Зеленый Всадник
Шрифт:
Кариган нахмурилась. Реакция главы Зеленых Всадников сильно напоминала королевскую, и уж от капитана девушка не ждала такого.
Ларен вытерла слезы.
— Нахальства тебе не занимать, девочка. Думаю, ты добралась до Сакора только благодаря своему нахальству. — Она выдвинула стул и тяжело опустилась на него. Лицо Мэпстоун снова стало строгим, но в глазах все еще плясали задорные искорки. — Лет сто я так не смеялась. И не вздумай говорить другим, что видела такое зрелище, — это плохо вяжется с моим образом.
— Не вижу ничего смешного, — заявила Кариган, скрещивая руки на
— Учитывая, что король лично не оторвал тебе голову за наглость, — спокойно заметила капитан, — думаю, жаловаться просто грех. Мне и самой не вполне понятно его поведение, хоть я и знаю его с детства. Я была уверена, что он будет долго тебя расспрашивать.
— Значит, теперь я могу поехать домой? Капитан Мэпстоун покачала головой.
Король ждет тебя на завтрашнем балу. Вот и еще один любопытный момент. Зачем приглашать тебя?
— Мне все равно, — нахмурилась Кариган. — Я просто хочу наконец снять с себя зеленую форму и отправиться домой. Я достаточно сделала. И против воли меня не удержать.
— Ты должна кое-что понять, Кариган, — проговорила капитан с непроницаемым выражением лица. — Во-первых, тебя здесь уже никто не держит. По крайней мере теперь. Король потребовал, чтобы ты пришла на бал, — это большая честь, и немногие Зеленые Всадники удостаиваются ее. Во-вторых, ни один Всадник не забудет, как ты доставила послание Ф'риана Коблбея. Мы можем не понимать, почему столь не важное, на первый взгляд, послание хотели перехватить мирвеллцы и человек-тень, но твоих деяний это никак не умаляет. И в-третьих, мы хотели бы, чтобы ты осталась с нами и помогла понять Бешеную скачку. — Ларен понизила голос. — А еще у тебя есть брошь.
Кариган поднялась, и деревянный пол заскрипел у нее под ногами. Она выглянула из окна. Последние лучи солнца освещали пастбище. Мел размахивала корзиной с зерном, чтобы заманить лошадей в стойло на ночь.
— Мне наплевать на брошь. Можете забрать ее.
— Боюсь, это невозможно. Она приняла тебя.
Девушка повернулась к капитану.
— Все упорно продолжают называть меня Зеленым Всадником. Я не Зеленый Всадник и не желаю им быть. Я просто хочу домой. Должно быть, отец считает меня мертвой.
— После твоего прибытия я отправила Всадника с известием о тебе. — Капитан Мэпстоун потерла шрам на шее. — Будешь ты Всадником или нет — это твой выбор, но я предупреждаю: во сне ты всегда будешь слышать стук копыт. — Она резко поднялась на ноги. — Советую появиться на балу в парадной форме посланников. А после этого, Кариган Г'лейдеон, можешь отправляться куда хочешь. — Не проронив больше ни слова, капитан вышла из комнаты.
Кариган со вздохом выглянула в окно. Такими темпами ей никогда не попасть домой. Все только усложняется, а не становится проще.
В сотне шагов от окна возле дерева что-то шевельнулось. «Клинок», — подумала Кариган, невольно всматриваясь пристальнее. Она ошиблась. На нее глянуло бледное, искаженное мукой лицо Ф'риана Коблбея. В тот же миг призрак исчез, столь же внезапно, как и появился.
Послание Ф'риана Коблбея доставлено. Почему же его Дух неотступно следует за Кариган?
Мирвелл
— Отпусти
Довольно того, что ему пришлось опираться на руку Берилл всю дорогу от парадного входа в замок до тяжелых дубовых дверей, украшенных головней и полумесяцем.
Герольд уже нес знамя Мирвелла по проходу, объявляя высоким голосом о прибытии лорда-правителя Томастина II.
Мирвелл рассмеялся.
— Что такое, мой лорд? — спросила — как всегда невозмутимая — Берилл.
— Посмотри на короля, милая. Или меня совсем подводят глаза, или впервые со времени восшествия на трон его величество… — Он неожиданно сглотнул и заметил: — Капитана Мэпстоун нет рядом, хотя к нему пришел я. — Мирвелл бросил взгляд на Клинков, застывших у двери, пытаясь понять — расслышали они, как он почти проболтался, или нет. Стражи стояли спокойно, напоминая восковые фигуры в диораме музея боевых искусств Сакора. — Странно, — пробормотал он.
Берилл вопросительно посмотрела на своего господина.
— Капитан, — спросил правитель. — Ты видишь ее?
— Нет, мой лорд. Глаза не подвели вас.
— Я так и думал! Может, я не так крепко держусь на ногах, как в былые дни, и все же глаза у меня не хуже совиных.
Пронзительные звуки труб разрешили прибывшим двинуться вперед, к королевскому трону.
Мирвелл выпрямился, не обращая внимания на боль в спине. Та явно считала, что несколько дней в пути — чересчур. Правитель откашлялся.
— Не забывай, — шепнул он Берилл, — держись на шаг позади меня, ни дальше, ни ближе. Пусть это выглядит естественно, хорошо? Пусть подождет. — Мирвелл поправил медвежью шкуру на плечах, которую всегда носил в торжественных случаях, невзирая на жару. Она напоминала всем, что он, Томастин П, хоть и стар, остался по-прежнему сильным человеком, умудрившимся заколоть свирепого медведя одним кинжалом.
Мирвелл зашагал по ковровой дорожке, медленно, неторопливо, будто торжественно внося себя в зал. Он не обращал внимания на сильную боль в колене, усиливавшуюся с каждым шагом, и скрывал хромоту как мог. От таких усилий, да еще с тяжелой шкурой на плечах, по его вискам заструился пот.
Берилл, в точности исполняя приказ своего господина, держалась ровно на шаг позади него. Лорд-правитель представил, как она идет, расправив плечи, с прямым, как струна, позвоночником и высоко поднятым подбородком. Весь ее вид заявляет: «Я служу дому Мирвелла и горжусь этим». От подобной мысли сердце старика исполнилось гордости, а на глаза почти навернулись слезы. Подобные чувства он испытывал на войсковом параде по случаю своего дня рождения — в его провинции это был национальный праздник. Да, трудно найти на свете зрелище более вдохновляющее, чем сотни пеших солдат и конников в сверкающих шлемах, гордо проходящих и проезжающих четким строем по главной площади Мирвеллтона.