Заноза
Шрифт:
— Как будто мы специально помираем тут…
— А я откуда знаю? Как я могу быть в этом уверен? А вдруг специально!? — надрывался Коммандер. — Может это происки моих недоброжелателей и вы согласились на их предложение? Может вы вообще эти, как их, клонеры?
— Ага… и имея такие деньги чахнем тут по флотской разнарядке. — буркнул кто-то.
Полноценный клон, выращенный в лабораториях Центральных Миров, которому на нейросеть "заливались" записанные личность и информация из памяти заказчика, стоил поистине несусветных денег.
Активированный направленный усилитель на таком расстоянии позволял Олесю
— Да вы хоть знаете, сколько мне пришлось отдать за это место?! — громко кричавший коммандер на мгновение осекся, поняв, что в горячке сболтнул лишнего, но моментально взял себя в руки и продолжил. — В общем так! Я вам приказываю! Больше ни одного несчастного случая! Вы меня поняли? Хоть ходите друг за другом гуськом! Хоть спите все в одном номере! Но чтобы больше ни один из вас!! Ни один!!! Ясно?
— Господин Коммандер, а почему бы вам не приказать владельцу гостиницы закупать более качественное пойло, обновить напольное покрытие на лестницах и поставить новый контроллер в бассейне? — подал голос сержант, мрачно слушавший крикливого начальника.
— Потому, что этот хозяин вне моей юрисдикции! — еще больше побагровел коммандер. — Он частный владелец, и я не имею права ему приказывать! А вот за вас я, как комендант, отвечаю! И вы в моем, хоть и временном, подчинении! А поэтому приказываю, ни один больше! Ясно?
— Так точно, господин коммандер, — ответил мрачный сержант.
Олесь активировал еще и зрительный усилитель.
Ага… А вот как раз на этого сержантика был отдельный "заказ"!
Несколько дней назад Олеся, обычного сотрудника службы контрразведки, вызвал к себе большой начальник, штаб-коммандер Бент Ас Фолт, и напрямую задал ему скользкий вопрос.
— Есть задание. Мне нужен подготовленный человек, умеющий держать язык за зубами и не задающий лишних вопросов. Ты мне подходишь. После выполнения задания… хм… различные преференции. Согласен? — спросил он.
— Да, — не раздумывая кивнул Олесь.
Такой шанс мог представиться единожды в жизни и терять его было глупо. Явно "дерьмовое дело", но это Олеся давно уже не пугало.
— Хорошо. Информация закрытая. На отдых отправилась группа техников, летишь вслед за ними. Ни один не должен добраться до нового места службы. Все подробности в файле. — Начальник вроде бы немного замялся. — Как ты это сделаешь — твое дело. Вопросы есть?
— Есть, господин шта-коммандер, — ответил тогда Олесь. — Что-то еще? Отдельные пожелания?
— Вижу, не забыл еще полевую работу. — Ухмыльнулся штаб-коммандер. — Есть пожелания. Вот этого, — Бент отправил еще один, совсем небольшой, файл, — этого — особо мерзко.
— Будет сделано! — щелкнул каблуками Олесь.
— Все, иди. — Отпустил его Ас Фолт.
Олесь тогда, едва выйдя из кабинета начальника и бегло просмотрев файл с "особым клиентом," ухмыльнулся. Сержант… про которого уже пошли настоящие легенды среди все видящих
А вот теперь этот самый сержант смотрел на продолжавшего кричать на берегу бассейна коменданта.
— Так… так… хм, — задумался Олесь. — O! Есть один контакт. Надо бы проработать.
Насколько он знал, где-то здесь обитали сектанты. Никого открыто не взрывали, никого явно не травили, никогда не делали громких заявлений и избегали выдвигать какие-либо требования, и поэтому вовсю пользовались благосклонностью администрации. Однако, именно на этом курорте люди иногда пропадали, причем некоторых из пропавших находили потом "в весьма неприглядном виде". Это, на взгляд Олеся, и должно было стать тем самым "особо мерзким способом", который и желал бы видеть его начальник.
36
— Ом-м-мани-м-мо-о-о-рн! Ом-м-мани-м-мо-о-рн! — снова слаженно и стройно выводил хор мужских голосов. — Ом-м-мани-м-мо-о-о-pн!
Люди в бесформенных балахонах и широких капюшонах, скрывавших лица, опять сидели на своих табуретках, как ломами, орудуя жезлами.
В зал снова ввели человека с завязанными глазами и скованными силовыми наручниками руками. Человека, облаченного во флотский комбинезон, на этот раз вели аж четверо "балахонистых", клацавших по полу подошвами экзоскелетов. На этот раз жертва, как это ни странно, оказалась почти не одурманена, как все предыдущие, и периодически пыталась вырваться, невзирая на силовые ленты и оставляющие ожоги дубинки-разрядники.
Впрочем, собравшимся здесь сектантам было все равно. Они делали свою работу.
— Морн! Ом! Морн! Ом! Морн! — плавный речитатив перетек в отрывистые выдохи-выкрики, звучавшие в рваном ритме.
— Цок! Цок! Цок! — резко звучали шаги конвоиров.
Мерцание в середине зала становилось все сильнее, а выкрики "ом-морн" раздавались все чаще.
— Черт! — жертва, издавшая непонятное ругательство, хитро изогнулась и дернулась, не желая идти на заклание как баран.
Левый конвоир, немного неповоротливый из-за запаздывания разболтавшегося сервопривода, был вынужден развернуться всем корпусом и слегка шагнуть в сторону, блокируя очередную, вновь неудачную, попытку бегства. Случайно задев ногой табурет одного из сидящих, конвоир вывел того из искусственного транса, заставив на полсекунды запоздать с выкриком и втыканием своего жезла в пол, и на те же полсекунды замедлилось рассчитанное заранее продвижение жертвы к порталу.
Впрочем, замешкавшийся сектант не стал афишировать свою ошибку, а просто замер, как и все остальные, на своем месте. Глядя на развернувшееся действо во все глаза. Обычно-то он впадал в транс еще на выходе из раздевалки и приходил в себя уже на выходе из этого зала. Как и все остальные. В их памяти оставалось только то, что они участвовали в ритуале и то, что говорил Верховный: принята жертва или нет. А вот сейчас появилась возможность все увидеть, и потом высокомерно намекнуть всем прочим, что он знает, что происходит, а поэтому стоит на более высокой ступени посвящения, и, возможно, чем Спящие не шутят, Верховный заметит его и действительно поднимет на верхнюю ступень, поставив рядом с собой!