Заповедник
Шрифт:
Самому старпому выбраться из холодильника стоило больших трудов. Он лез, как медведь из берлоги. Доктор выпал на траву, словно куль с мукой. За ним выбрался Сумароков. Заплаканный, с огромным синяком в половину лица. Яловега с трудом отодрался от тел инопланетян, к которым он примерз, зыркнул на Делакорнова злобно и побрел к горящему куску пластика. Присел у огня и протянул над ним ладони.
Антон постоял некоторое время возле холодильника и пошел к ручью. За ним двинулись Инна и Кияшов.
Инна,
– Ой Джакат… И не обгорел совсем. Жаль только, Евграф Кондратьевич его пришиб… Может быть, он знал здешние места…
– Ты не сболтни кому, что это я его трубой приложил, – отозвался Кияшов. – При аварии разбился. И все тут. А сам героем был, нам вот помог. Это в том случае, если мы попадем к хвостатым. А если к паукам – посмотрим. Тоже лишнего болтать не надо, я думаю…
– А мы обязательно к кому-то попадем? – вздохнула Инна.
– Да уж, вряд ли обойдется без этого. Посадку модуля, скорее всего, засекли. Скоро спасатели к нам нагрянут. Или каратели. Тут уж одно из двух. Судя по нашей удачливости, стоит ждать карателей.
– Да, что они здесь обнаружат… – вздохнул Антон. – Жуткое зрелище!
– Надо бы Байрама похоронить, – хмуро проговорил Кияшов. – Чтобы его хоть не препарировали. Только вот в себя придем. А с остальными пускай местные разбираются.
Делакорнов вспомнил, как вцепился в мертвого разведчика, и вздрогнул. Как знать, если бы не тело Байрама, может, он разбился бы насмерть. Последняя помощь друга…
– Если что – аурелианин сам расшибся. При посадке! – крикнул слегка отогревшийся Яловега. – Во избежание недоразумений…
– Ну да, – хмыкнул Кияшов. – Уже обсудили. Это если нас найдут его сородичи. А если ретлианцы – может, лучше рассказать, как все было на самим деле? Говорят же, враги наших врагов – наши друзья. Прикинемся паучьими корешками…
– Давайте лучше уйдем в лес, – предложила Инна. – Подальше отсюда. Нас, может, и искать не будут. Кто знает, что мы уцелели? Ни с хвостатыми, ни с их врагами мне не хочется иметь дела после всего, что произошло.
– В джунглях мы уже были, – ответил Антон. – Мне там не понравилось. Хотя выжить там, наверное, можно. Если вести себя разумно. В прошлый раз нападение на нас было спланировано. А если мы не будем никого трогать – то и до нас доберутся не скоро.
– Разумно вроде бы, – решил Кияшов. – У меня как будто сейчас в голове прояснилось. Я только теперь понял, что у меня раньше в мозгу гул стоял, словно радиопомехи. Они вроде как есть. А вроде как и нет их. А если выключишь – сразу чувствуется.
– У меня то же самое, – подтвердил Сумароков, трогая синяк под глазом. – А сейчас хорошо так стало…
Он быстро догнал спускающихся к реке людей. Один Михаил Соломонович
– Ты уж извини, Николай, – примирительно произнес Кияшов, – я тебя локтем в холодильнике случайно двинул.
– Ага, все тридцать четыре раза, – захохотал Яловега.
– Ничего, Евграф Кондратьевич, я же понимаю, – сказал Коля. – Вы о нашем спасении заботились…
Вода в ручье была вкусной и прохладной. И пусть поток нес мелкие песчинки и кусочки травы – никто не обращал на это внимания.
Инна вымыла обожженное лицо, вошла в воду по колено.
– Мы замерзли, а ты обгорела, – заметил Кияшов. – Как такое получилось?
– Не знаю… Может, когда наш холодильник открылся, вокруг бушевал пожар?
Сверху к ручью ковылял доктор Химель.
– Там, в море, что-то есть, – объявил он издалека. – Корабль. Или плавучая база. А может, подводная лодка…
– Нельзя ли поточнее? – пробурчал Кияшов. – Только начали в себя приходить, и новая напасть…
– Не понять. Просто темное пятно. К тому же у меня неважное зрение… Тут даже на холм подниматься не надо, море видно из лощины. Пойдемте посмотрим?
– Пойдем, – согласился Кияшов.
Со склона холма невооруженным глазом можно было различить в море темную точку. Незнакомый объект находился очень далеко от берега.
– Ум у меня острый, – пробурчал Кияшов. – а вот зрение тоже плохое. Я бы ни в жисть не заметил эту хреновину…
– По-моему, это большой корабль. Или плавучая база, – предположил Антон. – В общем, что-то довольно крупное.
– В любом случае он далеко от нас, – заметил Евграф Кондратьевич. – Если это база – ее обитателям, кажется, нет до нас никакого дела. Вернемся к речке. На что я купаться не люблю – а сейчас оно будет в самый раз.
– Ага, – поддержал его Яловега, – я бы тоже не прочь поплескаться…
После того как все умылись и утолили жажду, им пришлось вернуться к месту аварии. Не хотелось подниматься на холм, где пахло гарью, паленой и разлагающейся плотью, где валялись обломки оборудования и быстро размораживающиеся трупы представителей чужих цивилизаций. Но нужно было похоронить Байрама.
Под руководством Кияшова Делакорнов, Сумароков и Химель с помощью кусков пластика и металла принялись рыть яму. Грунт на холме оказался мягким и податливым. Яловега сказался больным и бесцельно бродил среди обломков. Инна стояла рядом, поглядывая в сторону моря.
– Кажется, оно приближается, – сообщила девушка, когда яму вырыли почти до половины.
Антон вытер пот со лба, вгляделся в морские просторы. Теперь отчетливо можно было различить, что неизвестный объект весьма велик, но находится все еще довольно далеко от берега.