Завоеватель

Джойс Бренда

Почувствовав, как снова оживает его копье, Кейдре стала ласкать его руками, не спуская с Рольфа горящего взгляда. Он застонал от наслаждения.

— Ах, Кейдре…

Тогда она встала на колени и провела шелковистой головкой его мужского копья по своей щеке, а потом осторожно лизнула языком.

— Еще, еще! — вырвалось у него.

Смелея с каждой минутой, она поцеловала его и взяла в рот.

Не прошло и минуты, как Рольф оказался поверх нее и овладел ею в несколько неистовых рывков, заставив трепетать от восторга. Еще секунда — и оба вздрогнули, достигнув наивысшего

блаженства.

Они долго лежали молча, прижимаясь к друг другу, пока Кейдре не спросила:

— Нам предстоит разлука, милорд? Вы скоро уезжаете?

— Ах ты, ведьма, откуда тебе это известно? — ласково поддразнил ее Рольф.

— Я не слепая и не глухая, — заметила Кейдре; сердце ее разрывалось от горя при мысли о том, каким близким стал для нее этот человек. — Войско готовится в поход, и ты со своим отрядом тоже уедешь — чтобы воевать! — Она приподнялась, не в силах удержаться от слез.

— Почему ты плачешь? — Он явно не ожидал от нее такой резкой смены настроений.

Не в силах вымолвить ни слова, Кейдре лишь отчаянно встряхнула головой.

— Не бойся, — за его грубоватым тоном скрывалась удивительная нежность, — мы не поедем охотиться на твоих братьев!

Она испытала огромное облегчение — а вслед за этим столь же огромную вину и мрачное предчувствие того, что рано или поздно ей все же придется сделать выбор. Слезы полились из ее глаз в три ручья.

— Да что с тобой сегодня?

Ну как ему объяснить? Сказать, что ей совестно быть не просто любовницей, а двуличной шпионкой, обманом прокравшейся к нему в постель?

— Мне страшно! Я так всего боюсь! — пролепетала она.

— Смею ли я надеяться, что некоторая доля твоего страха имеет отношение и ко мне?

Она молча кивнула. Рольф улыбнулся и легонько поцеловал ее в губы.

— Не надо бояться за меня! Я непременно вернусь. Ничто не помешает мне вернуться к тебе!

— Тебе придется сражаться?

— Надеюсь, что да! — Он твердо посмотрел ей в глаза.

— Ох, только бы это был не Хереуард! — воскликнула Кейдре.

— Мы выследили, где он скрывается. — Во взгляде норманна промелькнула странная тревога. Он словно чего-то дожидался от Кейдре, но та была слишком расстроена, чтобы замечать такие тонкости.

— Как вы могли его выследить? Он же не сидит на месте!

— У нас повсюду есть свои глаза и уши. — Рольф снова обратил на Кейдре пытливый взгляд.

— Значит, теперь ему конец?

— А ты как считаешь? Он собирается поднять новый мятеж!

Кейдре стало не по себе под его подозрительным взглядом, и она постаралась внушить себе, что боится напрасно и что Рольфу все равно не дано прочесть ее сокровенные мысли. Но тогда почему он не спешит ответить на ее порывистые объятия?

— Так когда вы выступаете, милорд?

— Как только сюда доберется Роджер из Шрусбери, — рукам, обнимавшим Кейдре за плечи, явно не хватало привычной теплоты, — то есть не позднее чем через два дня.

«Боже мой! Еще и Роджер Монтгомери! — пронеслось в голове Кейдре. — Уэйку ни за что не устоять против такой силы!» То, как скованно вел себя Рольф, вызвало в ней волну

паники. Он словно затаился в засаде, карауля каждое ее слово!

— По крайней мере мне будет спокойнее знать, что у вас такое большое войско, — невнятно пробормотала она, — это внушает надежду, что ты останешься целым и невредимым!

— Ты боишься за меня, Кейдре? Ты действительно боишься?

— Да! — выкрикнула она, и это была правда. Но между ними все еще оставалось слишком много секретов и лжи, отчего ее глаза повлажнели от слез.

Он набросился на нее с необъяснимой яростью, и Кейдре отвечала ему столь же неистово, не обращая внимания на боль. Главное — они все еще были вместе, и она могла принадлежать ему, несмотря ни на что.

Глава 52

Рольф пробыл с ней почти половину следующего дня, пока его не пригласили на обед к королю. Терзавшие Кейдре страх и растерянность то и дело прорывались наружу, но норманн словно утратил свою обычную проницательность и ничего не замечал. От этого Кейдре стало совсем худо. Она отлично знала, что ее способностей к притворству не хватит для того, чтобы обмануть его бдительность. Неужели он действительно ничего не почувствовал?

Как только Рольф ушел, Кейдре поспешила в деревню. На этот раз она вела себя более предусмотрительно и не забыла проверить, нет ли за ней слежки. Часовые у ворот узнали ее, громко окликнули и замахали руками. Еще вчера Рольф дал Кейдре немного денег, и сегодня она попросила еще. Он выполнил ее просьбу без разговоров — он слишком спешил к королю. Эти деньги Кейдре отдала сынишке кузнеца, чтобы он передал весточку Хереуарду. Накануне вечером ей удалось выяснить, что Вильгельму известно, где находится убежище мятежников.

— Вы уедете далеко? — спросила она.

— Нет, не дальше Кавлидокка. — Рольф многозначительно посмотрел на нее и добавил: — Я верю тебе, Кейдре!

Потрясенная до глубины души, она едва успела отвернуться, чтобы скрыть предательский румянец. Кавлидокком называли валлийскую деревню, затерянную в пустошах на границе между Мерсией и Уэльсом.

У нее не было выбора. Она обязана предупредить Хереуарда о грозящей ему опасности, иначе норманны вырежут всех его родных до единого!

Наконец наступило утро. Рольф крепко обнял ее на прощание, затем отстранился, чтобы заглянуть ей в лицо. Солнце еще не взошло, но Кейдре знобило не от предрассветной прохлады. Она куталась в плащ, накинутый прямо на голое тело, и со страхом смотрела на рыцаря, облаченного в тяжелые доспехи. Он крепко сжал ее плечи.

— Да хранит вас Господь, милорд, — еле слышно сказала Кейдре.

— Неужели даже сейчас ты не назовешь меня по имени? — с обидой спросил он.

— Да хранит тебя Господь… Рольф.

Он шумно вздохнул и прижал ее к груди, прошептав:

— Да хранит тебя Господь, Кейдре!

Еще один, последний поцелуй — и он вышел из шатра. У Кейдре не хватило духу последовать за ним, чтобы увидеть, как его отряд покидает крепость. Она без сил рухнула на постель и пролежала так чуть ли не до полудня.