Заноза
Шрифт:
События последних часов слились для Кота в череду едва связанных между собой картинок.
Вот он состальными парнями сидит в баре, поднимая рюмки крепких напитков в память погибших товарищей. Медмодуль только мешает, не давая даже захмелеть, поэтому его надо отключить! Вот он вышел прогуляться, проветрить голову… неожиданный укол и провал в памяти. Вот его, уже скованного силовыми наручниками, выгружают из багажного отсека флаера. Мозг как будто залит киселем, перед глазами все плывет, предупредительно моргает значок отсутствия
— Вырубай глушилку, надо главному доложить! — слышится чей-то голос.
— Ага, сейчас… Xшары! Он очнулся! — отвечает другой.
— Не может быть! Мы же в него ударную дозу вогнали!
— Сам смотри! Думаешь, диагност ошибся?
— М-да… Ну так вколи еще! Мне связь нужна!
Укол — и снова темнота.
Запустившийся медицинский модуль ABAT, интегрированный в печень сержанта, старался вовсю, но все никак не мог перебороть ту дрянь, которой было накачано тело Кота.
Вот он в каком-то каменном мешке, куда его, бессознательного, бросили. Цок-цок-цок-цок! Именно эти резкие звуки заставили сержанта очнуться. Дверь распахивается, в глаза бьет нестерпимо яркий свет. Ватной рукой он вяло пытается прикрыть глаза.
— Смотри, крепкий какой! Сам очнулся! Я думал, надо будет нейтрализатор колоть! — послышался голос.
— Может вместо нейтрализатора дури добавить надо? — ответил другой.
Голоса были смутно знакомы.
— Не, Сенек, не стоит. Загнется еще от передоза!
— Идиот! Я тебе говорил не называть меня по имени!
— Да тут нет никого!
— А этот?
— Да этот просто расходник! Сам знаешь — если уже два раза не вышло, то и в третий раз только уголь останется!
— Да. Но ты все равно идиот. Ладно, давай, надо поднять "добровольца"!
— Сам встанет. Ну, ты! Вставай, раз очухался!
Легкий тычок ногой, усиленный экзоскелетом, превратился в полновесный пинок, едва не сломавший ребра сержанта и отправивший того в короткий полет, окончившийся на каменной стене.
— Темка, придурок! Осторожней! — вырвалось у одного из похитителей.
— Что ты там насчет имен говорил? — проворчал второй. — Ничего ему не будет, видишь, крепкий какой!
Резкая боль разогнала мутную пелену перед глазами сержанта, более-менее приведя его в чувство. Поднявшись, он оттолкнулся от стены и бросился в атаку. Резкий удар в лоб, сопровождавшийся электроразрядом, едва вновь не выбил сознание.
— Не сопротивляйся, дурень! — ласково произнес склонившийся над безвольным телом человек. — Ты ведь не хочешь лишних мучений?
Тяжело ворочая едва привыкшими к свету глазами, Кот осмотрелся. Похитители были наряжены в просторные балахоны, однако глубокие капюшоны были откинуты, открывая взору радостно улыбающиеся лица. Слова доносились как сквозь толстый слой ваты.
— Ты ведь хороший мальчик, да? — продолжал увещевать склонившийся. — Пойдешь туда, куда скажут, да? Ты ведь не доставишь нам неприятностей, да?
— Я… —
Человек в балахоне отреагировать не успел, но пальцы сержанта больно врезались на жесткую броню наколенника. Так совпало, что дернувшийся от неожиданности конвоир от легкого толчка потерял равновесие и стал опрокидываться, растопырив руки и цепляясь пальцами за неровные стены.
— Xшары! — выругался второй, шагнув в узилище и сильно ударив дубинкой-разрядником попытавшегося подняться сержанта.
— В дыру всех! — вторил ему первый, раскорячившийся, словно вывернутая звезда, но так окончательно и не упавший.
Наконец блок управления экзоскелета смог поймать равновесие и поднял потерявшего устойчивость человека на ноги.
— Крепкий попался, падаль! — скривил рожу первый.
— Ну так, — согласно отозвался второй. — Что делать будем? Слишком долго возимся! Его уже вести пора, а он валяется почти без сознания. Не нести же нам его!
— Аптечка с собой? — деловито спросил первый. — Кольни слегка. В чувство хоть придет.
Приложенная к предплечью полевая аптечка мигнула индикатором и в быстром темпе возила в руку сержанта несколько игл.
— Э! Ты что делаешь! Убирай быстро! — дернулся первый.
— Xшары! — понял свою оплошность второй, отдернув прибор. — А-а-а… Хрен с ним! Все равно не успеет полностью оклематься!
— Ты всегда, что ли, военную с собой таскаешь? — поинтересовался первый.
— Угу! — ответил второй. — Сам знаешь какое у нее быстродействие. А в нашем деле секунды могут решить все!
— Да-а-а, — глядя на снова пришедшего в себя сержанта протянул первый. — Давай, заковывай!
Bздернув Кота на ноги и замкнув заведенные за спину руки в силовые оковы, конвоиры выставили его за дверь. То ли помогла военная аптечка, то ли ABAT научился справляться с гулявшей в крови дрянью, то ли произошло наложение одного на другое, но сержант чувствовал себя все лучше и лучше. Ощущение, что все слышно через вату, видно через пелену, а двигаешься словно в густом желе, ежесекундно уменьшалось. Кот снова начал упираться, все более осознанно пытаясь сопротивляться.
— Ишь, резвый какой! — заметил первый — Не доведем так.
— Вызывай еще кого-нибудь. Не глушить же его постоянно! — ответил второй.
Сердце неровными толчками гоняло кровь, адреналин зашкаливал, разгоняя муть перед глазами. Хоть силовые наручники и считались сверхнадежными, но Кот все равно пытался освободиться! Рывок. Рывок! Еще рывок!
Чуть сильнее, чуть медленнее, чуть резче. Каждая попытка отзывалась болью в запястьях и слабыми электроразрядами. Раз! Еще раз! Еще раз! Если слегка повернуть левую руку и нажать с проворотом то, вроде бы, давление становится чуть меньше, а браслеты начинают жалить микроразрядами.