Завещание
Шрифт:
В день своего сорокалетия Нейт выиграл крупное дело на десять миллионов долларов, возбужденное против врача, не сумевшего диагностировать рак. Это был самый крупный успех в его карьере. Когда два года спустя с опротестовываниями приговора было покончено, фирма получила в качестве гонорара более четырех миллионов. Доход Нейта в тот год составил полтора миллиона. Но миллионером он побыл всего несколько месяцев, пока не купил новый дом. Меха, бриллианты для женщин, машины, путешествия и кое-какие сомнительные инвестиции съели остальное. Потом он начал встречаться
Да, когда-то он был миллионером, а теперь мог лишь догадываться, как жалко выглядит, лежа в этом дворе – больной, одинокий, сломленный.
Задание Джоша найти Рейчел заставило его на время собраться. Погоня возбуждала его. Теперь все позади, и он снова на лопатках. Нейт вспомнил Серхио, клинику, свои дурные пристрастия и все те невзгоды, которые ожидают его впереди. Снова темнота и миражи.
Он не мог провести остаток жизни, плавая по Парагваю на шаландах с Жеви и Уэлли, вдали от выпивки, наркотиков, женщин и судебных преследований. Придется возвращаться. Придется снова встретиться лицом к лицу со старыми проблемами.
Пронзительный крик вернул его к действительности – псих снова вцепился в решетку.
Жеви откатил кровать под навес, потом провез по коридору в главный вестибюль. Там он остановился перед каморкой уборщицы и помог Нейту выбраться из постели. О'Рейли качало от слабости, но он был полон решимости удрать. В каморке он сорвал с себя халат, натянул старые спортивные трусы, красную майку, резиновые шлепанцы, какие носили тут все, бейсболку и пластмассовые очки от солнца. Хотя теперь Нейт выглядел, как настоящий бразилец, он абсолютно себя таковым не ощущал.
Нейт потерял сознание, когда поправлял на голове бейсболку. Жеви услышал, как он ударился о дверь, быстро открыл ее и увидел, что Нейт лежит на полу в окружении разбросанных ведер и швабр. Подхватив под мышки, он перетащил его обратно на кровать и прикрыл простыней.
Нейт открыл глаза и спросил:
– Что случилось?
– Вы потеряли сознание, – последовал ответ.
Кровать куда-то ехала, Жеви толкал ее, идя у изголовья.
Так они миновали двух медсестер, которые не обратили на них никакого внимания.
– Это была плохая идея, – сказал Жеви.
– Иди, не мешкай.
Жеви остановил кровать перед дверью, ведущей на улицу.
Нейт выбрался из нее, почувствовал, что снова вот-вот потеряет сознание, но все-таки заставил себя сделать несколько шагов. Жеви перекинул его отяжелевшую руку себе через плечи и, вцепившись в нее, буквально потащил Нейта на себе.
– Не волнуйтесь, – все время повторял он. – Идите медленно, как ни в чем не бывало.
Никто в регистратуре на них даже не взглянул, больные тоже не вмешивались. Курившим на крыльце медсестрам и ординаторам эта парочка не показалась странной. Солнце ударило Нейту в глаза, и он тяжело повис на своем спутнике. Они перешли улицу и добрались до того места, где стоял
На первом же перекрестке они чудом избежали смерти.
– Ты не мог бы ехать помедленнее? – сердито сказал Нейт. Все его тело покрылось потом, в желудке что-то перекатывалось.
– Простите, – сказал Жеви и значительно сбавил скорость.
Комплиментами и посулами хорошо заплатить Жеви уговорил девушку-регистраторшу отеля “Палас” предоставить им двухкомнатный номер.
– Мой друг болен, – шепнул он ей, кивая на Нейта, вид которого вполне соответствовал его утверждению. Жеви не хотелось, чтобы девушка неправильно их поняла, к тому же у них не было багажа.
Едва войдя в номер, Нейт рухнул на кровать. Побег лишил его последних сил. Жеви включил телевизор и нашел программу, по которой показывали повтор футбольного матча, но через несколько минут смотреть футбол ему надоело, и он вернулся в вестибюль, чтобы продолжить флирт с девушкой.
Нейт дважды пытался вызвать оператора международной телефонной связи. Он смутно припоминал, что говорил с Джошем по телефону, и догадывался, что разговор не был окончен.
На второй раз он услышал пулеметную очередь португальских слов. Попытавшись объясниться по-английски, он различил слова “телефонная карта”, повесил трубку и заснул.
Доктор позвонил Валдиру. Валдир обнаружил грузовичок Жеви, припаркованный у отеля “Палас”, и нашел его самого, потягивающего пиво в баре у бассейна.
Присев на корточки на краю бассейна, Валдир с явным раздражением спросил:
– Где мистер О'Рейли?
– В номере наверху, – ответил Жеви и сделал еще глоток.
– Почему он здесь?
– Потому что захотел уйти из больницы. Разве можно его за это упрекнуть?
Валдиру лишь однажды довелось лежать в больнице, когда ему делали операцию. Это было в Кампу-Гранди, в четырех часах езды отсюда. Ни один нормальный человек, у которого есть деньги, никогда добровольно не согласился бы лечь в больницу в Корумбе.
– Как он?
– Кажется, нормально.
– Не отходи от него.
– Я на вас больше не работаю, мистер Валдир.
– Да, но вопрос с кораблем еще не закрыт.
– Я не могу поднять корабль. И не я его затопил. Это сделал шторм. Чего вы от меня хотите?
– Я хочу, чтобы ты присмотрел за мистером О'Рейли.
– Ему нужны деньги. Вы можете сделать так, чтобы ему их прислали?
– Наверное.
– И паспорт. Ведь все его вещи утонули.
– Твое дело присматривать за ним. Об остальном позабочусь я.
Ночью температура поднималась постепенно, приближая момент, когда приступ лихорадки должен был разразиться с новой силой. Его визитной карточкой можно было считать бисеринки пота, собравшиеся аккуратными рядками поверх бровей, и намокшую от пота подушку. Пока Нейт спал, лихорадка медленно закипала, томилась, готовясь взорваться. Она посылала вперед волны мелкой дрожи и озноба, охватывавшего все тело, но Нейт так устал, и в его организме скопилось столько химии, что он ни разу не проснулся.