавно Дарси сама была нашей клиентурой.
Дарси не придала значения ее словам и поинтересовалась:
– Какой вопрос из тех, что вам задавали, был хуже всего?
Стэндерсон на миг задумался и театрально проговорил тоном обреченного на смерть:
– Где вы берете свои идеи?
– Отличный вопрос для Дарси! – воскликнула Имоджен. – Она их крадет.
– Неправда!
– Как насчет моей сцены в шкафу?
Дарси потупилась, ее щеки начинали гореть.
– Просто случайность.
– Неприятности в раю для подростковых авторов? – осведомился Стэндерсон, блестя глазами. – Выкладывайте мне все как на духу.
– Разве мы обязаны? – взмолилась Дарси.
– Да, – подтвердила Имоджен и повернулась к Стэндерсону. – Итак, «Пиромантка» – первая книга в трилогии, верно?
Он кивнул.
– Пока она потрясающая.
– Спасибо… – Имоджен опьянела от похвалы, но сумела продолжить. –
– Вместо огня в нем будут фобии. Главная героиня боится закрытых пространств, и предполагалось, что книга откроется тем, как ее заперли в шкафу. Великолепно, не так ли? Но я поделилась идеей с моей подружкой, – Имоджен щелкнула Дарси по плечу. – Она заново переписала одну из своих сцен, и теперь ее героиня не может выйти из шкафа, да еще и паникует в довершение из-за клаустрофобии!
– Это совпадение! – возразила Дарси.
– Я думал, ты имела в виду чистую случайность, – сказал Стэндерсон.
– И то, и другое! Совпадение потому, что я уже распиналась о том, какой шикарный шкаф у папы Лиззи, а Минди предпочитает прятаться в шкафах! Именно поэтому я им и воспользовалась. Но я писала по наитию и ничего толком не осознавала. Так что случайность тоже имеет место! Вдобавок, Джен, ты сама говорила, что это лучше, чем первая версия, где старик появляется из ниоткуда и умыкает Минди.
– Точно, – согласилась Имоджен. – Но сцену придумала я!
– Но твоя новая сцена идеальна! – Дарси посмотрела на Стэндерсона. – Ее героиню запирают в багажнике машины! Намного страшнее, да?
Имоджен не стала спорить и оторвала крошечный кусочек от салфетки под столовым прибором.
– Мы частенько воруем, – примирительно произнес Стэндерсон. – Секрет в том, чтобы красть у обычных людей, а не других писателей-романистов.
Имоджен смягчилась.
– Моя первая девушка была пироманкой, а я не могу припомнить и половины строк, которые у нее похитила.
– Ариэль была реальной? – Стэндерсон с интересом наклонился вперед. – Просвети-ка меня.
И они с Имоджен погрузились в разговор об Имоджен Уайт, «Пиромантке» и точках соприкосновения между реальностью и выдумкой. Вскоре они жарко спорили о персонаже и сюжете и даже успели набросать план их будущего выступления на мероприятии в книжном магазине.
Дарси забилась в угол кабинки, довольная возможностью послушать. Но кожа горела от позора с украденной сценой. Идея со шкафом безупречно подошла для похищения Минди, и написать ее было легко. Лишь прочитав отрывок Имоджен вслух, она сообразила, что позаимствовала все у подруги.
Может, такова цена любви: ты перестаешь понимать, где кончается другой человек и начинаешься ты.
Вечернее мероприятие должно было состояться в центре города, в маленьком двухуровневом здании. Когда Дарси, Имоджен и Стэндерсон приехали к магазинчику, внутри уже собралась целая толпа. Первый этаж был битком забит посетителями, а этажом выше расположились дети – они маячили над маленькой сценой, свесив ноги между балконных перил.
Менеджер не хотела беспорядков из-за приезда Стэндерсона и ждала их снаружи, чтобы провести вокруг здания к черному входу. Однако Имоджен настояла на том, чтобы воспользоваться парадной дверью. Естественно, никто не узнал ни ее, ни Дарси, и они свободно бродили по магазину и наблюдали за окружающими.