Зэк

Седов Б. К.

Таранов изучал «досье», отмечая про себя, что некоторые из них написаны подробно и содержат весьма немалый объем информации, подкреплены массой фотографий и деталей. Например, полное досье на Еврея состояло из 9 страниц… А «досье» на Коломийца состояло из одной фотографии и двух строчек: «Коломиец Степан… г. р. ~ 1960… кличка Зуб… Другой информации нет. В группировке веса не имеет».

Таранов спросил Председателя:

– А почему, Евгений Дмитриевич, такой разнобой в объеме информации на того или иного члена ОПГ?

– Потому,

Иван Сергеич, что эта информация собирается нашими сотрудниками по крохам. Собирается нелегально, иногда – с риском для жизни. Это во-первых. Во-вторых, фигуры Еврея и, например, Зуба несопоставимы по масштабу. И, соответственно, наши люди уделяют больше внимания Еврею, а не Зубу… Но если у нас появляется хоть какая-то информация по самой незначительной шестерке, то мы и ее фиксируем. Информация лишней не бывает. Так что вникай во все мелочи.

Иван вникал. Он фиксировал всю информацию, включая самые незначительные на первый взгляд детали. Председатель проводил «экзамены»:

– Как зовут тещу Тойфера?

– Зинаида.

– Какая собака у Ерофея?

– Ротвейлер.

– Кличка?

– Нет информации.

– В каких отношениях Ерофей с Хромым?

– В нормальных.

– Почему вы так думаете? В документах об этом ничего нет.

– В августе они вместе ездили на рыбалку… это во-первых. Во-вторых, у Хромого тоже ротвейлер. Нетрудно сделать вывод, что у них есть общие увлечения и, скорее всего, вполне приятельские отношения.

– Словесный портрет Пастуха?

– Возраст – на вид, лет 35-40, рост – высокий, среднего телосложения, плечи опущенные, лицо овальное, бледное, европейского типа. Лоб средний, вертикальный с большими лобными буграми… брови – прямые, низкие. Глаза темные. Нос – сплюснутый, с широкими крыльями, губы – тонкие. Подбородок средний, прямой. Уши овальные, левое расположено ниже правого. Волосы темные, с проседью. Голос хриплый, низкий. На запястье левой руки наколка: бегущий по тундре олень. На левом же плече наколка в виде колокола, перевитого колючей проволокой. На груди изображение руки в кандалах и надпись латинскими буквами «OMERTA».

– Стоп! – сказал Председатель. – Значение наколок знаешь?

– Нет.

– Худо… нужно это упущение исправить. Где Пастух отбывал последний срок?

– ОК-3/2 «А», Ивановская область, Южный район, поселок Талицы.

– Ты сказал: волосы темные. Конкретней.

– Нет информации.

– Как зовут тещу Тойфера?

– Зинаида.

– Отчество?

– Нет информации.

– Где расположен офис Тойфера?

– Марьинская, 2. Второй этаж.

– Дата рождения Хохла?

– 17 апреля 1971 года.

– Где отбывает?

– В ИТУ УГ-42/16, город Онега, Архангельская область. В апреле двухтысячного совершил побег. В розыске.

– Как зовут его сестру?

– У него нет сестры. Он детдомовский.

– Как зовут любовницу Танцора?

– Яна.

– Ее адрес?

– Улица Мира, 27.

…Такие экзамены порой продолжались по часу-полутора.

Кроме справок и фотографий Председатель дал Таранову полтора десятка аудиокассет с записями

перехваченных телефонных разговоров Козыря, Еврея, Танцора между собой и с третьими лицами. Из разговоров Таранов тоже черпал информацию. Знакомился с манерой говорить, шутить, угрожать каждого из персонажей. А уж Волка он мог представить себе, «как живого».

Параллельно Иван разучивал свою легенду – основную и запасную, коды для общения с не известными ему коллегами и «географию» Владимира. При этом центром древнего Владимира была избрана точка с адресом: улица Большая Нижегородская, 67. То есть Владимирский централ.

А в офисе некой фирмочки Таранов встречался… с уголовником. Он был по виду не молод, и Иван сильно удивился, когда узнал, что ему нет еще и пятидесяти.

– Ничего мудреного, – сказал Лидер. – ЗАСИЖЕН– НЫЙ он сильно. Сроку у него в сумме девятнадцать лет. Так что опыту и лагерного и тюремного – на троих… Можно сказать, что Герман Константинович – энциклопедия тюремная. Ты его, Иван Сергеич, расспрашивай без стеснения, но не дави. Он, если на какие-то вопросы отвечать не захочет, то – хоть ты его режь! – не будет. Кремень. Старой закалки бродяга. Впрочем, сам увидишь.

Перед встречей с Германом Константиновичем Таранов, по рекомендации Лидера, надел парик и дымчатые очки. Он посмотрел в зеркало и усмехнулся. Но это была усмешка камикадзе.

Таранов был очень скептически настроен по отношению к своему новому «инструктору». Он ожидал увидеть человека, который без мата и «фени» двух слов связать не может. Но ни мата, ни «фени» как раз не было. Была нормальная человеческая речь. И хорошее лицо с глазами много повидавшего, мудрого человека… Иван смотрел на него и пытался понять: кто он?

А немолодой зэк с выразительным погонялом Колыма смотрел на Ивана. И тоже пытался понять: что же гонит этого мужика на тюремную шконку? Какая сила?…

Конечно, Колыме никто ни словом не обмолвился о миссии Таранова, ему прогнали байку, что Олег Сергеевич – журналист и собирает материал о тюрьмах, но ввести в заблуждение опытного зэка было трудно. Почти невозможно.

Два человека – представители разных миров – боевик Таранов и вор Колыма – смотрели друг на друга… и ощущали некую глубинную общность. Возможно, это было во взгляде, а возможно, еще глубже.

– Значит, Олег Сергеич, о тюрьмах материал собираете? – спросил Герман Константинович при знакомстве.

– Собираю, – сказал Таранов.

– Не получится ничего путного.

– Почему?

– Потому, господин журналист, что так – по чужим-то рассказам – вы суть и дух этой жизни не поймете. Через это самому пройти надо. В ШИЗО позагорать, по этапам поболтаться, в лагерях потосковать. Вот тогда вы начнете что-то понимать… а может, не начнете. Я ведь с молодости по тюрьмам пошел. От Колымы до Калининграда посидел. Такого насмотрелся – не приведи боже. И никому не посоветую этот путь повторить… Если начать с самого начала, то на десять книг хватит. А то и на двадцать. Ну да ладно, задавайте вопросы. За вас уважаемые люди попросили. Попробую помочь.