Завещание

Гришэм Джон

Вожак быстро смерил взглядом двух незваных гостей и обратился к Жеви.

– Зачем вы пришли? – спросил он по-португальски. Выражение его лица нельзя было назвать дружелюбным, но и агрессивности оно не выражало. Нейт продолжал изучать жезл.

– Мы ищем американскую миссионерку, женщину, – объяснил Жеви.

– Откуда вы?

– Из Корумбы.

– А он? – Все глаза устремились на Нейта.

– Он американец. Это ему нужна женщина.

– Зачем она ему нужна?

Это был первый намек

на то, что индейцы, вероятно, знают, где находится Рейчел Лейн. Может, она прячется где-то там, позади, в деревне? Или стоит в лесу и подслушивает?

Жеви пустился в бурные объяснения, живописуя, как Нейт проделал огромное расстояние и чуть не расстался с жизнью. Для них, американцев, это очень важное дело, ни ему, Жеви, ни индейцам этого не понять.

– Ей грозит опасность?

– Нет, никакой.

– Ее здесь нет.

– Он говорит, что ее здесь нет, – перевел Нейту Жеви.

– Скажи ему, что он лживый сукин сын, – спокойно ответил Нейт.

– Я так не думаю, – возразил Жеви. – А вы когда-нибудь видели в здешних местах женщину-миссионерку? – обратился он к индейцу.

Тот отрицательно покачал головой.

– Слышали когда-нибудь о ней?

Ничего не ответив, индеец, прищурившись, изучающе уставился на Жеви, словно решая, можно ли доверять этому человеку. Потом последовал короткий кивок.

– Где она? – спросил Жеви.

– В другом племени.

– Где это?

Индеец сказал, что точно не знает, и стал махать рукой в разные стороны.

– Где-то там, на севере или на западе, – сказал он, указывая жезлом куда-то через Пантанал.

– Это племя – тоже гуато? – спросил Жеви.

Индеец нахмурился и затряс головой, как если бы миссионерка жила среди его неприятелей.

– Ипики, – презрительно произнес он.

– Это далеко?

– Один день.

Жеви попытался уточнить время пути, но вскоре понял, что для индейцев время не исчислялось в часах. И день не равнялся ни двадцати четырем, ни двенадцати часам. Это был просто день. Он попробовал ввести понятие полдня и добился прогресса.

– От двенадцати до пятнадцати часов ходу, – заключил он, обращаясь к Нейту.

– Это в одном из их маленьких каноэ? – шепотом спросил Нейт.

– Да.

– Значит, за сколько мы туда доберемся?

– Часа за три-четыре. Если выясним, где это.

Жеви достал две карты и расстелил их на траве. Индейцев вид карт очень заинтересовал. Они столпились вокруг своего предводителя.

Чтобы определить, куда ехать, следовало вначале установить место, где они теперь. Их ждало неприятное открытие – вожак индейцев сообщил Жеви, что река, по которой они сюда приплыли, вовсе не Кабикса. После встречи с рыбаком они где-то свернули не в ту протоку и на гуато натолкнулись просто случайно. Жеви тяжело воспринял

новость и шепотом передал ее Нейту.

Нейт воспринял ее еще тяжелее. Он ведь доверил Жеви свою жизнь.

Навигационные карты мало что говорили индейцам, и Жеви пришлось, отказавшись от них, чертить свои собственные. Он начал с безымянной реки, на которой они находились, и в процессе непрерывного разговора с предводителем медленно прокладывал путь на север. Предводитель позволил вставить слово и двум молодым соплеменникам. Эти двое, объяснил он Жеви, прекрасные рыболовы и иногда доплывают до Парагвая.

– Найми их в проводники, – шепнул Нейт.

Жеви попытался, но выяснил, что эти двое в жизни не видели ипиков, не желают их видеть и вообще не понимают взаимоотношений, когда одни работают, а другие за это платят.

Кроме всего прочего, вожак не желал их отпускать.

Предстоящий путь вырисовывался медленно: от одной речки к другой, змейкой продвигаясь на север, пока вожак и двое его лучших рыбаков окончательно не разошлись во мнениях относительно того, куда следует двигаться дальше. Жеви сравнил начерченную карту с теми, что у него имелись.

– Мы нашли ее, – сказал он Нейту.

– Где?

– Вот здесь обозначено поселение ипиков, – сказал он, тыча пальцем в карту. – К югу от Порту-Инду. Если плыть вдоль гряды гор, прямо туда и приплывешь.

Нейт склонился над картой.

– И как мы туда попадем?

– Думаю, нужно вернуться на яхту и на ней плыть на север по Парагваю примерно полдня. Потом снова пересесть на лодку и на ней добираться до поселения.

Парагвай петлял в относительной близости от их цели, и идея плыть на “Санта-Лауре” показалась Нейту превосходной.

– А на моторке сколько часов плыть? – спросил он.

– Около четырех или чуть больше.

– Тогда чего мы ждем? – спросил Нейт, улыбаясь индейцам.

Жеви стал благодарить хозяев, одновременно сворачивая карты. Теперь, когда они выказали намерение уехать, индейцы решили проявить гостеприимство. Они предложили им поесть, но Жеви отказался, объяснив, что они страшно торопятся, поскольку им нужно вернуться на большую реку засветло.

Нейт одарил индейцев широкой улыбкой, пятясь к реке.

Гуато изъявили желание получше рассмотреть лодку и, стоя в воде у берега, с большим любопытством наблюдали за тем, как Жеви прилаживал мотор. Когда парень завел его, индейцы с опаской попятились.

Река, как бы она ни называлась, на обратном пути выглядела совсем иначе. Когда лодка приблизилась к первому повороту, Нейт оглянулся и увидел, что гуато по-прежнему стоят в воде.

Было почти четыре часа дня. Если повезет, они могли еще до наступления темноты миновать озера и войти в Кабиксу.