Зельда
Шрифт:
— Дорогой, — вздохнула она, — я так люблю мужчин действия!
Глава 5
В гостиной никого не было, за исключением Ли Брогана, который развалился в кресле с рюмкой в руке. Я прошел к бару и устало налил себе в бокал. Наручные часы показывали половину первого ночи — прошел всего лишь час, как я покинул библиотеку вместе с Зельдой. Целая вечность безумия и ликования, спрессованная в эти шестьдесят минут, все еще казались мне невозможной.
— Вижу по твоим глазам, что ты немного переутомился, героическая вошь, — заплетающимся
— Знаю, что твое сердце просто переполнено невостребованной любовью, приятель, — спокойно ответил я. — Но не думаю, что смогу сдержаться, если ты снова начнешь расплескивать ее по ковру.
— Очень смешно, прохиндей, — возразил он сдавленным голосом. Его лицо исказилось от едва сдерживаемой ярости. — Ты, должно быть, представился большим обольстителем там, в Южной Америке, Холман.
— Зельде нравятся мужчины действия, вот и все. — Я улыбнулся ему с видом снисходительного превосходства. Беда заключалась в том, что Броган был таким человеком, которого невозможно заставить сдаться, когда он уже внизу. С усилием я попробовал переменить тему:
— Где все? Ночь еще такая юная, как говорят на Беверли-Хиллз.
— На мой взгляд, никто не был настроен на вечеринку, — перебил он. — Так что все ушли спать.
— Кроме тебя? — Я облокотился на стойку бара и отпил глоток бурбона. — Весь этот маленький шантаж был твоей идеей, приятель, или Зельды?
— Конечно ее. — Он безучастно взглянул на меня. — Разве мог я, черт возьми, даже представить что-либо подобное.
— Она, возможно, доверяла тебе чертовски много, раскрыв все их грязные тайны.
— О! Конечно! — Броган горько рассмеялся. — Она доверяет мне как брату, все правильно, в этом, черт возьми, кроются все ошибки.
— О'кей, — воскликнул я поспешно. — Это мы уже проходили. Мне было просто любопытно, вот и все.
— Как ты собираешься уговорить Гарри Тайга, гений? — спросил он злорадно. — Хотелось бы мне знать.
— Существует только один способ справиться с Гарри, и тогда шантаж Зельды, возможно, сработает, — заявил я.
— Отлично, гений, — усмехнулся он. — Ну-ка продиктуй его мне.
— Ты не настолько глуп, старик, как кажешься, — возразил я. — Ты можешь и сам догадаться. — Я допил свой бокал и медленно направился к двери, ведущей в зал.
— Эй, подожди минутку, — окликнул меня Броган изумленным голосом, — ты имеешь в виду, что намерен...
— Я не сказал тебе, что намерен что-то делать, — резко оборвал я его, — а только предположил, что существует только один способ укротить Тайга.
— Но ты не станешь...
— А кто станет?
Я подошел к выходу и, шагнув в коридор, продолжил путь в свою комнату. Оказавшись там, я подошел к дверям, ведущим на маленький балкон, открыл их и вышел подышать свежим воздухом залитой лунным светом прекрасной ночи. Наверное, минут через десять я услышал осторожный стук в дверь и уже через несколько мгновений испытал счастливое ожидание, вообразив, что это должна быть Зельда. Открыв дверь, я обнаружил за ней Нину Фарсон с беспокойной улыбкой на лице.
— Рик, — произнесла она своим прекрасно поставленным голосом. — Мне нужно поговорить
— Будьте моей гостьей, — искренне удивился я. Она быстро прошла мимо меня на середину комнаты и повернулась ко мне лицом. Длинная, до колен нейлоновая ночная рубашка и такой же пеньюар были достаточно прозрачными, чтобы можно было разглядеть ее маленькие острые груди, длинные стройные ноги и нежный незащищенный изгиб живота. Ее огромные глаза были скорее зелеными, чем карими, и смотрели — на меня неуверенно, славно искали моего одобрения.
— Я была не совсем приветливой, когда мы встретились на террасе сегодня днем, не так ли?
— У вас были на то причины, Нина, — правдиво успокоил я ее. — Тот случай в Мексике не был рассчитан на то, что у вас останутся приятные воспоминания обо мне.
— И это ставит меня теперь в затруднительное положение. — Она нервно засмеялась. — Видите ли, Рик, я пришла просить вас о помощи.
— А, — воскликнул я, поскольку не знал, что еще сказать.
— Ладно, я... — Она оглядела комнату. — Может быть, выйдем на балкон, такая чудесная ночь!
— Конечно. — Я последовал за ней на лунный свет, который своим ласкающим отблеском смягчил выступающие кости ее лица.
— Зачем вы здесь, только откровенно? — резко спросила она.
— Зельда попросила меня приехать, чтобы подстраховать ее, если кто-нибудь из гостей забуянит.
— Вас не было на этом совещании в библиотеке, — добавила она скорее для себя, чем для меня. — Вы знаете, что действительно происходит в этом доме, Рик?
— Узнал всю историю приблизительно час назад, — откровенно признался я.
— Вы услышали всю грязную ложь, которую Зельда рассказала обо мне. — В ее голосе отчетливо прозвучали хриплые нотки.
— Нет, только то, что вы сдавали ее нескольким своим друзьям, с которыми вам хотелось работать и дальше, — успокоил я ее. — Да, я услышал об этом.
— В этом нет ни слова правды, Рик. Вы должны поверить мне, — произнесла она трагически, — только такая, как Зельда, могла выдумать эту грязную и жуткую историю.
— Почему же тогда это вас беспокоит?
— Я не могу допустить такой огласки, и Зельда знает об этом. — Она беспомощно покачала головой. — Если пресса разнюхает об этой истории, я буду раздав лена. Ни киностудия, ни зрители не простят этого. Разве вы не знаете, что для них все равно — правдива эта история или нет. Пока газетчики и журналисты разберутся в этом, они убедят всех, что это — чистейшая правда.
— Понимаю, куда вы клоните, — проворчал я, — но не вижу, что конкретно нужно предпринять.
— Зельда говорит, что вела дневник все время, пока жила у меня, — быстро пояснила Нина. — Вы знали об этом?
— Нет, — покачал я головой.
— Зельда никому никогда по-настоящему не доверяет, — грустно проговорила она. — Но этот дневник — ее главный козырь, возможно, Зельда переняла методы фон Альсбурга? Этот фальшивый дневник заставит людей поверить, что она рассказала правду.
— Но если он фальшивый и она выдумала все имена, время и место действия, — возразил я, — вам не составит труда разнести ее выдумки в клочья. А что, мужчины причастны к этому? Они ведь могут предъявить иск за клевету и все остальное?