Zero Hour
Шрифт:
Прохладный ветер уносил вверх дым от сигареты Цезаря, пока Виттория наблюдала за тем, как стрелочка такси медленно ползет по карте на экране телефона в их сторону. Дорогое удовольствие даже в лучшие годы, но сейчас у них просто не было другого выбора, если они вообще хотели добраться из точки А в точку Б.
– Я, знаешь, до сих пор никак не пойму… - сказала Виттория, - Нас постоянно крутят по телеку и стримингам. Мы на всех лентах соцсетей. Как за нами до сих пор не пришли?
– Но мы больше не в Германии, - резонно
– Но Адель говорила, что у них вся планета под колпаком.
– Значит, Адель знает не все.
Телефон завибрировал в руке, но это был не застрявший в пробке возле Лепанто, таксист. Виттория взяла трубку и сказала:
– Привет.
– Привет, - отозвался Джузеппе, - Слушай, тут такое дело…
Виттория напряглась. Джузеппе начинал запинаться и оговариваться только когда нервничал. А нервничал только тогда, когда происходило какое-то дерьмо.
– Зеппе, не тяни! Что случилось?
Джузеппе тяжело выдохнул:
– Мне только что звонила мама. И… В общем… Они с папой приедут в следующее воскресенье, им все-таки дали отпуск.
Глухой стон сорвался с губ.
– Зеппе, ну как я им расскажу…
– Не знаю, Виттория, - виновато отозвался Джузеппе, - Я сделал все, что мог…
Ближе к выходным даже запал Цезаря сошел на нет. Желающих пообщаться с ним оказалось кратно больше, чем с ней – и уже через несколько дней вездесущего внимания, он перестал выходить из дому без солнцезащитных очков и натянутого на голову капюшона. Хорошая, рабочая схема – если не учитывать фактор стремительно приближающегося лета.
– Они меня задрали. Я едва до квестуры добрался, - только переступив порог, Цезарь тут же медленно сполз по стенке на низкий журнальный столик.
– Паспорт забрал? – отложив ноутбук в сторону, Виттория заинтересованно выглянула из гостиной, - Можно открывать вино?
Обещания-обещаниями, а бюрократия всегда оставалась бюрократией – и на изготовление заветной пластиковой карточки ушло куда больше времени, чем обещал Дзамбони.
– Ага, - Цезарь пошарил за пазухой и достал из внутреннего кармана куртки маленький кусочек пластика, - Считай, меня теперь тоже чипировали.
– Да ладно тебе, - Виттория махнула рукой, - Так все живут, это нормально.
– Нихрена это не нормально, - отозвался Цезарь, - Вы просто привыкли и не замечаете.
Пластиковая карточка перекочевала в руки к Виттории и она принялась задумчиво ее рассматривать.
Выше привычных “Nome”[2] и “Cognome”[3] красовалась новая строчка – “Prenome”.
– Так, а чего же ты тогда согласился, если не нормально? – лукаво усмехнувшись, Виттория вернула ему паспорт обратно.
– Потому что у вас тут без этой проклятой карточки вообще жить невозможно, - парировал он, - Слушай, а Джузеппе дома?
– Дома-дома, - мимоходом разочаровала его Виттория, и он застонал.
Неуемное
Но Джузеппе был совсем другим делом. Впав в научный азарт, он очень быстро растерял все остатки эмпатии – и Виттория совсем не видела ничего удивительного в том, что Цезарь не горел желанием с ним общаться.
Однако разъехаться они физически никак не могли – как минимум, пока Виттория не найдет себе новую работу.
– О, Гай, привет, - стоило о нем вспомнить, брат тут же вынырнул из своего импровизированного кабинета.
Небольшая квартира, доставшаяся им от бабушки, не позволяла сделать в ней полноценное рабочее место, поэтому он просто впихнул стол и несколько шкафов в то, что должно было быть гардеробной и обозвал это гордым словом “кабинет”.
– Привет, - глухо отозвался Цезарь, закидывая куртку куда-то наверх платяного шкафа.
– Слушай, я тут научную работу пишу, - все еще стоя в дверном проеме, Джузеппе сразу перешел к делу.
– Опять? – скептически отозвался Цезарь.
Но Джузеппе не обратил на это никакого внимания:
– Да-да. Мы еще в феврале раскопали одну виллу в Геркулануме, нашли там очередные свитки. Думали, снова какие-то эпикурейцы, но нет, все намного интереснее! – как всегда, заскочив на своего любимого коня, Джузеппе мог тарахтеть без умолку отсюда и до заката, - Это письма Марка Лепида.
Словно предчувствуя недоброе, Цезарь нахмурился:
– Какого именно?
– Судя по тому, что нам уже удалось расшифровать, твоего начальника конницы, - выпалил Джузеппе, - И, если я еще не совсем сошел с ума, они адресованы тебе.
– Гонишь, - Цезарь подозрительно прищурился.
В отличие от старого временного импланта, новый бионический со стороны выглядел неотличимо от обычного, живого глаза – и Виттория почему-то никак не могла к этому привыкнуть.
– С чего это? – Джузеппе ответил подозрением на подозрения.
– Я знаю Лепида, как облупленного. Он никогда не стал бы издавать корпус своих писем.
– Не уверен, что их издавали, - Джузеппе закинул руку за голову и взлохматил свои волосы, - Слушай, я там почти ничего не могу разобрать. Мы восстановили сканы, очистили от артефактов и помех, но все равно там столько повреждено…, и я подумал… Может глянешь? Вы же были знакомы, ты знаешь его почерк, как минимум.
Цезарь нахмурился.
– Ладно, пошли покажешь.
Как и все остальные идеи Джузеппе за последние несколько дней, эта Виттории тоже не понравилась. Повинуясь какому-то наитию, она украдкой последовала за ними. Это не ускользнуло от внимания Цезаря, но полностью прошло мимо увлеченного Джузеппе.