Заноза
Шрифт:
— Я — мррзин. — Ответило существо.
— Зовут-то тебя как? — усмехнулся сержант. — Меня вот зовут Кот. А тебя?
Существо… вернее — мррзин, снова закашляло.
— Можешь называть меня Mppгaрх, полное имя все равно не выговоришь.
— И что ты тут делаешь? — спросил Кот.
— Жду, — ответил Mppгaрх, — а ты?
— А я просто сижу.
Несколько минут прошли в молчании. Мррзин щурился на яркое солнце, неодобрительно посматривая на собравшуюся в отдалении толпу людей. Сержант же просто сидел, пытаясь вновь поймать то состояние, в котором стала просыпаться память. Вот сейчас… сейчас…
— Так все же что
— Хозяин? — отстраненно переспросил сержант. — Ты раб, что ли?
— Нет! — взъерошился мррзин. — Я на контракте!
— Какой же это контракт, если у тебя есть хозяин? — недовольно переспросил сержант.
Мррзин своим вопросом снова сбил его с настроя, отчего появилось легкое раздражение.
— Х-х-хозяин… — раздраженно прошипел мррзин. — Хозяин — это хозяин контракта!
— А-а-а… Ну, тогда ладно. — Ответил сержант, снова отстраняясь от окружающего мира.
Успокоившись, мррзин полностью запрыгнул на скамью и развалился, греясь на жарком солнце. Постепенно он вытягивался все больше и больше, пока не уткнулся лобастой головой в бедро Кота. Места на скамье было мало, и мррзин несколько раз нагло боднул человека, побуждая его сдвинуться дальше. Вместо этого сержант отстраненно положил руку на шею мррзина и… начал его почесывать. Легкими касаниями он чесал огромного кота за ушами, теребил шерсть на загривке, то взъерошивая, то приглаживая ее обратно. Сам того не заметив, мррзин впал в транс.
34
В мысли витавшего где-то в вышине сержанта мягко вклинился кто-то другой. Этот чужак похозяйски прошелся по всем закоулкам памяти и выбрал самое для него уютное место, чтобы угнездиться. Странно, но опасений он не вызывал, органично занявши место чего-то полностью привычного, хотя и напрочь забытого.
— Ты напр-хр-pxр-ряжен… Почему? — промурчал чужак.
Как ни странно, но Кот воспринял чужой голос, раздавшийся в его голове, как нечто само собой разумеющееся, хоть и немного непривычное.
— Да вот… — И сержант открыл весь пласт своих переживаний.
Он открыл все. От тревоги за себя, за свое здоровье и потерянную память, до разочарования государством, которому он служил. От мутных, туманных воспоминаний до реалий гражданской жизни в Федерации, которой он совершенно, оказывается, не знал. От происшествия со стариком-пилотом орбитального челнока до недавней ситуации с Камилой, которой он сначала не поверил, отчего в душе появилась смесь разочарования и горечи от едва не совершенной ошибки. Ведь если бы он не решил проверить, а просто бы вызвал полицию, то…
— Архр-хыр-хр-р-р! — едва не подавился чужак.
— Вот… как-то оно так, — бросил ленивую мысль Кот. — А ты спрашиваешь, отчего я напряжен.
— Оно… хр-р-р… так, — появилась чужая мысль. — А мне кX-р-р-ра-как?
На Кота обрушились чужие переживания. От опасений за прайд-семью, для выживания которой пришлось пойти на бессрочный контракт, хотя их прайд до поражения главы-отца считался одним из продолжателей рода, до сомнений в правильности жизни и политики Отца-Искателя, позволившего свершиться подобной несправедливости. От раздражения хозяином-работодателем, хоть
Поток сознания оказался настолько чужд, что сержанта буквально выбило в реальность! Открыв глаза он ошалело уставился в подернутые легкими облачками небеса.
— Хр-р-р… Хр-р-р… Хыр-р-хр-ррр, — раздавалось совсем рядом.
— Кошак… Здоровый, чертяка! — промелькнула мысль во все еще затуманенном мозгу сержанта. — Породистый. Сбежал? Или выкинули? Сволочи…
— Смотри! Смотри! — раздался возглас откуда-то сбоку. — Во дает!!!
Кот лениво скосил глаза на источник звука. Люди… Толпа людей. Все в стандартных комбезах рядового и сержантского состава. Что они, котов, что ли, не видели? Стоп! Флот Федерации — десантное подразделение — бои — навязанный начальством отпуск и курорт! Осознание реальности окончательно вбило сержанта в эту самую реальность.
Осторожно подняв руку, он с удивлением посмотрел на здоровенное мохнатое тело, разлегшееся у него под боком. В ответ на него ошалело уставились золотистые глаза, разделенные трещинами сузившихся вертикальных зрачков. Мррзин! Неожиданный испуг, вкупе с недоумением, током ударили по нервам!
— Ар-р-хрр-ршшш! — тоже, видимо, от неожиданности, взревел мррзин, гибко изогнувшись и резко встав в боевую стойку. — Ахррра! — и ударил по сержанту моментально появившимися когтями.
Но Кота уже не было на том месте, куда пришелся удар. Подстегнутый нервной встряской он мгновением раньше кубарем скатился со скамьи и бросился прочь!
Мррзин его не преследовал. Тренированные полицейские, привлеченные скоплением народа и пробившиеся в первые ряды зрителей, при первых признаках угрозы слаженно взмахнули выставленными на полную мощность дубинками-разрядниками, наставив их на представителя другой расы и бубня формулы вызова подкреплений. Замерев в боевой стойке и раздраженно дергая хвостом, мррзин остался на месте, осознавая произошедшее.
35
Олесь, мужчина совершенно невзрачного и незапоминающегося вида, с ухмылкой смотрел в окно номера на суету вокруг найденного в бассейне тела. Раздобревший на хорошем питании коммандер, суетившийся и размахивавший руками перед собравшейся рядом с ним кучкой людей, что-то визгливо кричал. Олесь прислушался к доносившимся из открытого окна звукам, активировав имплантат — звуковой усилитель.
— Отставить! Я приказываю вам! Отставить! — кричал коммандер.
— Отставить что, господин коммандер? — переспросили его из кучки людей.
— Отставить умирать в зоне моей ответственности! Что это такое, а? Из вашей группы за два дня уже три трупа! Три! За два дня! — от распиравших его чувств побагровевший коммандер, казалось, сейчас лопнет. — Один отравился, другой упал с лестницы и свернул себе шею, а вот этот утонул! И реанимация никому не смогла помочь! Умерли окончательно до появления медиков! И все в пьяном виде! Отставить, я сказал!