Зельда
Шрифт:
— Рик, дорогой, пожалуйста, налей мне. Все эти разговоры о деньгах довели меня до изнеможения. — Она изящно опустилась в кресло, и улыбка, застывшая на лице, постепенно приобрела лакированное качество ее платья.
Когда я встал, чтобы выполнить просьбу Зельды, в комнату вошел Рамон Перес, сопровождаемый своей тенью по имени Валеро. Оба посмотрели на меня так, словно я был контрреволюционным лозунгом, написанным на стене казармы, и торопливо прошли мимо меня. Сказать, что атмосфера была натянутой, означает — ничего не сказать. Я наполнил бокал и отнес Зельде. Она
— Ли все еще в библиотеке, дорогой, — нежно прошептала она. — Будь добр, отнеси ему выпить — все равно чего.
Ее глаза сигнализировали о безотлагательности алкогольных потребностей Брогана, потому я, не раздумывая, отправился выполнять это задание. Когда я вошел в библиотеку, он сидел во главе стола, весь окутанный табачным дымом, словно председатель правления, которого только что искусно отправили в отставку, а он все еще пытался сообразить, как им это удалось. Я сел в пустое кресло справа от Брогана и поставил перед ним наполненную до краев рюмку. Он жадно выпил и благодарно закивал.
— Мне это было очень нужно, Холман, — медленно выговорил он.
— В этом вы не одиноки, приятель, — ответил я. — Остальные чувствуют себя так же. Что-нибудь не получилось?
— Конечно, — сказал он. — Вас прислала сюда Зельда? Думаю, что вам самому не пришло бы в голову принести мне выпить.
— Правильно, — проговорил я. — Так что же случилось?
— Сначала все шло хорошо, — сказал он грустным голосом, — но потом какая-то крыса все испортила. Угадайте кто. Даю вам три попытки.
— Гарри Тайг.
— Кто же еще? — Он отпил из рюмки. — Вы должны что-нибудь предпринять, Холман.
— Но что?
— Откуда, черт возьми, я знаю. — Он беспомощно пожал плечами. — Нанять вас — это идея Зельды, а не моя. Вам лучше знать, мистер Примирение, ведь это вы суете свой любопытный нос во все дела. Вот и займитесь этим делом.
— Что вы предлагаете, Броган? — Я старался говорить как можно вежливее.
— Скрутить руки Гарри, пока он не закричит “Дяденька, отпустите!” и не отдаст мне пачку измятых банкнот. Я сказал вам — это ваша проблема, а не моя. — Броган неистово замахал руками. — Спросите Зельду. Она считает вас гением, который может уладить все.
— Почему так важно получить деньги с Гарри? — вновь задал я вопрос. — У остальных, наверное, их достаточно, чтобы внести его долю. А если они не идут на это — можно найти другого спонсора, чтобы покрыть недостающую сумму.
— Я сказал вам — это не моя проблема, — устало произнес он. — Идите и спросите у Зельды, она вам все скажет.
— Я скорее поговорил бы с вами, Броган, — холодно заметил я. — Вы посвящены в это. Почему бы вам не сказать правду? Что кроется за всеми этими недомолвками?
— В последний раз говорю: идите и спросите Зельду, — упрямо повторил он. — У нее все ответы.
— О'кей, — воскликнул я. — Подожду здесь, а вы приведите ее.
— Не понимаю почему, черт возьми! — Он увидел мой взгляд и выбрался из кресла. — Ладно, но ей это явно не понравится.
— Мое сердце истекает кровью, — оборвал я его. Он вышел из библиотеки,
Дверь открылась, и внезапно вся атмосфера комнаты преобразилась, когда в нее вошла Зельда. Ряды книг отодвинулись вглубь и превратились в размытый фон, который я больше не замечал.
— Ли сказал, что ты хочешь поговорить со мной, дорогой. — Она досадливо нахмурилась. — Я надеялась, что он объяснит тебе все о нашей маленькой загвоздке.
— Давай будем говорить начистоту, милая, — произнес я твердо. — Броган не в состоянии оправдать Гитлера перед комиссией Джона Берга [3] .
3
Комиссия Джона Берга — ультраконсервативная организация, основанная в 1958 г. Робертом Уелшем для борьбы с коммунистической деятельностью на территории США. Названа в честь Джона Берга — капитана ВВС, погибшего в 1945 г.
— Очень хорошо, Рик, — покорно ответила она. — Что конкретно ты хочешь знать?
— Твои трудности, милая, — воскликнул я оживленно, — от “а” до “я”. Мне нужно, чтобы ты была откровенна со мной, открой тайные планы своего маленького сердца папе Рику, детка.
— Дорогой, о чем ты говоришь?
— Ты собралась устроить здесь небольшой рэкет, милая, — произнес я беспристрастно, — а Гарри Тайг взял и все сорвал? Так что, если ты хочешь поправить дело, мне нужно знать, что за кашу попыталась ты заварить с помощью своего прелестного шантажа.
— Шантаж? — Ее голубые глаза сияли оскорбленной невинностью. — Не понимаю, о чем ты говоришь, дорогой, решительно не понимаю.
— О'кей, — я расслабился в кресле, v— тогда я возвращаюсь в Лос-Анджелес завтра утром, сказав тебе спасибо за то, что вспомнила обо мне, а также за этот чудесный уик-энд и всю эту компанию.
— Рик, подожди. — Она ненадолго задумалась. — Мы не можем разговаривать здесь. Сюда может войти кто-нибудь. Почему бы не подняться в мою комнату, где нас никто не побеспокоит и где мы можем спокойно обо всем поговорить.
— Отлично, — уступил я, — что мне терять?
— Не скромничай, дорогой, — пробормотала она, — ты становишься похожим на мисс Келли.
— А как же твои остальные гости? — добавил я, неожиданно вспомнив сборище счастливых лиц в гостиной. — Они не заметят отсутствия своей очаровательной хозяйки и не заскучают?
— Они никогда не будут скучать по мне, — запротестовала Зельда. — Они слишком заняты собственными проблемами, чтобы желать развлечений.
Я последовал за ней из библиотеки в просторный зал. Мы поднялись по громадной лестнице, которая выглядела так, словно первоначально была построена для Дугласа Фербэнкса, а затем переделана для Флинна. Наконец мы добрались до роскошных апартаментов Зельды в северном крыле дома, выходящем к океану. Она осторожно прикрыла за нами дверь и повернулась ко мне спиной.